Скажи мне, что любишь

Глава 8

Никита

Я очень зол! Да что тут говорить, я просто в ярости! Если она не дорожит своей жизнью, то зачем меня так подставлять. Еще и в капюшоне дорогу переходит! И вместо того, чтобы почувствовать облегчение от того, что я вовремя заметил её, я начинаю кричать на неё.

— Ты что, не видишь, куда идешь? Ты вообще смотришь по сторонам? Ты что, мечтаешь, чтобы тебя сбили? — Кричу я на неё, открывая окно.

Она стоит на месте, не в силах пошевелиться, видно, что ее тело слегка сотрясается от рыданий. Я понимаю, что перегнул палку, но уже слишком поздно.

Я выхожу из машины и подхожу к ней.

— Прости меня, я не хотел тебя напугать. Просто сегодня очень нервный день, и я очень опаздываю. — Говорю я ей.

Она снимает капюшон и поднимает на меня заплаканное лицо.

— Катюша? – Я не могу поверить своим глазам.

— Привет, Никита. – Тихо говорит она.

— Что у тебя случилось? Почему ты плачешь? Я тебя так напугал? – Взволнованно говорю я.

— Нет. Макс погиб…. Я только что опознала его тело…. – Глухо говорит она.

— Прости. Соболезную. – Я пытаюсь притянуть ее, чтобы обнять. Но она сопротивляется. – Я могу чем-то помочь?

— Нет, спасибо. Мне пора.

Я слышу, что мне уже начинают сигналить другие машины.

— Подожди, я отвезу тебя. – Твердо говорю я ей. – Не хочу, чтобы ты шла одна по городу в таком состоянии. Я просто чудом тебя не сбил.

— Не надо, я сама.

— Садись в машину! – Вдруг неожиданно рявкаю я, тоном, не терпящем отказа. Вот же упрямая женщина.

Она смотри на меня широко распахнутыми глазами, но не торопится садиться в машину. Я беру ее за локоть, и почти заталкиваю на пассажирское кресло. Она молча подчиняется. У меня в это время звонит телефон, но я, несмотря на экран скидываю вызов.

— Максим погиб, — говорит она, и ее голос дрожит. — Он был самым лучшим братом, и я не могу поверить, что его больше нет.

— Мне так жаль, Катя, — говорю я ей. — Если бы я мог что-то сделать, чтобы помочь тебе пережить это.

Она начинает плакать, и я понимаю, что сейчас ей нужно просто выговориться, и молча веду машину, давая ей возможность выразить свои чувства. Вижу, как ее плечи дрожат от рыданий, и мое сердце сжимается от боли. Аккуратно беру ее маленькую холодную ладонь в свою руку. У меня снова звонит телефон, но я опять его игнорирую. Когда Катя успокаивается, то смотрит в окно и спрашивает:

— Куда мы едем?

— Пока просто прямо, а ты куда хочешь? Куда тебя отвезти?

Девушка смотрит на меня, поджав губы и говорит:

— Можешь меня здесь высадить, я сама до дома доберусь, такси вызову.

— Нет. Ты сейчас не в том состоянии, чтобы одна бродить по вечернему городу. И если ты не назовешь мне сейчас свой адрес, то я отвезу тебя к себе домой. – Резко говорю я. В таком состоянии она только такой тон понимает, упрямица мелкая.

После этих моих слов она быстро диктует мне свой адрес. И неожиданно говорит:

— Я очень рада, что с тобой все хорошо. Тебя уже выписали?

— Да, сейчас еду из больницы, первый день на свободе, и, благодаря тебе, чуть не оказался немного в другом месте, за решеткой. – Улыбаюсь я.

— Извини, ты прав, я сейчас не в том состоянии, чтобы что-либо соображать. Я две недели ждала чуда, но оно, к сожалению, не произошло. – Глухо говорит она. – О мы почти приехали! Останови здесь!

И девушка сразу собирается выйти, как только я торможу.

— Стой, оставь мне свой номер телефона! Вдруг, тебе понадобится помощь!

— Думаю, это лишнее. – Устало говорит Катя, лицо ее бледное, а на глаза снова наворачиваются слезы. – Возьми уже трубку. – Кивает девушка на вновь звонящий телефон. Я смотрю на экран – номер не знакомый, и скидываю вызов в очередной раз.

— Ты же знаешь, что я все могу о тебе узнать с легкостью, и номер телефона, и номер квартиры, где учишься, где работаешь.

— Никита, не надо делать этого. Ничего, кроме боли, нам это не принесет. – Говорит Катя, и я понимаю, что она права. – Не ищи меня, и никогда не приезжай сюда больше. Я хочу все забыть.

— Возьми это. – И я всовываю ей в руку свою визитную карточку.

Катя благодарит меня за помощь и говорит, что ей нужно идти. Я не настаиваю на другом, сейчас ей нужно побыть одной.

Провожаю её взглядом до двери и смотрю, как она скрывается в подъезде. Между нами что-то есть, но сейчас не время для этого.

Я возвращаюсь домой очень поздно, в начале была встреча с клиенткой, потом заехал поужинать в ресторан. И если честно, я устал. Как назло, сильно разболелось все тело. Врач меня предупреждал, что еще долго все будет болеть и рекомендовал еще некоторое время соблюдать постельный режим.

Да еще эта встреча с Катей выбила меня из колеи. Вот же упрямая девушка!

Как же я хочу принять душ и завалится в свою кровать.

— Привет, Никита! — Говорит Милена, когда я захожу в квартиру. Я киваю ей в ответ, закрывая дверь.

— Собираешь вещи? — Спрашиваю я, глядя на чемоданы.

— Да, ты же сказал мне убираться из твоей квартиры.

Я игнорирую ее ответ и прохожу в спальню, а Милена почему-то бежит за мной.

— Почему ты молчишь? Неужели, в тебе нет ни капли совести, Вяземский?

— Потому что мне нечего сказать. — Отвечаю я.

— Значит, это всё? Конец?

— Да, конец. Мы больше не можем быть вместе. Прощай, Милена.

Она хватает меня за руку, разворачивает к себе, и смотрит мокрыми от слез глазами. В моих же глазах нет ни капли жалости.

— Что значит «мы больше не можем быть вместе»? — Кричит она. — Я тебя люблю!

— А я тебя нет! Все в прошлом, Милена. Хватит унижаться, уходи!

— Ах так, Вяземский! Ты еще пожалеешь.

И она, схватив чемодан, уходит, громко хлопнув дверью. А я остаюсь один. Опять звонит мой телефон:

— Никита Андреевич, это Эльвира Павловна Золотова, мы с мужем разводимся, и я хотела бы, чтобы вы представляли мои интересы в суде….

Катя

Я лежу в кровати и вспоминаю детство. Тогда Макс был моим героем, тем, кто всегда приходил на помощь. Он заменил мне родителей, которых я потеряла в раннем возрасте. Мы были очень близки, несмотря на разницу в возрасте. Я помню, как мы играли вместе, как он защищал меня от обидчиков. Было так много счастливых моментов, которые я никогда не забуду. Но сейчас всё изменилось, произошла эта страшная трагедия. Макс погиб. Это было так неожиданно и больно. Я до сих пор не могу поверить, что его больше нет. Воспоминания о нём всегда будут со мной, но они уже не такие яркие, как раньше.