Сказка для одинокой леди или как влюбить Кощея

Часть 5. У Яги в гостях. Переговоры.

Долго ли, коротко ли путники наши шли, да всё ж добрались до избушки, что на болотах прижилась. Не могу сказать, что Яга их встретила радушно, да и героиня наша старалась на глаза не попадать старухе, притаившись за Кощеем.

***

— Ну, что скажешь? Посильна задача тебе такая, аль навсегда ей в этом теле в заточении быть? — Бессмертный выжидающе на колдунью глядел, ответа дожидаясь.

— Ещё чего! Почём я этой невеже помогать должна, коль она меня начисто обчистила, да метёлку, окаянная, в болоте потопила?! — не смогла сдержать свой гнев Ягиня, даже ложку, коей в котелке мешала зелье своё зловоное, сломала. — Чем только метла провинилась-то перед ней?! За что сгубила транспорт мой?! Да ещё ведь додумалась, избе моей, когти подстричь, да покрасить в розовый цвет!

— Изба стрёмная твоя была, лучше бы спасибо сказала, что я её в порядок привела! — возмутилась Рина.

— И это ты называешь порядком?! Ты из трав моих колдовских суп сварила, избе на лапе кожицу подрезала, чтоб тот наваристее был, зелья местами переставила, я одной купчихе, вместо любовного зелья дала слабительное, да ведь не просто слабительное, ведь ты додумалась в полупустую склянку зелий разных намешать! В итоге возлюбленный её, мало того, что с горшка сойти не может, так ведь ещё и уши у него ослиные выросли, на голове рога, а на теле шерсть зелёная! Так ведь ещё ты коту моему червоному… Эх, да что стало быть говорить, и так вон видно, как хандра его в объятия свои заволокла. Куда уж он теперь без… Живодёрка! — причитала старуха, скалясь, да ручонками махая. Хотела бы она затолкать эту неприкаянную в печь, дабы съесть по возможности, но не судьба.

— И это ты ещё про зайчика не знаешь, — печально вздохнул Кошей, поглядывая на обеих дам.

— Какого такого зайчика? — не поняла колдунья. Она, сощурясь, одарила его своим удивлённым взглядом.

— Такого зайчика, что в печи твоей запечён как-то был, — ухмыльнулся блондин.

— Я же говорила, что очень голодна была! — обиделась Арина.

— Случаем, не Ушастый, звали того бедолагу? — от столь неожиданной вести старуха аж на пол осела.

— О, а ты тоже его знала? — оживилась Аришка, на устах её тут же застыла улыбка.

— Она меня пугает, — отодвинувшись от своей спутницы, произнёс Бессмертный.

— А меня выводит из себя! Это ж надо было додуматься, Ушастого сожрать! — запричитала Яга. — Ах мой бедненький, не сберегла. Я всё думала, куда девался-то мой горемычный, а он… Ох, не уберегла от животного этого! Бедный заинька мой! Пущай боги тебя покарают!

— Уже, — указывая на свою часть тела, где отличие самое главное от неё настоящей было, словом говоря, на отросточек, коего быть не должно у дивы чудной, выдала царевна.

— Яга, что угодно сделаю для тебя, но избавь меня от этой обузы, — одними губами, произнёс Кощей, поглядывая на старицу, что в вельветовом платье на полу умостилась. Локоны её белёсые до самого пола свисали, так как длиною были ниже поясницы, а глаза, бездонно синие, смотрели куда-то в пустошь, задумавшись о чём-то.

— Коща, позволь нам с Ягой переговорить немного наедине, — попросила Ариша, у которой неожиданно возник в головушке весьма остроумный план. — Чисто по-женски.

— Неужто уже какие-то козни против меня строить решила? — с подозрением отнёсся к просьбе девы, Бессмертный.

— Вовсе нет, — отмахнулась царевна/царевич, не обессудь. — просто нам нужно обсудить кое-что, чего мужчинам знать не надобно, — выталкивая из избы злодея, проговорила Рига, после чего спокойно закрыла дверь, в том числе на засов и повернулась к опечаленной старушонке.

— И чегось там у тебя? — угрюмо вздохнув, произнесла Ягиня. — Выкладывай всё, да смотри, чтоб по чесноку! — села за стол, взяв в руки чашку с целебными травами.

— Яга, как думаешь, сам по себе Иван, в коем теле я нахожусь, привлекателен, а ли вовсе нет? — решила хитростью колдунью на свою сторону переманить. Она села напротив старухи, с прищуром глядя той у глаза.

— Продолжай, — косо посмотрела на неё Яга. — к чему ты ведёшь?

— Сам по себе Иван в Василису влюблён, верно? — Риша принялась медленно, бесцеремонно перемешивать в своей чаше листья чая. Яга же пыталась уловить мысль царевны, внимая всем её речам.

— Предлагаешь, в качестве сделки нашей, впихнуть мне царевича? — ухмыльнулась Ягиня, откинувшись на спинку стула. — А коли тот порубить меня захочет? По твоим словам, конечно, только старух молодцам и подавай! — засмеялась она, едва ли не пустила слезу от хохота. — Ишь какая, а ежели не по нраву я ему буду? Что тогда, связанного мне притащишь?

— Я-то думала, что ты колдунья настоящая, а то лишь старческие причуды да трюки различные, получаются… Неужто приворожить не сможешь? — удивилась Арина.

— Приворожить-то смогу, но что поданные его, да царь батюшка скажут, увидев в качестве невестки старуху дряхлую, а? — знала Яга способ один, дабы молодость воротить, но то ей не по силу было, так как заколдованная та была, дальше лесу ни ногой шагнуть не могла, всё же, недаром её хранительницей звали, оттого, что жила в глуши, да берегла лес от люда честного, да прочих непрошенных нелюдей.

— А если я для тебя яблоки молодильные раздобуду, тогда, меньше вопросов к тебе будет, по поводу внешнего вида? — предположила дева, вспомнив русские сказки, да поправив непринуждённо свои локоны, кои на лицо полезли.

— Не плохое предложение, нежить, — сощурилась Ягиня, да хохотом разразилась сильным, едва ли со стула не упав. — А ведомо ль тебе, где сыскать те яблочки? Да и как в Навь не сойти с тропы той злополучной?

— А ты расскажи мне, глядишь, чего-нибудь и смекну, — подмигнула Риша, придвинувшись ближе к старухе. Руки согнула в локтях, да на стол поставила, на них же голову свою склонила, внимательно запоминая напутствия Ягини.