Сказка о Крысолове

6

Что значит возвращение крыс в Мейндлей? Катастрофа, начавшаяся четыре года назад, приобретает всё больший масштаб, и уже ведущие специалисты Серого Холма признают своё бессилие. Грозит ли возвращение крыс возвращением и легендарной чумы? Вернётся ли в Мейнд это чудовище? Или это знаки возвращения чего-то более грандиозного?

По легенде, чары Дудочницы хранили границы Мейнда от крыс. Но что, если заклинания утратили свою силу, и крысы вернулись? Фигура Дудочницы окутана легендами, и всё больше учёных склоняются, что в легендах остался искаженный образ одной из ДРЕВНИХ БОГИНЬ нашей земли, чей культ угас ещё до крушения культа Ау. И некоторые находят в сказаниях признаки грядущего возвращения Дудочницы. Так же учёные находят всё больше знаков того, что похищение детей не было просто жестом мести. Некоторые открытия указывают, что они всё ещё могут быть живы, и некоторые из них УЖЕ вернулись в Мейнд. Кто они? Где их искать? Кто на самом деле спас королеву Эллин и помог ей взойти на трон? Куда делась настоящая королева? Что задумала древняя богиня? Обо всём этом читайте наш суперматериал на стр.2-6.

Еженедельная газета «Королевские тайны», выпуск 14/227, коллектив авторов.

Мой план спасения путём привлечения внимания королевы был абсолютно безумным, и я была уверена, что он не сработает. Ну, хоть привлеку внимание к проблеме. Наверное. Поведение шефа и частота появления неучтённых регистраторов у Старого дворца не оставила мне иных выборов. К тому же Дагур подсказал сопоставить маршруты работы Раха, коллег и меня самой, и картина вышла неутешительная. Регистраторы появлялись рядом с моим маршрутом. Будь я королевским следователем, какой бы вывод я сделала? Только один. И взяла бы эту подозрительную новенькую Шерал Иреа за жопу да в королевскую тюрьму.

Казематы были под северной частью Старого дворца и пустовали. Но говорили, что в глубине Скалы есть ещё камеры, и вот там вот точно пыточные, ужасные инструменты и кровищи по колено. Кровь, как говорили, выливают прямо в океан. Почему в океан? Ну, не на город же!

… в тот момент я поняла, что понятия не имею, куда деваются канализационные стоки дворца и чем вообще занимается бригада обслуживания водопровода и канализации. Может, и правда сливают всё в Океан...

Умом я понимала, что мою невиновность докажет первый же допрос с мыслеплётом, но чёрт возьми, есть ли он на службе у королевы? И воспользуются им при допросе меня?

Другие вопросы возникали, когда я задумывалась над шансами Раха. Я же его сдам. Ну, он может считать, что я не знаю, кто он и чем занимается, но он же должен понимать, что я не смогу дать ответы следователям, которые их удовлетворят. Следом за мной возьмутся за моё ближайшее окружение, а кто во дворце моё ближайшее окружение? Разумеется, моя бригада!

Или он надеется, что пока крутят меня, он сбежит?

Проверять мои догадки на деле не было никакого желания. Идти доносить куда надо,тоже. Если у Раха тут есть друзья, а они есть, то он окажется предупржедён и настроен против меня.

Поэтому я приготовилась действовать. Я даже придумала, как связаться напрямую с королевой. Хотя, если у меня и были какие-то сомнения в её порядочности и человечности, после кошмара на зимнем карнавале они развеялись. Эта милая дама сама мне голову откусит и не подавится.

Но делать было нечего, королева была моим последним шансом более или менее плавно срулить из её венценосного обиталища. Даже увольнение мне бы не помогло. По контракту я была обязана отработать всё время, что последует со дня подачи заявления на увольнение до выхода на работу нового сотрудника. Так что мне либо три месяца ещё тут работать, либо бежать из Мейнда, потому что здесь меня все найдут, и становиться отщепенцем, изгнанным из рая и семьи, или ждать естественного развития событий.

Так что я написала заявление об увольнении, положила его в своём шкафчике и отправилась на церемонию благословения.

Это был внутренний дворцовый обычай, и прессу на него, к моему огромному облегчению, не позвали.  В этот день королева благодарила свой ближний круг, обеспечивающий работу всех систем Замка и вручала им маленькие подарки. Как я узнала у Тобина, в Замке работает девяносто восемь человек, не считая прислуги, что нанимается на время приёмов в Новом Дворце. Удивительно мало для такого места, подумалось мне. Но увидев собравшихся в просторной Королевской галерее, что между Новым и Старым дворцами, людей, я поняла, что он говорил буквально. В большой зале толпились исключительно прислуга и другие дворцовые служащие. Солдат, охранников и даже рыцарей Белой Розы здесь не было. Только два истукана торчали у дверей, откуда должна была явиться королева.

Мы встали вдоль длинной ковровой дорожке не слишком далеко от дверей. Первым Рах, затем Тобин, я посредине. Мы все были в рабочих комбинезонах, только хорошенько простиранных и отглаженных. Мимо нас по ковру прошел бородатый жрец и встал недалеко от дверей.

— Как ощущения? — шепотом спросил Тобин.

— Ничего так, — я потрогала манжет, в который вложила записку для королевы. На маленьком клочке бумаге, достаточном, чтобы его не заметили при досмотре, я уместила исключительно сообщение о регистраторах, мои подозрения о Рахе и указание на точки, где был регистратор. Когда я дописывала, оказалось, что места для подписи не осталось, и я решила остаться анонимом. Всё равно ведь уволюсь.