Сказительница и крылатый эльф драконьих кровей

Глава 3

Картина выглядела настолько реально и даже, вроде бы, выпукло, объёмно, словно некий заморский мастер уже тогда (когда именно — понятия не имею, но полотно явно старинное) с успехом освоил технику 3D эффекта. Только тут никаких очков для просмотра не требуется. Как говорится, всё включено. Имени художника или чего-то подобного не обнаружила. Зато в нижнем левом уголке едва приметно виднелся любопытный вензелёк: два крыла как бы обнимают небольшое деревце, ветви которого образуют какой-то неизвестный мне символ или букву. Скорее всего, это монограмма автора, но я так и не смогла понять, что за буковка на ней изображена. Интересно, на каком это языке?

Как бы там ни было, она выглядела знакомо. Я попыталась вспомнить, где бы могла её видеть, но будто натолкнулась на преграду: память категорически отказывалась выдавать нужные сведения. Мда, странно всё это.

— А-а-а, не хочу тебя никому отдавать, себе возьму! — решение пришло молниеносно, но казалось единственно верным.

Мне всегда нравились волшебные сказки и сказочные замки, а этот как раз смахивает на один из них. Детская мечта отправиться в Диснейленд так и осталась мечтой. Может, именно поэтому я до сих пор не перегорела, а наоборот, только сильнее полюбила средневеково-барокковую культуру?! Думала, больше, чем Нойшванштайн или Юссе, мне ничто не сможет понравиться, и на тебе! Жаль только, что этот замок нарисован. Если бы... Да, понимаю, что во мне снова заговорила маленькая девочка, которая до сих пор верит в сказки, но... так хотелось оказаться там, на этой картине... или внутри неё и побродить по тенистым аллеям парка, прогуляться по садовым дорожкам, посидеть в беседке среди цветов и исследовать этот невообразимо прекрасный замок. Вот было бы здорово, если бы сегодня он мне приснился и я хотя бы во сне осуществила это своё странное желание...

Так, пусть папуля обижается, сколько хочет, но эту картину я ему не отдам. У себя в комнате повешу. Сейчас сил на это просто нет, но завтра с утра поработаю дрелью и молотком, а сегодня выберу место получше, чтобы, лёжа на кровати, хорошо было видно.

С огромным сожалением повесила картину на стену коридора, а потом ещё минут пятнадцать любовалась, не в силах оторвать взгляд.

— Эх, не хочется с ней расставаться, но не спать же теперь прямо здесь?! Коридор для этого не предназначен, а жаль.

Ужинала, как это теперь часто (слишком часто!) бывает, в одиночестве: отец находился в очередной добровольной командировке. Отчего-то стало очень грустно. Я совсем одна в немаленьком таком двухэтажном частном доме, спроектированном в стиле средневековой крепости. Вот за что папке спасибо, так это за наше жилище. Они его с мамой вместе придумывали (но идея была, конечно же, его!), и я каждый раз наслаждаюсь, возвращаясь в родную обитель. Есть только единственный минус: дом слишком велик для нас двоих.

Чай с вкусняшками немного поднял настроение, и я отправилась в свою комнату, чтобы завалиться на кровать и что-нибудь почитать перед сном. Проходя по коридору второго этажа, снова зависла перед картиной. Вот как можно идти к себе, когда тут такое?! Не помню, сколько я там простояла, но глаза начали слипаться. А вообще... что-то странное со мной творится. Меня к этому произведению искусства так и тянет, будто магнит кто приделал. С трудом заставила себя отлепиться от созерцания прекрасности и поплелась спать: на чтение сил уже не оставалось. В комнате присмотрела самое оптимальное место для драгоценного полотна, надела любимую розовую пижамку и с чувством исполненного долга провалилась в сон.

Эх, а ведь тогда я даже не догадывалась, что меня ожидает уже совсем скоро…