Скажи Ангелу: «спасибо»

Глава 5

Следствие – беспощадное и совсем не справедливое…

Вероника чувствовала себя словно в кошмарном сне, который всё тянулся и тянулся и никак не отпускал. Ей казалось, что она никогда так и не сможет вырваться из абсурдной реальности, которая с каждым витком новых событий лишь усугублялась и становилась всё ужаснее.

Вероника затруднялась определить, сколько времени прошло с того момента, как она переступила грань в той злосчастной комнате, куда её коварным образом заманили. Но по ощущениям девушки, уже не один час длилась та фантасмагория, которую человек с бульдожьим взглядом и такой же железной хваткой, называл «выяснением всех обстоятельств дела».

Какое именно дело интересовало мужчину, и о каких обстоятельствах он всё время твердил – этого несчастная девушка не могла понять, как ни старалась. За покровом тайны оставалось и понимание всего происходящего в принципе. И о каких обстоятельствах некоего дела можно было спрашивать, если она даже не могла дать разумного объяснения причинам собственных проблем?

«Боже… а кто мне-то растолкует про мои обстоятельства?! Как выбраться из всего этого кошмара?» – Девушка искала хоть какой-нибудь выход из сложившейся ситуации и с горечью вынуждена была констатировать себе, что попросту оказалась в абсолютно безвыходном положении.

Вновь и вновь прокручивала она в памяти моменты недавнего прошлого. Но всплывающие картинки-воспоминания, словно разрозненные части мозаики, никак не желали складываться в чёткую картину понимания.

Вот, потерявшись в замке, она набрела на какого-то незнакомца, который пообещал ей помочь. Но далеко они не ушли, оказавшись вдруг рядом с дверью, которая появилась словно из ниоткуда…

И следом, память перенесла Веронику в тот момент, где она уже стоит на улице в окружении толпы людей, которые что-то выкрикивали и задавали странные вопросы…

Затем к ней подошёл мужчина, и буквально все вокруг отнеслись с боязливой настороженностью к его появлению. Общение с этим человеком стало последним, что помнила Вероника, потому что вскоре потеряла сознание…

Когда девушка очнулась, в неизвестном ей месте, то рядом обнаружился тот самый человек в тёмной одежде, который представился, как дознаватель криминального управления столичной стражи, Венес Ларх. И вторым действующим лицом, оказавшимся рядом с девушкой в момент ей пробуждения, стал обладатель приятного голоса. Им оказался доктор Шейк Варризон – это именно он искренне беспокоился о здоровье Вероники и пытался привести её в чувство.

Теперь же, когда Веронику доставили в управление, дознаватель Венес Ларх устроил настоящее испытание для нервной системы несчастной девушки. Человек-бульдог вёл допрос, не особо церемонясь, и по кругу задавал одни и те же вопросы, решив таким образом измотать подозреваемую и добиться от неё признания в содеянном.

Уже не в первый раз дознаватель обращался с непонятным требованием:

‒ Итак, леди Прэстон, я жду, что в вас всё же проснётся благоразумие и вы опишете мне полностью всю картину преступления.

‒ Ну а какой картине вы меня всё время спрашиваете? Я ничего не совершала! Говорю же вам, вы явно что-то путаете. Кто бы и что бы ни совершил, я не имею к этому никакого отношения, ‒ Вероника, по-прежнему, была настроена решительно и не собиралась сдавать своих позиций. И тем более, она даже на мгновение не допускала мысли о том, чтобы признаться в том, чего не совершала.

Но и дознаватель совсем не зря получал свою зарплату. Имея большой опыт общения с преступным элементом, он тоже не отступал.

‒ Увы, леди Верэнсия, тут ошибка исключена, и будьте уверены, я ничего не путаю. Но есть вещи, которые, я надеюсь, вы сможете мне прояснить. Итак, вы с вашим мужем, лордом Прэстоном, считались погибшими в экспедиции, вот уже два месяца. И вдруг, сегодня вы неожиданно появляетесь на ступенях Императорского Географического Общества, которое и возглавлял ваш муж. А теперь ответьте мне на вопрос: вы убили своего мужа там в горах, а сами вернулись в столицу, так ведь?

‒ Нет! Повторяю вам в который уже раз: я никого не убивала! И вообще, я даже не замужем! – слушая нелепые обвинения, Вероника ощущала, что с каждой минутой градус абсурда только повышался, но всё равно твёрдо стояла на своём.

Как, впрочем, и противный дознаватель настойчиво продолжал гнуть свою линию:

– Призываю вас прекратить отпираться и во всём признаться. У вас просто нет выбора, кроме как раскаяться в содеянном. Потому что ждать снисхождения вам не приходится, ведь это прискорбное событие чрезвычайно потрясло наш город. Да, что там город? Вся общественность, мягко говоря, недоумевает. Кто бы мог только подумать о подобном исходе? Такая благополучная с виду семья, а оказалось… – продолжал неискренне сокрушаться человек-бульдог. ‒ Столько лет жили в согласии, и вдруг – это… Ну, скажите же мне правду, леди Прэстон, и я постараюсь вам помочь.

‒ Сколько можно повторять одно и тоже? Я не имею никакого отношения к этим трагическим событиям. И уж точно я никого не убивала, – начиная уставать от этой нелепицы, Вероника не знала уже, как прекратить свои мучения. Не выдерживая бессмысленности этого разговора, она отчаянно взмолилась: ‒ Отпустите меня, пожалуйста, мне надо срочно в Прагу, у меня уже и билеты куплены!

‒ И где же это находится? Что за Прага? – заинтересовано взметнул свою бульдожью бровь дознаватель.

– Как это «где»? Что за дурацкие шутки у вас! – тревожным колокольчиком в голове у девушки вдруг зазвенело, обозначив какое-то смутное подозрение. Но следом пришла мысль, что возможно, это дознаватель просто решил поиронизировать так… глупо?

– Никаких шуток, леди Прэстон! Наоборот, это я вполне серьёзно хочу понять, почему же вы не желаете сотрудничать со следствием, и о какой Праге вы говорите? И если говорить откровенно, то меня складывается определённое впечатление, будто вы специально хотите нас запутать какими-то глупостями. ‒ И в этот раз в словах дознавателя точно не наблюдалось ни капли иронии или насмешки.