Сказка о Машке. Ведьма и её враги.

Глава 4. МЕЛЬНИК.

Машка никак не выглядела на свои тринадцать лет. Высокая, стройная, красивая, она казалась девушкой на выданье. Большинство парней деревни (и не только той, в которой она жила), заглядывались на неё, хоть и с опаской, но не без определённых мыслей.

- Почеши мне спинку, между лопаток. – Томно произнесла она, расчёсывая длинные волосы. В следующий момент, девушка довольно сощурилась, платье на её спине пришло в движение – невидимая рука усердно двигалась вверх-вниз вдоль ровного хребта.

В дверь постучали.

- Кто?! – Недовольно спросила Мария.

- Отворяй! – С улицы послышался надменный детский голос.

- Кто?! – Уже более злобно и раздражённо повторила Машка.

- Я! – Не менее раздраженно прозвучал фальцет из-за двери.

- Отвори. – Прошептал голос невидимого. – Надо…

Девушка удивленно оглянулась через левое плечо, но спорить не стала.

Тихо скрипнул засов. Дверь открылась. Маленькая белокурая девчушка с глазами, цвета майского неба и густым узором веснушек на лице, стояла на обтоптанном глиняном пороге и уверенно смотрела прямо в глаза Машки.

- Отец мой ждет тебя! – Ребёнок быстро развернулся и… И растворился в тумане.

- Уже сейчас! – Услышала Машка голос мглы.

- Мельник зовет. – Подсказал невидимый. – Нельзя игнорировать.

Машка быстро оделась, её лицо пылало недовольством, но слуга глупости не посоветует, на то он и слуга. Нужно идти… Девушка покосилась было на метлу, но тут же откинула глупую мысль, добираться, конечно, не близко, но день ведь белый на дворе, а люди - они глазастые…

Пешком.

Ветер вертел широкие деревянные лопасти, река крутила колесо, внутри мельницы скрежетали жернова, треск стоял неимоверный. Ворон, сидевший на крыше, периодически открывал клюв, скорее всего, он каркал, но его крика Машка не слышала. Она постучала в дощаную дверь, и, не дожидаясь ответа, отворила её.

- Разве я разрешил войти?! – Евстигней угрюмо поднял левую бровь.

Девушка опешила.

- Ладно, входи, но прихвостень твой дальше порога не ступит!

- Слуга со мной, - попыталась было возразить Машка, но выражение лица мельника отчетливо дало понять, что спор не получится.

Дверь за девушкой захлопнулась сама. Щелкнул засов. Машка стояла и растерянно смотрела на мельника. Пушистая белая кошка терлась об ноги гостьи, рисуя вокруг них знак бесконечности.

- Ульяна, угомонись! – Скомандовал Евстигней, и кошка, громко смеясь, прыгнула на лавку, приземлившись на неё уже белокурой, веснушчатой девчушкой, тут же ухватившейся за ложку.

- Уйди, говорю!

Девочка обиженно мяукнула, бросила ложку на пол и исчезла. Мельник угрюмо посмотрел на ворона, усевшегося на подоконник, и тот безотлагательно взмыл поближе к тучам.

- Эх, дети, дети, всё-то им любопытно… - Умиленно улыбаясь, протянул Евстигней, разделяя длинную белую бороду на две равные части, и накручивая их на пальцы. – Ну, здравствуй, вредина.

- Чего это… - Попыталась возмутиться Машка.

- Рот закрой и слушай! – Улыбку на лице мужчины мгновенно сменила злобная гримаса.

Глаза девушки широко открылись, то ли от удивления, то ли от злости.

- Зла я тебе не желаю. Потому и позвал, что уберечь хочу. Ты по глупости своей и неопытности, не с теми силами связываешься! – Тон хозяина не возможно было привязать к какому-то определенному настроению. - Ты зачем к природе полезла?! Грозу останавливать вздумала! – Теперь мельник говорил громко и злобно. – Ты не знаешь кто такая Природа?

Машка молчала, потупив взор. Мельник откровенно пугал её, но совсем не своей напыщенностью и грозным видом. Девушка явно чувствовала, что он не обычный человек (если термин «человек» вообще был применяем к хозяину мельницы), но и это её не смущало, тревогу вызывали его постоянно меняющиеся тон, настроение, выражение лица и даже громкость голоса. Она просто не знала, чего можно ожидать от существа, чей нежный, почти отцовский взгляд в один момент, без каких-либо видимых причин, наполнялся злобой и становился безумным.

- Ну, решила Ивана извести со свету, так изведи, Алёна чем тебе не приглянулась, или ты думаешь, что коль сила есть, то всё и вся нипочем тебе?!- Евстигней, казалось, вот-вот взорвётся. – Почему, думаешь, Семен каждое полнолуние в лес ночами убегает? Ему в зверином обличии всю деревню разорвать – раз плюнуть, но ведь не делает этого! Пойми уже, - голос мельника снова потеплел, - никто мы без людей, не будет их – не будет и нас. Нельзя просто так убивать и в жизни их короткие вмешиваться!

Мельник глотнул медовухи и отдышался. Машка пыталась осознать услышанное. Тяжелые ставни громко хлопали, под порывами предвещавшего грозу, ветра.

- А с домовым поцапаться, это как? Ты совсем дура? – Мельник не знал, смеяться ему, или злиться… - Ты знаешь, что он с тобой сделать может? – Голос сорвался на крик. - От одного сбежишь - другой настигнет, они народ дружный, людям и не снилось…

Девушка молча уставилась в пыльный деревянный пол. Невесть откуда взявшееся перекати-поле, оставило длинную борозду по диагонали комнаты и исчезло где-то за винными бочками.