Сказка о бумажном тигре

Глава 11. Застывшие воды

Днем город был ленив. Он пригрелся на весеннем солнце, раскинул улочки по обе стороны от реки и медленно сплетал жару с прохладой водных потоков. И жители, подражая, тоже словно никуда не спешили, передвигались медленно, работали умеренно, и в целом жили так, словно время и суету придумали дураки. Их беспокоили лютые мертвецы, цены на зерно, семейные тяготы… Забот, на самом-то деле, много, но жизнь в Шицзине не ускоряла свой бег даже для них.

Чайная лавка находилась в другом конце города, на окраине. Здание было обнесено белыми стенами с красивыми решетчатыми окнами. Внутри, за открытыми воротами, виднелись ступени, ведущие в само заведение и утопающие в листве окружающих деревьев.

Яна мысленно восхищалась превосходными пейзажами, вслед за Фэн Чэнмэем проходя по тихим улочкам. После распределения адептов по парам Глава Огненной резиденции окинул Мастера Цзи внимательным взглядом и безапелляционно заявил:

— Мы идём в чайный дом.

Тон его не предполагал возражений, как если бы в случае отказала он просто закинул бы Мастера Цзи на плечо и понес в нужном направлении, поэтому Яна лишь высоко вскинула подбородок, молчаливо показывая, что с таким поворотом событий она не смирилась…

На входе их встретила сама хозяйка.

Невысокая, одетая в зелёный шелк с вытканными на нем узорами. Лицо ее, покрытое рисовой пудрой тончайшего помола, было слегка округло. Женщина смущённо улыбалась, смотрела спокойно, мягко даже, словно не заклинатели перед ней, а кто-то близкий. И без того темные глаза она подводила черной краской, оттого казались они очень яркими.

Женщина представилась Госпожой Чан и пригласила их поговорить в малый зал на втором этаже.

— Мне, признаться, неловко даже от того, что вам обо мне наверняка рассказать успели… Надеюсь господа заклинатели не будут предвзяты к этой скромной хозяйке, — голос ее звучал мягко, успокаивающе.

Яна махнула рукой Бай Сыюю, чтобы тот осмотрелся, пока их не будет. Ученик замешкался, оглянулся подозрительно, но все же послушно скрылся среди посетителей.

Внутри было просторно и многолюдно: несмотря на слухи люди в чайную лавку ходить почему-то не переставали. В центре зала на небольшом возвышении сидела девушка, играя на струнном инструменте — гуцине. На полочках и на полу стояли горшки с удивительными цветами, которые наполняли помещение ненавязчивым сладким ароматом. Помещение разделялось ширмами, которые создавали ощущение приватности.

Фэн Чэнмэй внешне казался спокойным, но Яне казалось, что взгляд его мягче, чем обычно.

— Мы не привыкли верить слухам, — сдержанно произнес Мастер Фэн.

Женщина добродушно кивнула. Украшения в сложной прическе издали тихий перезвон.

Когда они уже подходили к красивым раздвижным дверям неожиданно служанка, несущая поднос с огромной горой посуды, запнулась, засмотревшись на заклинателей. Лицо ее вмиг побелело, в горле застрял вскрик, а фарфоровый чайник, чашки и даже откуда-то там оказавшийся половник, полетели на пол. Треск, грохот и подавленный жалобный стон заставили Яну непроизвольно отклониться в сторону, ближе к Фэн Чэнмэю. Слаженно, словно отрепетировано, громко ахнули другие служанки, поспешно бросаясь помогать непутевой коллеге. Что-то невнятно, но очень слезливо бормотала уронившая поднос девушка, показалось даже, что слезы капнули на светлую ткань ее формы.

— Ох, простите, господа бессмертные заклинатели! Простите! — запричитала хозяйка чайной заявки, прижимая ладонь ко рту.

Фэй Чэнмэй махнул рукой, давая понять, что не собирается акцентировать внимание на такой глупости. Госпожа Чан строго посмотрела на служанок и те, беспрестанно извиняясь, быстро пропали в одной из многочисленных комнат.

***

Лодка была… обычная. Маленькая, рыбацкая и потрепанная, она ничем не отличалась от сотни других лодок. Даже лежала по-обычному, накренившись в бок, носом упираясь в растущее у реки дерево.

Ши-ши смотрел на нее молча и даже с каким-то укором: о чем теперь Мастеру рассказывать?

— А внутри ничего не было? — уточнил Шэнь Чжань, проверяя судно духовной энергией.

Ши-ши с надеждой глянул через его плечо, но приуныл, ничего кроме темных досок не заметив.Мужчина, который и притянул лодку с реки, выглядел немного нервно. Он постоянно гладил свою козлиную бородку и дергал за нее, словно убеждаясь, что та ещё на месте. Но молодые заклинатели к странной реакции привыкли.

— Нет, разве что водоросли кой-где прилипли. Только мы отодрали их и выкинули, сейчас уже вряд-ли отыщем… — растерянно протянул мужчина, сцепляя руки в замок.

— Ничего страшного, — успокоил его Ши-ши, заметив это движение.

Новоявленные напарники уже собирались уходить, когда дорогу им перекрыла дородная женщина. Она уперла руки в бока и выглядела почти устрашающе, хоть и улыбалась:

— Господа заклинатели, а вы нам не поможете? Давеча кобыла ногу переломила, дров на зимнюю топку не притащить теперь…

Ши-ши, признаться, на миг подумал, что запрягать в телегу станут их с Шэнь Чжанем. Воображение его тут же нарисовало как к бокам их прикрепляют оглобли, ко ртам — вожжи, и вот они уже не праведные заклинатели, а грузовые лошади. Со лба льется пот, каждый шаг даётся с трудом, а телега кажется весом в тысячу цзинь…

…По правде говоря, все оказалось проще, надо было переносить дрова в руках. Но это не отменяло бурчания Ши-ши, который одновременно и рад был помочь, и припоминал слова учителя о том, безвозмездно работают только дураки и даосы.

Над головами безжалостно пекло солнце. Слышался шум реки, которая уже скрылась за изгибом улицы, и крики зазывал.

— Чего стоишь, ждёшь пока дрова сами себя понесут? — произнес Шэнь Чжань, не сумев скрыть нотки ехидства.

Застывший посреди дороги Ши-ши прищурился, глядя куда-то в сторону рыночной площади. Не услышав вопроса, он приложил ребро ладони над глазами, чтобы не мешало солнце, и смешно вытягивал трубочкой губы, словно это помогало ему видеть. Держать дрова одной ладонью было неудобно и несколько поленьев с грохотом упало мальчишке под ноги.