Сказительница 2. Надежда Гардариан

Глава 18. Нежданный гость

Когда я увидела, кто вошёл в комнату после нашего “Да-да”, чуть не поперхнулась тарталеткой. Иллинириэль? А ничего, что я в халате? Одно дело придворный парикмахер, а другое — учитель и наследник престола. Закашлявшись, я резво натянула одеяло на нос. Выглянула оттуда краем глаза и пробурчала:
— Маэстро, что-то случилось?
На такое обращение принц поморщился:
— Тинарра, нам бы с тобой поговорить до начала бала!
— Может не надо? Разве это не терпит?
— Надо! Мне нужно тебя кое о чём предупредить.
— Давай, кхм, -те, может перед самым началом?
Эльфийский наследник, топтавшийся у дверей, сделал шаг к кровати:
— Хорошо, я веду тебя сегодня как свою пару. Зайду за пятнадцать минут.

А ведь я только сунула в рот кусок последней тарталетки! Я посидела, спокойно вытаращив глаза на Ильри, примерно с минуту, медленно дожёвывая и соображая, что вообще происходит. А потом высказалась:
— Э-э-э?
— Это как раз касается того, о чём мы должны поговорить.
— Н-ну ладно, вместе, так вместе. А де-, м-м-м, маэстро Араниэль в курсе?
— Да, и Дир, и родители тоже.
— А-а-а, ну тогда ладно. Уф, — я вытерла вспотевший лоб рукой, — наелась. Буду готовиться, значит.
— Да, собирайся, а я ещё вернусь. И нарядись как следует!
Тут я поняла, что камушки точно перепали от него:
— В те брильянтики? — спросила небрежно, косясь на парикмахера.
— Именно! Я пошёл. Вернусь через час. Никуда одна не выходи. Не выходите. Обе.
— Хорошо, — проводили мы его удивлённо-подозрительными взглядами, — договорились.

Под приподнятой бровью лощёного эльфа, я выползла из-под одеяла к трюмо, отправив готовую Лари надевать платье в умывальню. Её волосы на удивление послушно лежали в причёске.
«Эх, что ж мне раньше такой сервис не предоставили, глядишь на прошлом балу не выглядела бы как простушка и с кузиной не поругалась. Хотя тогда не до того было. И Ильри не знал. Ага, вот в чём дело! Наследник лапку приложил. А, хотя, у него же нет второй ипостаси. Тогда, простите, руку. Что ж…» — на этом мои размышления нагло прервали натягиванием пряди волос и плетением из неё тонкой витой косы. Остроухий повелитель щипцов и локонов мягко, бережно, но настойчиво делал мне сложную причёску, и эти вредные змеи, считающиеся волосами, возмутительно ластились к его рукам и этому особому виду магии.

Парикмахер закончил завивать и укладывать мои самовольные пряди и раскланялся. Я же осталась сидеть, разглядывая в зеркало невероятно сложное и красивое плетение на волосах, лишь одна немыслимым способом укрощённая прядь, выпущенная из центра причёски и уложенная в волну, сбегала по спине к обалденно глубокому вырезу сзади.

Итак, нарядившись в платье и украшения, я стояла перед зеркалом, совершенно не узнавая себя. Конечно, несмотря на моё бунтарство, родители и дядя вырастили во мне леди, но в Ландарионе платья были слишком объёмными, закрывающими женщину со всех сторон и уродующими пропорции фигуры. Здесь же я казалась одновременно хрупкой и юной, благодаря цвету платья и прозрачности камней, походивших на хрустальную росу, застывшую на цветке. Но одновременно была и нотка обольщения, выраженная в глубине выреза, причёске, сияющих глазах.
«Жаль, здесь нет Виндорра, чтобы оценить эту прелесть», — грусть кольнула в самое сердце.

Лари же пищала от восторга, рассматривая нас в трюмо:
— Мы прекрасные богини! Это невероятно! Эльфы — волшебники, зря я раньше их не очень жаловала. Пойду с тобой, пожалуй, на эльфийский к леди Тиринилиэль. И вообще, хорошие у тебя связи, подружка!

Я рассмеялась:
— Цени! — наша дверь словно притягивала посетителей в самый неподходящий момент. Пришлось отстраниться из благодарных объятий Валарры, так как стучавший не стал ждать ответа и вошёл:
— Ильри! — охнула я и вспомнила, что он ведёт себя странно. «Что же он хотел обсудить? Почему у меня коленки трясутся?»