Сказка о бумажном тигре

Глава 3. Клан Зелёного Дракона

Ночью дом преображался. В оглушительной ночной тишине каждый шорох казался шепотом, словно только дождавшись захода солнца незримые обитатели наконец оживали. Тени танцевали с лунными лучами, удивительно изгибаясь в необычные картины, прыгая по ступеням и полу, играя.

Яна сидела на кровати не в силах заснуть.

В шелесте тканевых ширм и скрипе деревянных половиц девушке слышалось недовольство: дом почувствовал смену владельца. Он присматривался к чужачке, затаясь, словно перед этакой.

В "Черном Небосводе" не упоминались живые дома, но Яна была уверена, что именно этот дом определенно имеет если не разум, то душу как минимум.

Яна совершенно не знала за что ей браться. Просто жить, сдаваться, спасаться бегством или попытаться изменить сюжет?

Девушка перевела взгляд на окно, сквозь которое можно было разглядеть мириады звезд, рассыпанных по небу. Во мгле они светились столь ярко, что казались запущенными фонариками.

***

Слуг в доме не было. Яна точно знала, что в других резиденциях не так, ведь взаимодействия главной героини с более низкими слоями общества тоже были прописаны автором. Там как раз давалось противопоставление доброй понимающей Цзи Яньлинь, которая всегда была добра со слугами и склочного Цзи Фэнханя, раздающего плети за лишний взгляд в его сторону.

Пришлось вновь одеваться самостоятельно, вспоминая то, как выглядели герои в игре и учителя Клана. Самым сложным оказались найти учебное помещение, ведь дети сновали по деревянным мостикам туда-сюда, но кто из них просто гуляет, а кто спешит на занятия было не понять.

Яне все сильнее хотелось разыграть амнезию. Или признаться в том, что никакая она не Цзи Фэнхань.

В первом случае пришлось бы раскрыть и то, что она девушка. Это было небезопасно, ведь так и не понятно, почему прошлая владелица о такой мелочи предпочитала не распространяться. Второе желание и вовсе могло свести ее в психбольницу местного разлива! Причем много раньше, чем предполагалось изначально.

Персонаж Яны по сюжету жил долго. И это просто превосходно, если не знать, что жил он в камере душевнобольных, которая находилась где-то под горой.

Причем изначально предпосылок на его сумасшествие девушка не замечала, Цзи Фэнхань маячил где-то на заднем плане, иногда подгаживая главным героям. И лишь в середине сюжета на Клан Зелёного Дракона напали обозленные властью семьи Цзи заклинатели, взяли Цзи Фэнханя в заложники и вернули уже со слегка подтекающей крышей. Причем в это время главная героиня активно строила отношения с главным героем, а потому подробности "заложничества" читателям не показали.

Читая, Яна и сама не слишком сильно интересовалась второстепенными героями и их душевными травмами, так что такую скупость автора воспринимала вполне благодушно.

Скажи ей кто-нибудь, что она перенесется в реалии книги, девушка не только читала бы внимательно, но и из автора вытрясла бы все не вошедшие в сюжет подводные камни.

Впрочем, думать об этом почти не было времени: нужно было учить учеников.

Наконец, оказавшись в учебном помещении, Яна придала себе чуть высокомерный вид. Она вздернула подбородок и сцепила руки за спиной. Чуть прикрытые в притворной лени глаза безразлично прошлись по нескольким десяткам учеников. Они сидели на подушках возле низких письменных столиков, чинно сложив руки на коленях.

Небожители пощадили Яну, ведь первыми у нее были младшие ученики, от восьми до тринадцати лет. С ними девушке не придется проводить практические занятия, можно будет обойтись и лекциями.

— Приветствуем учителя Цзи, — нестройным голосом протянули дети, практически одновременно кланяясь.

Припоминая, что у всех лордов клана были старшие ученики, выполняющие роль старост, девушка и вовсе позволила себе слабую улыбку. За спиной почти бесшумно возникла уже знакомая ученица.

Яна повернулась к девочке-подростку, имя которой так и не удосужилась узнать.

— Позови старшего ученика, — уверенно приказала новоиспеченная Цзи Фэнхань.

Девочка дернулась было выполнять поручение, но вдруг замерла на месте. Лицо ее приняло чуть растерянное выражение.

— Мастер Цзи, эта Лю Инъин и есть старшая ученица, — едва слышно произнесла девочка.

«Бляшки-неваляшки… Оговорочка по Фрейду.»

Судорожно соображая, что ей делать, чтобы не опозориться повторно, Яна в мнимом раздражении закатила глаза. Где-то глубоко в сознании у нее кругами бегал маленький человечек с плакатом и яркими красными буквами «ЭТО ДНО, ДАЛЬШЕ ПАДАТЬ НЕКУДА».

— Этот мастер имел в виду старшего по возрасту ученика, — миг спустя высокомерно процедила девушка, окидывая Лю Инъин взглядом, полным сомнения в ее умственных способностях.

Старшая ученица вежливо поклонилась и бросилась куда-то за пределы ученического зала.

Так Яна оказалась совершенно одна перед оравой маленьких заклинателей. Все они смотрели на нее восхищенными мордашка, словно на спустившегося в наш бренный мир Небожителя.

— Кто помнит, какая тема была в прошлый раз? — громко спросила Яна, прохаживаясь сквозь ряды низких столиков.

Дети единодушно молчали.

Девушка дала ещё немного времени на размышления, сама вспоминая, что вообще помнит о заклинательстве.

Получалось ничтожно мало.

— Хорошо. Тогда в конце урока составьте список всех существ, которые по вашему мнению встречаются заклинателям. Сначала запишите, потом по очереди прочитаете вслух, чтобы лучше запомнить. Поняли?

Ответом послужил нестройный согласный гул. Ученики потянулись к письменным принадлежностям, а Яна села за передний учительский столик и застыла благородной нефритовой статуей. Девушка вновь окинула ряды пристальным взглядом.

— По легенде, — начала она, — покровителем Клана был Зеленый Дракон.

***

Высоко в горах, в небольшой деревне, жил прекрасный юноша по имени Шу Чжао. Душа его была чиста, как первый снег, а лицо прекрасно, словно у Небожителя.

Шу Чжао был сиротой: его ещё совсем маленьким нашли в телеге с сеном, наверняка кто-то подкинул его туда прямо в дороге. Сердобольные селяни частично (если можно так сказать, конечно) приютили ребёнка, единодушно решив выделить для жизни мальчика старый заброшенный дом на пике горы и по очереди подкармливать, будто не человека даже, а случайно забредшую к людям собаку. И это, признаться честно, некоторых настораживало.