Сказительница

Глава 2. Чешуйчатый переполох

На следующий вечер я спустилась с драконьей книгой в библиотеку — единственное место в загородном особняке, где слуги не мельтешат перед глазами. И до ночи проторчала за креслом возле камина, в попытках найти позу для чтения поудобнее. Проглотив запоем последние сказания про драконов, я блаженно зажмурилась на мгновение, а после быстро запрятала рукопись назад в тайник: «Нельзя, чтобы такое у меня нашли. Накажут. И отберут! Не-не-не! Я так не играю!»

Потянулась. Тело затекло от стольких часов сидения в неудобной позе. И вдруг застыла, завороженно глядя на потухший камин. Внутри моей поясницы словно заворочалась, зафырчала огромная недовольная змея, обдавая нечеловеческим жаром. Тяжёлый, липкий пот пополз по спине. Я шумно вдохнула. 

Между лопатками же что-то безумно чесалось, искрилось, кололось и ёрзало. Что же это?

Я почувствовала себя неуютно в доме и незаметно выскользнула в сад, укрытый сумерками. Встала возле любимой гардерании, положила руку на ствол и попыталась отдышаться. Не вышло. Огонь в груди разгорался сильнее, гораздо ярче, чем раньше. Я вся горела, дрожала как тростинка, объятая вспышками пламени, сотрясаясь от стоп до макушки! 
«Это что, сердечный приступ? Я умираю?» 

Внезапно земля закружилась под ногами, меня потащило кувырком в неведомый водоворот и швырнуло в кусаче-колючий куст раушана. Но я не заметила его остроты, ведь моё тело теперь покрывала довольно плотная медная чешуя... 
«Стоп. В смысле чешуя?» — вытаращила глаза на ноги и поняла, что сейчас они больше тянут на изящные когтистые лапы. 

Земля под ними вздыбилась, нежно-салатовые цветы алалии были безнадёжно растоптаны, а свежеприобретённое для меня дядей платье с пышной юбкой — из набора «как полагается леди» — порвано в лоскуты. 

Оглянулась. За спиной оказался красно-рыжий, чешуйчатый, заостренный хвост: «Мамочки! Хвост! А что это у меня с руками? И это что же, у меня крылья выросли? Ну всё, приехали!» — Я попыталась схватиться за голову и не смогла: потеряла баланс, взмахнула крыльями, покачнулась... 

Промелькнула мысль: «Я что, тоже дракон?! Ммм. Значит я не случайно нашла эту книгу? Только, похоже, я ещё «птенец», раз дядин дом пока цел, и я повредила только цветы».

Кувырок, и я стукнулась о землю во второй раз за день: 
«Ой. Кажется, я совсем голая и снова без чешуи… И так падать объективно больнее! Святая Маниока!» 

Я, похоже, подцепила от Дарии это дурацкое восклицание, которое она так любила повторять, если в доме творилось что-то неладное: случайно падали из рук подносы с едой или приходили дурные вести. В общем, когда всё шло кверху дном. 

Паника назревала внутри как воронка шторма, и я не могла это остановить.

Чтобы хоть как-то успокоиться, я привела клумбу в более-менее приличный вид, схватила остатки одежды, рванула в дом через чёрный вход, заперлась в комнате, закуталась в плед и начала нарезать круги по импровизированному кабинету в библиотеке.
«Что же я теперь буду делать? Голой бегать по улицам Ландариона просто немыслимо! Сразу же упекут в Страдальний дом, не дай Всесветлая! Там вообще читать строго запрещено! Я и так с тоски здесь умирала! А тут, — я, кажется, хихикнула вслух, — развлечение появилось».

Сумрак наполз на мое лицо: «Если меня поймают здесь, в Ландарионе — я не выживу. В лучшем случае запрут до конца жизни в Страдальний дом, а в худшем — будут изучать мою магию. На опыты заберут, проще говоря.

С такими законами и предубеждениями в обществе, тем более к женщинам, я долго не протяну с подобными прятками. А вдруг сменю ипостась прилюдно? Я же не могу это контролировать! Нужно бежать. 

Только куда, в другие страны Эллиарии? Где не будут убивать дракона ради его силы? Да откуда ж я знаю! Но как тогда быть дальше? Дядя уехал и, по сути, запер меня в четырёх стенах. Но это и к лучшему: он явно решил выдать меня замуж в ближайшем будущем. Сломить меня, мою свободу. Б-р-р-р! Родителей больше нет. Кто обо мне позаботится? Только я сама. Я должна справиться, ради памяти матери и отца. И всё преодолею!»

Я незаметно прокралась в свою комнату, чтобы слуги не увидели меня в таком виде. Благо, в будни дома ночевали лишь глухая кухарка да старик-дворецкий. А порванную одежду припрятала в кабинете — чтобы завтра на рассвете сжечь в камине. 

Надела ночную рубаху. Вытащила шпильки из уставших волос, и почувствовала как локоны оживают и словно текут, струятся по спине. И решила не заплетать их на ночь, с распущенными мне лучше думается. 

Шмыгнула под одеяло и закуталась до самого кончика носа. Смежила веки. Мягко покачивались кроны деревьев в саду. Еле слышно поскрипывало кресло-качалка в комнате кухарки. Что-то нашёптывал ветер — своим подругам звёздам.

И хоть мое тело ломило после сегодняшних событий, но душа пела: «Впереди что-то новое, совершенно чудесное, просто невероятное. Я обязательно найду выход!»