Скажи, что я тебе (не) нужна

Глава 1 Ксю

Толкаю дверь, практически делаю шпагат, скользнув мокрыми кроссами на мраморном полу кофейни.

Посетителей не так много, но я удостоилась внимания каждого своим эффектным появлением.

Натягиваю на лицо улыбку и говорю:

— Американо покрепче, пожалуйста! — меня слегка потряхивает от ощущения холодных мокрых шмоток на теле.

Я оглядываюсь, замечая, что мои девчонки уже сидят за столиком в углу кофейни, потягивая свои бодрящие напитки. Они ушли с зачёта чуть раньше и поэтому выглядят сейчас гораздо лучше меня. Я же попала под дождь и по виду напоминаю облезлую кошку. Чувствую себя немногим лучше.

Надо бы снять хотя бы джинсовку, чтобы обсохнуть. Иначе точно заболею и провалю подготовку к экзаменам. Я хватаюсь за манжету, но ткань прилипла к руке намертво. Начинаю дёргать, ёрзать, крутиться на месте. Рука соскальзывает, а джинсовка, кажется, только плотнее обхватывает плечи. С каждой попыткой мне становится всё теплее — не от того, что обсыхаю, а от неловкости: чувствую, как на меня косятся окружающие. А одна рука так и остаётся наполовину в рукаве, будто в ловушке. Я уже не просто пытаюсь снять одежду, я вступила в отчаянную схватку с предательской джинсовкой, которая, похоже, настроена выиграть.

В этот момент ощущаю сильный толчок в спину. Рука выскальзывает из джинсовки. Сгруппироваться не успеваю. Поэтому неуклюже взмахиваю руками, теряя равновесие, и задеваю этажерку с дорогущими десертами, стоящую на стойке. Та угрожающе кренится, словно в замедленной съёмке, и я пытаюсь поймать её, но вместо этого только сильнее толкаю. Она с грохотом падает, рассыпая десерты по полу веером, и своим краем задевает толстый чёрный провод кофемашины. Раздаётся неприятный хруст, слышится короткое потрескивание — и она перестаёт работать. Бариста в ужасе замирает. Судя по выражению его лица, ремонт обойдётся в такую сумму, что проще купить новую. Если вообще возможен.

— Извините! Я не специально, правда! Меня толкнули.

Оборачиваюсь, чтобы найти виновника случившейся катастрофы, но за спиной не вижу никого. Куда он делся-то?

— Давайте, хотя бы помогу собрать, — захожу за стойку и поднимаю куски торта, пончики, синнабоны на уже поднятую этажерку.

А когда выпрямляюсь, ощущаю на себе тяжелый, давящий взгляд. Ну не-е-ет! Только этого не хватало. Этот день в одно мгновение становится ещё хуже, чем я могла себе представить.

Арсений Барсов смотрит на меня так, будто прямо сейчас сравняет с землей. Но фокус в том, что ему-то я ничего не сделала! По крайней мере сегодня.

— Авдеева, стоять! — командный тон буквально пригвождает меня к полу.

Как бы я ни хотела сбежать прямо сейчас, из-за стойки не так-то просто добраться до двери, тем более что огромный парень, просто гора, уже перекрыл узкий выход в зал кофейни.

— Стас, что произошло?

— Девушка опрокинула этажерку и сломала кофемашину. Середина дня, не знаю как мы дальше будем работать, — басит бариста.

— Что скажешь в свою защиту, Ксю?

— Что для тебя я Ксения!

— Воу, я бы на твоём месте не стал дерзить, блонди. Ты, наверное, не в курсе, да и откуда, но эта кофемашина стоит целое состояние.

— А твоё какое дело? Если с кем и буду обсуждать этот вопрос, то с владельцем или администратором, но никак не с тобой, Барсов!

От его наглой, самоуверенной ухмылки мне становится не по себе. Какой-то он подозрительно довольный. Блаженный, блин! Достал уже со своими придирками, когда уже оставит меня в покое? Такое ощущение, что я его личная игрушка. Ведь именно мне он весь год не давал прохода.

Да у него целый гарем обожательниц, с любого факультета и курса. Так почему именно я попала к нему на прицел? Мне вот вообще нафиг не упал этот качок-перекормыш. Парни с таким раздутым эго, что оно наверняка до Марса достает, меня не привлекают. Мне своё девать некуда, оно итак прожорливое и постоянно требующее внимания и всяких почестей. Некогда мне его ЧСВ (прим. автора - чувство собственной важности) чесать.

— Стас, так где ваш администратор? Позови, — щёлкаю пальцами. — А то господин Барсов слишком много на себя берёт.

— Эээ... — тот смотрит растерянно на Арсения, как будто решает какую-то опупеть сложную задачку, логарифмы как минимум.

— Я что, так много прошу? — подгоняю его взглядом.

— Это и есть владелец, — наконец выдает информацию Стас.

О-хре-неть!

Теперь моя очередь открывать рот, как рыбка гуппи, в попытке осознать, что что вот этот вот мистер Универ прошлого года и есть тот, от кого теперь будет зависеть моя судьба. Чую, ничего радужного меня дальше не ждёт. Потому как он не упустит возможности поиздеваться. Или я плохо его знаю.

Его нежное эго очень, просто катастрофически пострадало от того, что я не согласилась пойти с ним на свидание. Таким, как Арсений Барсов, не отказывают. Разве что те, у кого отсутствует инстинкт самосохранения. Как у меня.

Ну не захотела я быть номером сто тысяч тринадцатым в его списке побед. Что теперь? Какие сейчас все злопамятные, жуть!

— Так что, Ксю, как будем решать возникшую проблему?

— Я уже повторяла, что меня зовут Ксения! — рычу на него, потому что бесит, бесит, бесит интонация, с которой он задал этот вопрос. Ставлю что угодно, что он уже придумал, как прижать меня к ногтю.

— Проехали. Я буду называть тебя так, как мне нравится. Ксю, как думаешь, сколько стоит эта кофемашина?

— Не дороже денег, которых у тебя куры не клюют.

— Неправильный ответ, блонди. Эта кофемашина стоит столько, что тебе вовек не расплатиться.

— С чего бы мне платить? Меня толкнули, посмотри по камерам.

— Похрен. Я не буду разбираться. Ты мне должна.

— Барсов, у тебя мозги что ли спеклись на парах?

— Как тебе угодно думать, моя юная бариста.

— Какой неадекват, как вы вообще работаете на него, Стас? — пытаюсь получить поддержку со стороны.

Но, видимо, авторитет Барсова настолько велик среди своих подчинённых, что я не то что слова, даже взгляда Стаса не удостоилась.