Сказания Дарины. Книга 6. Женская месть

Глава 35

Останки некогда красивого забора, кованого вручную, а теперь проржавевшего, покосившегося, раскуроченного непонятно чем или кем, и густые заросли кустарника, нависавшего над оградой, подтвердили догадку, что это как раз и есть то, что я с такой радостью купила.

Ворот не было, только обшарпанные кирпичные столбы обозначали место въезда. Когда-то асфальтированная дорога была размыта дождями и от неё осталось лишь название. Лавируя между провалами в грунте, с трудом доехала поближе к главному зданию и остановилась перед поваленным деревом. Дальше проезда не было. Пришлось идти пешком.

Пока добралась до проёма, где по-идее должны были быть парадные двери, исцарапалась ветками ежевики и диких роз, но настроение из-за этого не испортилось.

Здание было трёхэтажным, округлым, из белого кирпича, с мансардой и полу-подвалом, глядящим на мир пустыми глазницами полу-окон. Огромный холл с высокими оконными проёмами без стёкол и широкой лестницей на второй этаж выглядел так, будто здесь пронеслась по меньшей мере армия сумасшедших, главной задачей которых было разломать и уничтожить всё, что только удастся и что не удастся тоже.

Прелые листья устилали паркетный пол толстым ковром. То тут, то там валялись разбитые бутылки, банки, кучки дерьма, бумажки, обрывки газет, битые стёкла, тюфяки чьего-то «лежбища».

Но всё это были мелочи, которых я почти не замечала. Главное, что здесь всё ещё оставались эманации детского счастья, радости, любви. Они захлестнули мою душу своей силой, насыщенностью, чистотой и искренностью.

Образы прошлого проносились чередой картинок перед мысленным взором. Духом детского счастья был пропитан сам воздух, стены, земля вокруг и было самым важным достоянием, которое я приобрела, купив этот снаторий.

Всё остальное ерунда. Вычистится, вымоется, отремонтируется и будет лучше прежнего.

Обошла здание снизу до верху и поняла, что здесь я смогу быть полностью счастлива и смогу дать счастливое детство своим детям.

С мансарды открывался вид на всю территорию, прилегающую к зданию в соответствии с планами, предоставленными банком в общем пакете документов.

Бухта оказалась обособленным «царством», отделённым от города горой, на вершине которой красиво возвышалась белая вилла. Вторая гора относилась к санаторию и на её вершине, на самом мысе, виднелся небольшой, давно не работающий, маяк и полуразваленный временем домик смотрителя.

Огромный парк, заросший буйной растительностью скрывал невысокие хозяйственные постройки, рабросанные то тут, то там по всей территории и тянулся до самого моря.

Прошла «переходом» на берег.

Заброшенный пирс, разбитый волнами штормов жалобно ощерился зубами-арматурами. Песчанный берег занесен добычами моря: прогорклой морской травой, ракушками, какими-то деревяшками, банками, бутылками и старыми, до неузнаваемости испорченными и вылинявшими от морской воды и жаркого южного солнца вещами...

Это место было похоже на мою душу, вероломно обманутую, безжалостно изгаженную, растоптанную грязными жестокими сапожищами, заброшенную в чужой враждебный мир, никому не нужную и брошенную на произвол судьбы.

А море билось о берег моими слезами, эмоциями, болью.

Посмотрела на волны, для порядка взгрустнула, хотела было слезу пустить, но не получилось. Уж очень было радостно в этот момент на душе.

Сдаваться я не собиралась и только усмехнулась глупому сравнению. Не по моему характеру сгибаться под ударами судьбы. То, что болит переболит, то, что изгажено отмоется, то, что сломано отремонтируется, как мой новый дом, и всё будет прекрасно. Жизнь продолжалась, и это главное.

Я смотрела на новые владения и никак не могла сообразить, что же мне теперь делать? Во что превратить этот уголок моей новой жизни, чтобы достичь своих целей?

Внезапно услышала призывную сигнализацию машины и тут же «шагнула» туда. Два здоровенных парняги пытались вытолкать за ворота моё личное средство передвижения, но попавшее в колдобину колесо мешало им справиться с задачей.

- Помочь, мальчики, или сами справитесь? – поинтересовалась с нахальной ухмылочкой у ворюг.

Оба резко обернулись.

- Ты кто такая? – нахмурился один.

- Ты смотри какая краля! – расплылся в улыбке второй и пошел ко мне с растопыренными руками – Уси-пуси, детка! Ну-ка, иди ка папочке!

«Папочка» не дошел. Так и остался стоять на месте. Заклинание сморило его, предупредив похоть на пару лет вперёд. Вопросительно глянула на первого.

- Что ты ему сделала, падла?! – рявкнул он и прыгнул ко мне.

Упал носом на камень, бедолага, да так и остался лежать.

Перевернула его носком туфли на спину.

- Разговаривать можешь, - позволила спокойно и также спокойно спросила, поддавшись интуиции – Кто ты такой и кто вас послал?

Врать под действием заклинания он не мог, поэтому зло прохрипел:

- Матвей Кузьмич послал, директор банка. А я Димон.

Ах, вот как! – подумала – Тут, оказывается, ещё и передел земли и власти идёт? Иначе директор банка так не поступил бы с покурательницей санатория. Остерёгся бы. Мало ли кто может стоять за моей спиной и мало ли кто я на самом деле, хоть и выгляжу пигалицей. Очень интересная ситуёвина.