Сказание о Хранителях

ГЛАВА 28

Нога в очередной раз провалилась в сугроб. Этот поход научил меня сушить одежду прямо на ходу, не снимая с себя. Сколько тряпок погорело на занятиях Габриеля - тьма-тьмущая! Но когда ты рискуешь либо схватить воспаление легких, либо остаться без одежды перед всеми, приходится напрячься. Утешает лишь то, что, если загорится одежда, огонь не причинит мне большого вреда, так как является частичкой меня, но и этому тоже пришлось научиться, хотя и не всегда получается.

Тропинка уже в который раз оборвалась, и нам пришлось идти по только выпавшему снегу в лесной глуши, полностью доверившись инстинктам Филиппа и Миди. Эльф отлично ориентировался по карте, за считанные секунды определяя направление движения без помощи компаса. Арти же была частью леса и природы, она чувствовала каждое дерево и на духовном уровне общалась с ними, узнавая дорогу.

Для меня же это был просто лес. Холодный, мрачный, тихий лес. И, бурглам, мне он жутко не нравился. Единственное, что мне хотелось, это скорее достичь Корсонт и помирить, к черту, его правителя с правителем Эриндера, чтобы они проложили нормальные дороги, соединяющие эти города.

Я уже практически ног не чувствовала, а на горизонте даже намёка на город не было. Перерыв на еду мы сделали часа четыре назад, и организм жалобно требовал восполнение потраченной энергии.

Эриндер оказался очень милым городишкой с каменной мостовой и заледеневшей речкой. Верховный жил в небольшом поместье, чей дом был далеко не таким огромным, как замок Хранителей, но его можно было увидеть из каждой точки города.

Это место навевало ощущения сказочности и волшебства. Его улицы не были настолько многолюдными и шумными, что составили бы конкуренцию столичным.

Выдвинулись мы из города около трех часов дня. Небо затянуло темными тучами, отрезая солнечный свет от нас, погрузив лес в темноту. Это досадное недоразумение исправили огненные фаерболы, выскочившие из моих пальцев, стоило мне об этом подумать.

В замке, наверно, уже давно разразился огромный переполох по случаю нашего исчезновения. Мы попытались уменьшить тревогу родителей и оставили записки, утверждающие о нашей безопасности, но сомневаюсь, что это намного уменьшило их гнев, и по возвращению нас будет ждать ещё та порка. Надеюсь, только хоть бы это все было затеяно не зря.

По дороге никто не разговаривал. Филипп и Миди возглавляли строй. Они так мило держались за руки, искренне, не прячась, что я почувствовала укол зависти. Почему у меня не может быть так же? Зачем Шейнону все так усложнять и скрываться? За столько времени мы так сильно сблизились, но в самые неожиданные моменты он просто берет и отталкивает меня.

Вот сейчас он идёт сзади, и я чувствую, как его взгляд прожигает мой затылок. Я несколько раз оборачивалась и встречалась с ним глазами, и в них не было того холода, с которым он говорил на нашем последнем ужине в замке.

Нога снова провалилась в сугроб по самое колено. Я даже чуть не упала, но Шейн подхватил меня за локоть. Он посмотрел мне прямо в глаза, изучая, анализируя, будто робот, обдумывающий новую комбинацию заданий.

Решив сложную задачу, его взгляд просветлел, а рука с локтя перекочевала в ладонь, сплетаясь с моими пальцами. Жар его прикосновения пронесся по всему моему телу, очищая разум от странных мыслей.

Эта сцена не осталась незамеченной остальными. Фил и Арти оглянулись, не останавливаясь, и на их лицах отразилось искреннее удивление. А вот близнецы довольно засвистели и заулюлюкали, от чего мои щеки опалил едва заметный румянец.

Больше всего меня поразила реакция Криса. Могу поклясться, что услышала, как заскрипели его зубы. И что ему так беситься? Завидно? Но у него и девушка есть. Ох, так он уже успел соскучиться по своей Мюриэль!

Идти вдвоем оказалось куда легче, а когда мы снова набрели на тропинку, так вообще великолепно.

Когда деревья стали редеть, а на горизонте загорелись огни домов, время уже было около десяти вечера. Спать хотелось до жути, и нам очень повезло с поисками места на ночлег. Первая же таверна оказалась небольшой гостиницей, с уютными, скромными комнатами.

Мы с Миди, не раздеваясь, повалились на единственную кровать и провалились в глубокий сон, так что парни утром никак не могли до нас достучаться.

Извозчик с вместительной, но самой простой каретой уже ждал нас на улице перед таверной. Об этом позаботились близнецы, спозаранку обойдя ближайшие дома в поисках транспорта.

Наш провожатый был преклонного возраста с добрыми серыми глазами, обрамленными старческими морщинами. В отличие от этого тот извозчик, что довёз нас до Эриндера, казался мрачным, злым и ворчливым, разжиревшим от пива мужиком.

Качка не прекращалась часов десять. В желудке перемешалась вся еда вместе со всеми органами, превратившись в одну большую кашу. Кожа позеленела, а голова готова была взорваться. Мне удалось заснуть только на середине дороги, и было так приятно просыпаться в теплых объятиях. Голова моя покоилась на груди соседа слева, а его рука придерживала мне за плечо, стараясь не беспокоить мой тревожный сон. Но вот стоило мне вспомнить, кто садился в повозку слева от меня, остатки сна рассеялись окончательно.

Я резко дернула головой в попытке вернуться на место, но угодила прямо в нос умиротворенно посапывающего Кристиана. Парень проснулся и вместе со мной взвыл от неприятной боли. Хорошо, что звуки не разбудили остальных ребят - все они выглядели вымотанными длинной дорогой. Да, естественно, и не только по этой причине.