Сказание о Хранителях

ГЛАВА 26

Друзья собрались с космической скоростью и через десять минут все стояли у входа в хранилище знаний. Библиотекарша Джудит знала нас как облупленных, особенно меня, так как я иногда проводила здесь целые сутки. При виде толпы подростков женщина встрепенулась, а ее и так бледная кожа стала белее снега.

- Приветствую, Гайрафе! – заикаясь, поздоровалась Джудит.

- Привет, Джу! Нам срочно нужна карта звездного неба Эльтеры!

- Конечно, Ваше Вы… ой, простите, Варуна! – женщина вовремя спохватилась, вспомнив о том, что я просила ее обращаться ко мне по имени. Я просила называть меня Кэсси, но Джудит быком уперлась. Порешили на Варуне.

Джудит скрылась в кладовой, и несколько следующих долгих минут оттуда доносились охи и ахи, шелест бумаг и грохот падающих книг, тихие ругательства и причитания библиотекарши. Наконец пыльный сверток перекачивал ко мне из ее морщинистых рук.

Чтобы она нас не услышала, пришлось спрятаться среди высоких стеллажей.

Королевская коллекция поражала своими разменами. Здесь были книги, привезенные из других миров, о которых я никогда не слышала. История всего мироздания была собрана в этих стенах. Некоторые издания были уникальны, и поэтому очень ценны.

- Да рассказывайте уже! – Миди встала рядом с Филом. Я вызвала его по дороге с помощью браслета.

Крис разложил карту на деревянном столе, предусмотрительно закрепив края, чтобы она не сворачивалась обратно в трубочку.

- Вот созвездие Феронна, - я указала на группу звезд. - Мы слишком зациклились на личности героя легенды, в то время как ответ был перед глазами, стоило только обратить внимание на детали. А именно на меч! - мой палец провел короткую линию от самой первой звезды меча до последней. – Что, если сделать так? – и я продолжила рисовать линию, продлевая меч, пока не достигла следующего созвездия. – Вот ответ. На него указывает кончик меча Феронна.

- Созвездие цветка Амеи, - назвал скопление звезд Шейнон. – Амея была дочерью богини Земли. Девушка невероятной красоты, очаровывавшая всех задолго до появления Хранителей. Ее зеленые глаза лучились светом и добром. Те дома, порог которых переступала ее нога, навсегда обретали счастье, семью и жизненную энергию. Те поля, которыми она любовалась, давали лучший урожай. Те леса, в которых она пела, озарялись голосами животных и птиц. Она была жизнью. Но там, где есть жизнь, есть и смерть. Люди корыстны и меркантильны. Они погубили чистую, невинную душу Амеи. Они насильно заставляли ее исполнять их волю, самую ужасную и гнусную.

Однажды к ней пришел молодой человек и на коленях молил о помощи. Девушка не могла отказать несчастному и пошла, куда он указал. Мужчина отвел ее в богатый дом. Идеальное убранство поразило Амею, ее взору еще не доводилось видеть такою роскошь. Длинные коридоры и лестницы, украшенные огромными гобеленами, картины, скульптуры - каждое произведение искусства привлекало ее внимание. Мужчина отвел ее в комнату в самом дальнем углу замка. Стоило Амеи зайти внутрь, как дрожь пробежала по ее телу. Здесь было мрачно и мертвенно холодно. Лишь несколько факелов освещали помещение, но это позволило ей разглядеть кровать с деревянным балдахином в самом центре. На ней лежал старик, скрестивший руки на груди. Его кожа была белее его белоснежно седых волос, а запах заставил девушку зажать нос руками. Старик был мертв.

Мужчина просил вернуть его к жизни, он молил ее со слезами, говорил, что это его последний родной человек во всем мире. Он был готов на все ради отца. Сердце Амеи сжалось, и она поверила незнакомцу. Она взмолилась своей матери и попросила отдать ей душу умершего старика. Та долго спорила и упиралась, но исполнила волю дочери. Кожа старика приобрела естественный оттенок, губы порозовели, и грудь вздрогнула от ворвавшегося в легкие воздуха.

Но мужчина не побежал к отцу. Он ринулся в противоположную сторону, к столу, схватил бумагу и перо, предварительно окунув его в чернильницу, и только после этого подбежал к кровати. Человек сунул все это в дрожащие руки отца и заставил подписать бумагу. Там говорилось, что все имущество старика переходит его младшему сыну, то есть ему, а троим старшим не остаётся ничего. Стоило незнакомцу увидеть заветную подпись на столь дорогих ему бумагах, как его глаза загорелись. В них читалась жажда дикого голодного зверя. Старик не успел и слова сказать, как пальцы младшего сына сплелись на его шее. Всего несколько секунд, и Амея почувствовала, как душа покидает тело, комнату, мир…

Мужчина выставил ее на улицу. Небо плакало, изливая дождем миллиарды слез. Когда капля ударялась о землю, Амея слышала крик старика. Сотни криков смешались у нее в голове, заполняя все мысли, разъедая рассудок. Гром разразил ночное небо – это смеялся незнакомец. Он смеялся громко, раз за разом, заставляя Амею кричать. Она упала на землю и попросила помощи матери. Богиня сжалилась над дочерью и превратила ее в цветок, цветущий только во время ночной грозы.

Грустная история тронула за живое всех присутствующих. Как жесток может быть человек, безнравственен и ужасен своей прогнившей душой?

- Ее статуя стоит на центральной площади Версонта, - вспомнил Камус. – Мы там часто гуляем с Доминикой. Она рассказывала мне эту легенду много раз. Доми нашла ее в одной из книг в храме, и ей очень понравилась история Амеи. Она восхищается ее добрыми поступками и хочет быть похожей на нее.

- Статуя говоришь? Хорошо бы наведаться туда сегодня, - Фил задумчиво постучал пальцами о корешки книг на стеллаже.