Сказки большого города или гадание на любовь

2/7

Перелёт я не запомнила, потому что ушла в себя: разволновалась,  думая, что буду делать, что говорить Мартину. В итоге я даже не заметила, как мы прилетели, и прошли таможню и паспортный контроль.
Когда я вышла в основной зал ожидания, то невольно прикрыла глаза от непривычки — настолько яркие лампы здесь были. И следующее мгновение я вздрогнула всем телом, так как почувствовала, что меня кто-то обнял. Проморгавшись, я поняла, что это Мартин заключил меня в свои объятья.
—Как же я рад, что ты прилетела, — выдохнул он мне в ухо.
— Я рада видеть тебя, — шепчу ему в шею, пробуждая в памяти запах его тела.
— Ну что, поехали? - спрашивает он.
— Поехали, а куда? - поинтересовалась я.
— Сначала домой; оставим твои вещи, а потом знакомиться.
— Знакомиться ? С кем? - недоумеваю я.
— С Лондоном, конечно! С людьми, с едой, — улыбается Мартин.
— Поехали, — произнесла я, вкладывая свою руку в его протянутую, и мы вышли из аэропорта.
До его дома ехали недолго — примерно минут сорок, не смотря на затор на дорогах. Я старалась не крутить головой и не приникать лбом к стеклу, чтобы получше всё рассмотреть. А рассматривать было что: начиная от смешных такси, которых было множество, заканчивая старинными зданиями, отдающими английской классикой.
Краем глаза я заметила, что Мартин всю дорогу тоже косился на меня, и улыбка не сходила с его лица. Я надеялась, что это у него просто хорошее настроение и он не смеётся над моим восторгом.
 Когда он меня привёз на свою улицу и припарковался напротив дома, я не смогла удержаться от восхищённого «вау». Нет, там не было дворцов или старинных особняков, но эта улица олицетворяла для меня Англию - сама не знаю, почему.
 Белые таунхаусы стояли неразрывно, дом к дому, создавая впечатление сплошной белой стены. Но стена эта особенно впечатляла своей архитектурой: первое, что бросалось в глаза - это элегантная лепнина, что отделяла три этажа и обрисовывала выпуклые фасады дома; длинные полукруглые окна придавали дому вид замка, но больше всего мне понравились балконы с ажурным плетением по краю на втором этаже. Перед домом тянулся забор из разных ставок - то кованой решетки, то кирпича и белых миниатюрных колонн.
А ещё на улице было много деревьев, кустарников. Несмотря на то, что они сейчас стояли голые, всё очень гармонично вплеталось в общий фон, завершая картину и создавая волшебную атмосферу.
 Не знаю, сколько я вот так стояла и смотрела, пытаясь не только разглядеть, но и запомнить каждую деталь этого места. Мартин мне не мешал — он просто стоял рядом и ждал.

Справившись с впечатлениями, я, наконец, вернулась в реальность, и мы направились в дом. Внутри дом так поразительно походил на характер своего хозяина: буйство красок переходило в спокойные цвета, современный стиль перемешался со стариной в картинах на стенах, в чёрном рояле в центре гостиной .

— Хочешь принять душ и переодеться? - спросил Мартин, когда занёс мой багаж.
— Нет, наверное, - призадумавшись, ответила я.
— Сегодня я хочу показать тебе много разных мест. Нам предстоит много ходить пешком, поэтому лучше надень удобную обувь, - покосился на мои шпильки он.
— О! Да, конечно.

Он проводил меня в спальню и перенёс туда мои вещи. Мне хватило немного времени, чтобы переодеться в джинсы, светлый свитер, и надеть удобные сапоги с маленьким каблуком. Я достала своё шелковое платье, чтобы оно успело отвисеться в шкафу и немного разгладиться, затем захлопнула крышку чемодана.

Через четыре часа от лондонских достопримечательностей кружилась голова — настолько здесь красиво и атмосферно, что не передать словами. Я чувствовала лёгкую усталость, и от голода бурчал живот, а от километров пешей прогулки гудели ноги. После очередной рулады в моём животе, я покраснела, а Мартин сказал:

— Прости, потерпи ещё десять минут. Мы уже почти на месте. — извинился он.

Вскоре мы подошли к зданию, на котором висела вывеска с нарисованным виноградом, и название гласило “The Grapes”, что в переводе значит виноград.

Мартин открыл дверь и придержал её, позволяя мне пройти первой. Зайдя внутрь, я очутилась в самом настоящем пабе, и с жадностью стала рассматривать длинное узкое помещение. 

С одной стороны стена была из тёмного дерева, из него же обита и барная стойка, и даже массивные балки были сделаны из тёмного дерева, но больше всего меня поразило, что потолочные деревянные панели покрашены в ярко-красный цвет, как и правая сторона паба со множеством фотографий в рамках. Деревянные столики и стулья наоборот были из светлого дерева.
Мартин усадил меня за один из столиков, а сам пошёл к бармену, чтобы взять меню. Я же разглядывала остальные детали интерьера: мозаичные люстры, круглые фонари бра на стенах. Всё это было так непривычно. В самом воздухе витало застывшее время, погружая в невероятную атмосферу старинной Англии.

— Это очень старый паб, основан в 1583 году; но само здание перестраивали в 1742-м, - начал рассказывать Мартин. - Говорят, что немало известных пиратов, художников и писателей повидал он на своём веку. Но я тебя привел сюда не только из-за самой лучшей запечённой курицы, которой я нигде больше не ел, и не из-за наивкуснейшего эля, что здесь подают, — увидев мою заинтересованность, он приблизился ближе и прошептал на ухо.

— Если повезёт, то мы увидим Гэндальфа.