Сказка о Зеркале Правды

Глава 21

Нэнси ясно слышала детский смех. Чистый, как перезвон хрустальных колокольчиков, он доносился до неё откуда-то со стороны, и девушке отчаянно захотелось увидеть этого счастливого ребёнка.

- Элиза, перестань проказничать! – послышалось строгое наставление взрослой женщины, и перед Анной развернулась картина уютной детской спаленки, где звучал смех маленькой счастливой девочки, наполняя её теплом и радостью.

- Тётушка, а почему у вас нет своих детей? – спросила сдержанную даму эта непосредственная девчушка.

- Потому что мне с головой хватает заботы о вашей неугомонной особе, - парировала та, уже менее строго.

Нэнси с любопытством рассматривала очаровательную малышку лет пяти, с озорным взглядом и рассыпающимися по плечам белокурыми локонами. Её движения были полны неуёмной энергии, она никак не могла усидеть на месте, пока мадам пыталась причесать и нарядить её в великолепное платьице.

- И всё таки, я бы очень хотела, чтобы у тебя появились детки! – звонко сообщила она своё пожелание.

Лицо женщины слегка помрачнело, но она тут же улыбнулась девочке, трогательно прижав её к себе.

- Милая моя, я тебя очень люблю! Ты – моё самое большое счастье!

Малышка не унималась и нахмурила брови.

- Но почему? Ты же такая красивая и добрая!

Тогда тётушка опустилась на колени, взяла девочку за ручки и нежно, будто делясь секретом, прошептала:

- В нашем роду, к сожалению, очень часто женщины умирают во время родов. Так было и с твоей мамой, - голос её дрогнул, и в глазах появились слёзы. – Поэтому я решила, что лучше останусь жива, чтобы заботиться о тебе, моя маленькая звездочка. Ты – самое дорогое, что у меня есть…

В этот момент Нэнси почувствовала острую боль в груди: она узнала в этой весёлой девчушке свою родную мать, Элизабет Дрейвуд, о которой ей поведал старинный гримуар.

Девушке открылась печальная тайна, проливающая свет на многие вопросы. Она поняла жертву, которую принесла тётушка из-за любви и преданности к своей маленькой племяннице. И в то же время – трагическую предопределенность, висевшую над их родом, как тяжелая тёмная туча.

***

Глупо улыбаясь от счастья, под ворчание Вальдемара я подошла к Уильяму, который преданно ждал меня в обличии волка. Неожиданно зверь резко мотнул головой и затрясся, словно от дикой боли, пронзившей его тело.

- Что это? – удивился наследник князя, указывая на мою грудь, где сквозь платье стал прорисовываться огненный силуэт талисмана вагатов, сотканный из рунных знаков.

- Медальон, что магистр дал мне для защиты, - без утайки поведала я, чувствуя, как кожа под амулетом начинает гореть от необъяснимого жара, исходящего от этой магической вещицы. – Он должен меня оберегать …

- Глупая девчонка! – Воланд, кажется, сильно обозлился. - Какого дьявола ты позволила этому хитрому старикану нацепить на себя «Слепое око»?

- Что такое? – совсем растерялась я. – Он был очень добр и хотел мне помочь.

- Так добр, что повесил на тебя этот артефакт, явно заботясь о том, что пока он болтается на твоей шее, ты не сможешь покинуть их территорию! – гневно резюмировал наследник князя Владислава, яростно сверкая своими и без того холодными глазищами. – Снимай его немедленно!

- Прямо здесь? – опешила я, понимая, что придется расстегивать ворот и лиф платья.

- Можешь отвернуться, если такая скромница! – «разрешил» мне Вальдемар и уже спокойнее добавил: – Уильям не сможет тебя увезти отсюда, «Слепое око» просто убьёт его.

Я в смятении посмотрела на волка и заметила, что, несмотря на героические усилия, предпринимаемые зверем, его лапы подкосились, и он стал заваливаться на бок.

Не мешкая ни секунды, я начала расстегивать ворот платья и тут услышала в ночи непонятный гул, словно воздух сотрясался от мощных вибраций, создавая сильные порывы ветра.

- Матерь Божья! – простонал обреченно князь. – Драконы!

На фоне янтарной луны проступили тёмные силуэты драконов, что неслись в ночном небе к поляне вагатов, создавая стойкое ощущение надвигающегося апокалипсиса.

Три! Целых три дракона! Мой мозг отказывался это принимать…

Я стояла словно изваяние, с ужасом наблюдая за разворачивающейся перед моими глазами драмой.

Один, самый огромный и свирепый, отделился от своих собратьев и начал стремительное снижение. Его перепончатые крылья рассекали осенний воздух, создавая зловещий гул, а из пасти вырывался пар, предвещая жителям деревни огненную расправу.

Развернувшись к оцепеневшей от страха толпе, он издал грозный рык, пропитанный первобытной яростью. Казалось, ещё секунда – и поляна превратится в огненный ад.

«Билли!» - ужаснулась я от мысли, что этот мальчуган, так много сделавший для меня сегодня, может сгореть заживо. Ноги неожиданно понесли меня обратно к помосту, где я целый вечер пребывала в роли королевы праздника. Не в силах остаться в стороне, я заскочила на пьедестал и громко закричала, грозно размахивая руками:

- Не смей! Не надо! Там же дети!

С моей стороны глупо было надеяться остановить эту стихийную мощь. Но случилось чудо: дракон, словно услышав мои слова, вместо того чтобы обрушить огненный поток на толпу, поднял голову и взметнул пламя в небо, словно салютуя Луне. Ярость его, казалось, схлынула, сменившись чем-то похожим на … любопытство? Он пощадил людей!

Но затем, опустившись ещё ниже, он устремился прямо ко мне. Его когтистые лапы сомкнулись вокруг моей талии, и, прежде чем я успела хоть что-то предпринять, змей подхватил меня и поднял в воздух. Земля стремительно удалялась и поляна, с её пылающими кострами и испуганными лицами, превращалась в крошечную картинку, будто карта пересеченной местности.

Двое сородичей, словно верные спутники, последовали за своим вожаком, унося меня навстречу неизвестности прямо в ночное небо.

***

Как и было обговорено ранее, Рейман в этот поздний час со своим отрядом нёс дозор на миросовом поле.