Сказания Конрии: Эпоха первых героев. Начало

7.4.

***

Дор и Вирилад

Братья молча принялись мыть и убирать казарму. Но всё же порой посматривали на девушку. Она, конечно, от работы не отлынивала, но и не слишком старалась. Хотя, если посмотреть со стороны, за час, что они тут прибирались втроём, убрано было только половина.

Это же увидел и вошедший в казарму Лергос. У него даже руки с едой для троицы дрогнули. Он уже хотел развернуться на выход, как его серёжка засверкала голубым. Через мгновение после этого ребята услышали за своими спинами злое шипение человека. Ещё пару часов назад они могли бы подумать, что Лергос сошёл с ума и начал спорить сам с собой. Но, зная, что на данный момент он говорит с ящером, затихли. Дор присел на ближайшую кровать, а Вирилад упёрся подбородком в рукоять швабры. Их даже позабыл этот на первый взгляд разговор «в одни ворота».

— Ты явно что-то съел не то, если ждёшь, что я сейчас им дам еду! Они просто не справляются с заданием! За час! За час Главный не убрана казарма! Я отказываюсь понимать их медлительность! — Серёжка снова засверкала. — Нет, нет, нет. Ты меня не уговоришь в этом деле! Я как-никак командир отряда! — Мерцание серёжки повторилось. — Разберёмся в это мы с тобой сами. Но так дела не делаются у нас, у людей! — Мерцание. — Они не дети, Главный! Ну, возможно, младше меня на пару лет. Но нет! Всё, Главный! Спорить в этом вопросе сейчас со мной бесполезно!

И, отдышавшись немного, Лергос повернулся к ребятам. Когда он увидел, в каких позах они смотрят на него, у него даже стал подёргиваться правый глаз. Один расселся на его кровати, второй стоит, чуть не зевая, и держится за швабру, а девка и вовсе, отшвырнув от себя швабру, сидит на подоконнике! И все они смотрят на него как на какого-то лицедея!

— Игры окончены! — Тарелки с едой полетели на пол. А сам Лергос встал подбочившись и зло на них смотрел. — Вы должны встать, когда заходит выше вас по званию!

Инстинкт самосохранения у ребят сработал быстро. Дор вскочил, от Вирилада отскочила швабра. Даже девушка быстро спустилась с подоконника и подошла к ребятам. В этот момент Лергос закричал так, что уши заложило у всех троих:

— Кантидиан и Крисп! Немедленно несите сюда свои ленивые ноги!

На такой оклик не многие бы решили не откликнуться. Ученики просто влетели в казарму. Они не видели, как Лергос прошёл в казарму, поскольку уснули под тёплыми солнечными лучами. Их глазам предстала картина: плохо убранной казармы, разбитой посуды с разбросанной едой, стоящих в середине пролётов ребят. Но самое главное — разгневанный Лергос. Да, командир одного из отрядов никогда не славился мирным нравом. Мог и вспылить, но таким его видели редко. А это означало для них лишь одно: готовиться и молиться.

— Странное дело творится тут, ребята! Хоть как ни посмотрю я на это. Одни не справляются с возложенной на них миссией по уборке казармы. Причём всего одной! А другие, так и вовсе решили наплевать и завалились спать! В середине дня у всех на глазах! — Переведя дух, Лергос хотел продолжить. Но тут засверкала серёжка. — Позже, Главный! И так, мелкие…

Мерцание повторилось. Лергос дослушал до конца то, что хотел передать ему ящер.

— Я понял тебя. — И, прикоснувшись к ожерелью, произнёс чётко с расстановкой: — Всем всадникам отряда Золотых! На сборы даётся пять минут, далее вылет! Подробная информация будет передана уже после вылета.

И ещё раз посмотрев на ребят злым взглядом, Лергос снова прикоснулся к ожерелью:

— Ящер Икла, я прошу подойти на площадку взлёта твою напарницу. Немедленно!

И, более не смотря на ребят, быстрым шагом, чуть не бегом, пошёл из казармы. Братья с девушкой выдохнули, но, посмотрев с каким отчаянием Кантидиан с Криспом смотрели вслед Лергосу, тут же насторожились.

Ученики, как только Лергос пропал из зоны видимости, схватились за головы в полном отчаянии. Крисп даже на колени упал и готов был уже зарыдать.

— Нам конец, Крисп! Она, она… — Кантидиан не договорил. Замерев с руками, готовыми вырвать клок волос на своей голове, он посмотрел в сторону замеревших ребят. — Хотя знаешь, если бы не они, мы бы не понесли такого наказания, которое сейчас придёт. Может, схватим их и устроим им тёмную?

На это Крисп тоже встал с колен и посмотрел на ребят.

— Нет, друг. Мы можем это решить и по-другому! Как вам нравится идея, ребята, о небывалой невесомости в течение пары секунд? — И, усмехнувшись, Крисп продолжил, немного присев: — Кант, окружай этих олухов. Побьём, а потом устроим им полёт в невесомость!

— Ребята, я предупреждаю. К нам лучше не приставать! И мы не виноваты в случившемся, — Вирилад, как говорящий сейчас брат, принял обороняющуюся стойку, готовый отразить любые удары. К нападению приготовилась и Селестина.

— Что ты на это думаешь, Крисп? Даруем прощения этим горе-воинам? Или всё же предоставим им урок от имени Небесных воинов?

— Ты правильно сказал, Кант. Давай организуем им урок от имени Небесных воинов!

Последовал удар, а за ним и другие. В казарме слышались ругательства, стоны и проклятия. «Держи!» «Бей!» «Крути!»

— Что за приятное зрелище предстало пред моим взором!

Завис кулак, который стремился встретиться с лицом, как и другой, целящийся в живот. На сказавшего это уставились все участники потасовки.