Сказка продолжается!

ГЛАВА ВТОРАЯ. Новая встреча

Недотрога

Рано я тогда обрадовалась. Этот упырь, мой псевдо-папаша, выгнал всех из столовой и оставил нас без ужина.

Вспомнив все это, я брезгливо поморщилась. Не знаю, может это у него психическое отклонение, потому что представить себе нормального человека, ведущего себя настолько дико, я не могу. Да и связываться с подобным… зачем мне это надо?

Но привычка, не пороть горячку, все обдумать и только тогда что-то радикально менять, не раз выручала меня в жизни. Сначала надо разобраться, что к чему и почему я здесь оказалась. И главное, ЗДЕСЬ это ГДЕ?

Итак, по подсказке Иоланты я честно работаю вместе с сиротами из приюта герр Шольца, выполняя разные низкоквалифицированные поручения. Что в принципе не проблема, так как я вроде дочь хозяина, и меня пахать землю, выносить нечистоты или чистить печи и трубы на крышах не отправляют. Я выполняю мелкие поручения: отнести письмо, посылку, постирать или убрать в доме.

Все это пока я точно не пойму, что все же произошло, и как я здесь оказалась. И, главное, что мне дальше делать?!

На мысль, куда реально я попала, меня навел один случай.

Нас часто нанимали убирать в конторах: собирать со стеллажей в большие корзины ненужные бумаги, документы и прочее, чтобы потом сжечь все на заднем дворе.

Я как раз закончила работу и уже шагала домой, мечтая об ужине, так как завтрака и обеда у меня еще не было, когда ко мне на улице пристали два местных мажора с напомаженными усиками, лаковыми штиблетами и щегольскими пенсне в руках.

— Фройляйн, просим вас, прогуляйтесь с нами! А потом, если вы захотите, мы поедем ко мне домой! Где нас ждет прекрасный ужин. Я уже отдал приказ все подготовить!

Я остановилась, рассматривая их с недоумением.

Наверно сейчас я должна быть крайне польщена их вниманием. Ну, или в шоке убегать от подобных приставаний, как любая приличная девушка.

Однако, меня сверх модными лаковыми штиблетами или котелком пронять сложно, если только рассмешить. Да, хоть и порядочная, но не девушка, год замужем была. Так что я восприняла происходящее, как новое приключение, и нахально произнесла:

— Да, конечно! Зачем гулять?! Едем сразу к тебе. Но деньги вперед! И только в рублях. Иначе никак. С вас тысяча рублей, пожалуйста!

Блондин с родинкой над губой, что звал меня к себе домой, нервозно поправил на шее галстук бабочку в мелкий горошек, собираясь высказать, все, что он думает о моих требованиях. Но все же, потакая своему любопытству, сначала вежливо уточнил:

— Рублей? Почему рублей?

— Потому что они намного дороже марок! — совершенно серьезным тоном резонно отозвалась я. — Можете уточнить это в банке.

Ожидавший от юной девы как минимум смущения, он в шоке аж нервно поправил котелок. Хорошо, хоть не почесал затылок!

Второй мажор, который был одет более традиционно, в черное пальто и цилиндр, весело спросил:

— Тысяча рублей, это сколько же бумажных марок, фройляйн? — Судя по наигранной интонации, он просто показывал другу, как весело и непринужденно нужно говорить со странными девушками.

Поправив свою жалкую шляпку, никто не собирался обновлять мне гардероб, так что я ходила в наряде из приюта, тут же в ответ отозвалась:

— Много марок, герр. И еще!.. Вы же понимаете, что после такого вы должны на мне жениться?! Тогда мне еще нужна вилла на Лазурном Берегу и личный автомобиль с шофером… — уверено добавила я. — Завтра поедем знакомиться с родителями! Сначала с твоими, — я уверено ткнула пальцем в типа с котелком и бабочкой в горошек. — А затем с твоими! — Я перевела строгий взгляд на второго мажора в цилиндре, черном пальто и классическом сером шелковом галстуке, угрожающе наставив на него палец.

Расчет оказался верным, никто не хочет связываться с человеком не в себе, и хотя мажор в котелке попытался устроить скандал, и гордо вопросить, что-то вроде: «Жениться?! Да кто ты вообще такая?!»

Но модник в цилиндре уже молча тащил его за собой прочь от меня.

Хотелось прибавить вслед что-нибудь язвительное, но я решила, что хорошего понемногу, мне и так повезло, что так легко удалось избавиться от назойливых типов.

Напоследок окинув их испытующим взглядом, я вдруг заметила, что за парком нет улицы. Пусто!

Что ЭТО?

Едва я что-то поменял в «настройках» этого мира, уверена, местные девы так с мужчинами не разговаривают, вдруг стала видеть, что улиц нет.

Дорога резко обрывается и все…

За ней серая пелена, по которой непонятно с чего пробегает рябь. Я стала медленно разворачиваться, наблюдая то тут, то там вдоль аккуратного сквера блестели стены из пелены... Вот значит как… Интересно!

Я постояла миг раздумывая… а потом решительно шагнула прямо в ближайшую пелену… И оказалась в доме герр Шульца, прямо в своей комнате!

С тех пор я успешно пользовалась этими туманными переходами, мгновенно оказываясь то в столовой, то в спальне, а иногда и в приюте, откуда меня посылали работать.

Перс

Утром едва я проводил Макса, как ко мне официально явился Леманн, короткий и толстый помощник герра Шулера со «странной просьбой»: срочно, вот прямо сейчас, свести для личной беседы его хозяина с мадам Рамсей.

Я сдержано слушал его жалобы на жизнь и просьбу помочь со встречей, терпеливо дожидаясь пока экономка принесет, наконец, мне мой утренний чай с бутербродами.

— … У тебя ведь никогда не было неудачных дел, Штейнберг… — уже полчаса ныл он, нервно вытирая толстую лысину огромным белым клетчатым платком.