Скажи мне, что любишь

Глава 32

Катя

Я не решаюсь проверить, жив он или мертв. Тихо открыв дверь, я выглядываю в коридор, охранника рядом нет, вижу, что он в конце коридора, смотрит куда-то в окно.

Не теряя не секунды, я быстро выбегаю из комнаты.

— Стой! — слышу я позади себя.

Я не останавливаюсь и продолжаю бежать. Заворачиваю за угол — в коридоре больше никого нет, поэтому я решаю спрятаться в какой-то маленькой кладовке. Я открываю дверь и захожу внутрь. Это небольшое помещение, в котором хранятся разные вещи: швабры, веники, тряпки, чистящие средства. Дав себе несколько секунд, чтобы перевести дыхание, я прислушиваюсь. Шагов не слышно. Я ложусь на пол, пытаюсь хоть что-то рассмотреть в щель между дверью и полом, и вижу, как охранник идёт в сторону лестницы. Я дожидаюсь, пока он скроется из виду, и выхожу из кладовки. Я крадусь по коридору, чтобы найти выход из дома. Только бы мне это удалось. Но когда я поворачиваю за угол, то сталкиваюсь с охранником.

— Куда ты собралась? — спрашивает он, хватая меня за плечо.

— Отпустите меня, пожалуйста, — прошу я.

— Не могу, — отвечает он. – Шеф не велел.

— Где она? – Вдруг в коридор вбегает другой охранник. – Поймал?

— Да здесь она! Что с шефом?

— Ничего, спит, видимо очень сильно перебрал, что сил на малышку не хватило. – Смеется второй охранник. – Отведи ее пока в другую комнату. Вот проспится он и решит, что с ней делать.

И меня снова закидывают в соседнюю с Золотовым спальню. Я тут же осматриваюсь. Мне надо приготовиться к его следующему визиту, а он точно будет, только неизвестно когда. Надо найти что-нибудь тяжелое или острое. Я обшариваю шкаф и ящики, но ничего не нахожу. Даже приходит мысль вытащить полки, но они оказываются намертво прикручены. В ванной тоже ничего нет, кроме какой-то старой зубной щетки. И меня снова охватывает отчаяние. Это сейчас я так легко справилась с ним, потому что он был в стельку пьяный. Но утром он будет выспавшийся и полон сил. И тогда у него точно хватит сил сломить мое сопротивление. Как только я думаю об этом, то снова погружаюсь в старшую панику. Нет! Только не это!

Меня начинает сильно клонить в сон, но я не могу позволить себе уснуть, в такой ситуации это просто непозволительная для меня роскошь. Вдруг не подоконнике я замечаю цветочный горшок с высохшим цветком. Ну, хоть что-то. Я ставлю его на прикроватную тумбочку.

Всю ночь я мечусь из угла в угол, и когда в комнату поступают первые лучи солнца, меня охватывает жуткий страх. В любой момент сюда может прийти Золотов и изнасиловать меня.

Мне страшно, очень страшно. Я чувствую, как земля уходит из-под ног, а мир вокруг меня превращается в какую-то странную иллюзию. Я вспоминаю Никиту, и глажу свой еще совсем незаметный животик – как же я могла не радоваться, что там появился малыш. Маленькая частичка Никиты…. Как же я тогда испугалась! И его измену с Лерой я уже давно простила….

Вспоминаю наши романтические моменты, и слёзы начинают катиться по моим щекам. Вот мы стоим и нежно целуемся на балконе, а потом он не дает мне упасть в приемной, ловит в самый последний момент, и я оказываюсь в его объятиях. Наши жаркие ночи, просто сводящие с ума. Всё вокруг вдруг стало казаться нереальным. Тело покрылось мурашками, и я ощутила, как каждый волосок на моей коже встаёт дыбом. В голове крутились воспоминания о том, как всё начиналось. Все же было так хорошо. Не должно все на этом закончиться…. Как же наш малыш?

И тут, прямо как в фильме ужасов, дверь в комнату открывается, и я понимаю, что мой кошмар продолжается уже наяву.

— Думала сбежать от меня, Катерина. – В комнату заходит Золотов. – Не получилось, беда-то какая! А теперь иди ко мне, продолжим то, что начали вечером.

— Если вы хоть пальцем меня тронете, вам не жить! – Кричу я. – Не подходите ко мне!

— Да ладно тебе, я буду нежен и осторожен, я знаю, что ты невинная нетронутая девочка. – Улыбается он. – Ты хранила себя для меня. Теперь я буду заботиться о тебе, Катюша. И научу тебя всему. Ты станешь самой лучшей женой.

— Отойдите! – И я хватаю цветочный горшок и запускаю в него. Удар приходится ему в живот, и никак его не ранит. Он лишь отряхивается от земли и продолжает дальше наступать на меня.

— Дура! Хватит уже сопротивляться тому, чего не избежать. – Кричит он, и, протягивая ко мне свои потные руки, притягивая меня к себе. – Просто прими это как данность, расслабься и получай удовольствие. Может, тебе вина принести?

— Нет! Отпустите! Помогите! – Я пытаюсь оттолкнуть его. – И я не такая, как вы думаете. – Говорю я, в надежде, что это остудит его пыл.

На его лице мгновенно появляется злобная гримаса. Золотов что-то обдумывает, потом отпускает меня, смотрит яростным взглядом, просто прожигая насквозь, и спрашивает:

— Ты спала с Вяземским? Отвечай! – Переходит он на крик.

— Да, спала! И мне было очень хорошо с ним! Никита – самый лучший мужчина на свете! Вы ему в подметки не годитесь.

— Ах ты, потаскуха! Как ты посмела! Как же ты низко упала в моих глазах. – И он со всей силы бьет меня рукой по лицу.

Я вскрикиваю от неожиданности и отлетаю в сторону окна. Удар головой о стекло заставляет меня потерять равновесие, и я падаю на пол. Струйка крови стекает из уголка моих губ, и я чувствую её металлический привкус. Я поднимаю руку, чтобы вытереть кровь, но она продолжает капать на пол, оставляя за собой красные следы. Я смотрю вверх и вижу Золотова, стоящего надо мной. Его лицо искажено гневом, а в глазах читается ненависть. Он говорит что-то, но я не могу разобрать слов из-за шума в ушах. Я пытаюсь встать, но ноги отказываются слушаться. Я падаю обратно на пол, и всё вокруг темнеет. Золотов поднимает меня, и бьет по лицу еще раз. Я не могу отмахнуться, потому что обеими руками прикрываю свой живот, опять падая на пол.

— Как же я упустил это? Как же не заметил, что ты спуталась с ним? Как ты могла! Я Машу убил из-за этого, и, думаешь, тебя теперь оставлю в живых? Ты должна была быть только моей!