Сказка, рассказанная лгуньей

31

Аня сидела в аудитории, накинув на голову капюшон. Её пара закончилась пятнадцать минут назад, но Алессия была на консультации. В последнее время девушки виделись так редко… Даже не так — они виделись часто, но всякая их встреча была связана со «Сказкой», а потому они совершенно не понимали, что у кого в жизни происходит. Так, волевым решением, они договорились отложить все дела, пойти по магазинам и наесться чего-нибудь сладкого. Осталось только дождаться Алессию с консультации по диплому — в этом году она наконец-то заканчивает бакалавриат.

Внезапно Аня почувствовала, что рядом кто-то сел. Она осторожно выглянула из-за капюшона. Ещё не все смогли сопоставить, что та самая молодая девушка Эвана Стоунхарта и Аня Романовская из Метрополитана — один и тот же человек, но это было вопросом времени.

Антуан поставил перед ней стакан кофе. Сделал он это молча и не глядя на Аню. Антуан Дюваль никогда не ощущал себя виноватым. Ему даже казалось, что в его мозгу отсутствует отдел, отвечающий за самокритику. А сейчас почему-то ему было неловко перед Аней. Он по-прежнему считал, что абсолютно прав в своём стремлении привлечь Стоунхарта к их общему делу. Но где-то на задворках сознания понимал: конфликт с Аней ни к чему хорошему не приведёт.

Потому, уповая на её рациональность, он пришёл — по пунктам объяснить, почему не считает полным кринжем то, что известный актёр будет способствовать продаже их книги.

— Можем поговорить? — глядя прямо перед собой, начал Антуан.

Аня вытащила наушники и тоскливо посмотрела на своего злобного СММщика:

— Валяй.

— Я хотел извиниться. Если ты вдруг решила, что я считаю тебя содержанкой — это не так. Хотя, признаюсь, нашёлся бы и на мою долю какой-нибудь папик… В любом случае, я не хотел назвать тебя приспособленкой.

— Неужели? Не кажется ли тебе, что есть нечто нечестное в том, что мы к нашей компании привлечём селебрити? Не у всех же есть такая возможность! Как это будет выглядеть? Что я сама не могу чего-то добиться? Что победу мне принёс влиятельный парень? А кем я буду без него?

Антуан не стал скрывать усмешку: Аня говорила об их победе как о чём-то решённом. И это ему нравилось.

— Аня, послушай меня внимательно, — он вернулся к предмету прений. — Ты хочешь поиграть в пиар-компанию или сделать её? Ты знаешь, как сильно современным писателям нужна хорошая реклама? Наш рынок перенасыщен. Как книге Билли выделиться из миллиона подобных?

— «Сказка, рассказанная лгуньей» — не заурядная история, она…

— Аня, Алессия мне рассказывала о том, как профессор Капур упрекнула тебя в излишне рациональном подходе к изданию книг. Пожалуйста, высунь голову из задницы и засунь в кучу с цифрами и статистикой.

— Хочешь сказать, я не реалистично смотрю на наш проект? — нахмурилась Аня.

— Хочу сказать, что ты не смотришь на этот конкурс как на реальный проект. Ты мыслишь категориями симуляций и школьных игр, а я хочу, чтобы ты смотрела на наше дело как на работу, — Антуан говорил поразительно спокойно.

— Ты не понимаешь? Эван — золотой билет. Это тот инструмент, которого нет у других! Это же нечестно! — досада эхом разносилась в висках. Она не хотела, чтобы потом все говорили, что вся её заслуга только в том, что она со Стоунхартом замутила. Не хотела!

— Аня, с чего ты взяла, что мир вообще справедлив? Забудь про это. Просто забудь. Возьми себя в руки, перестань наматывать сопли и стань уже нормальным тимлидером. Мы живём в жестокой конкурентной среде. Здесь побеждают те, у кого есть связи. Перестань быть ребёнком и постоянно думать о том, что про тебя скажут. Если про тебя говорят — не важно, что именно, значит ты уже на верном пути.

Аня замерла. Она не сильно слушала то, что Антуан говорил прямо сейчас. Её задело другое — слова о том, что она не воспринимает работу над «Сказкой» как настоящую работу. С самого начала она относилась к этому как к студенческому конкурсу. И всё, чего боялась — вылететь с какого-нибудь этапа…

— Ты прав, — с неожиданной решимостью сказала Аня. — Ты совершенно прав. Я фокусировалась не на том. Я не думала о том, что мы можем так раскрутить Билли, что нам даже победа будет не нужна.

— Зришь в корень, — подмигнул Антуан. — Поэтому перестань отрицать свою исключительность и используй все шансы, подкинутые тебе судьбой.

— Я читала Эвану синопсис, над которым сейчас работаю, — призналась Аня.

— И как ему?

— Разумеется, понравилось, — улыбнулась она.

— Тем легче. Знаешь, он оказался куда более нормальным мужиком, чем я думал до того, как познакомился. Он хочет тебе помочь — так не мешай ему делать тебя счастливой.

— Я поговорю с ним, — пообещала Аня.

— Нет. Ты поговоришь с ним только тогда, когда ознакомишься со списком публикаций, которые вы вдвоём должны будете сделать, — покачал головой Антуан.

— Тебе напомнить о том, что и у Эвана есть пиарщики? Что если они не согласятся? — вновь встревожилась Аня.

— Куколка, Эван — звезда такой величины, что ему уже можно без опаски пиарить свою девушку в соцсетях. Поверь, про вас уже говорят. Нужно только помочь людям найти твои соцсети и убедиться в том, что ты — мощь. Ну, да, наверняка тебя станут ненавидеть ещё сильнее, чем сейчас…