Сказки большого города или гадание на любовь

3/10

Никита  Королёв.

Весь день сегодня думал о Надежде. В ней не было показного жеманства, женских уловок. Но в то же время она и не вела себя, как Жанна Д’арк, срубая головы мужикам на своём пути. Нет, в ней всего по чуть-чуть. Толика загадки, хорошая щепотка юмора, ну и стручок красного перца. Меня не смущали даже её видения; о них я узнал случайно. Однажды мы гуляли вечером после больницы, и она пошатнулась, я подставил ей свой локоть, за который она ухватилась как за спасательный круг. Надежда сказала мне, что продюсер, мой продюсер, не готов меня отпустить, и что подставит на деньги. Она не могла знать, что мне на самом деле предложили выгодно вложить все свои сбережения в одно прибыльное дело. С помощью Надежды мне удалось выйти сухим из воды и даже досрочно расторгнуть заказ, так как вследствие всех манипуляций Жданов сам погорел и стал жертвой обмана. Как говорится, не рой яму ближнему своему.

Моё тело и душа приняли Надю всю такую, как она есть. Хочу, чтобы она была рядом всегда. Ни одна женщина не вписывалась в нашу с Манюней жизнь после смерти Оксаны, которая умерла от рака сразу после родов. Из-за этого я надолго выпал из романтического настроя.
 С Оксаной я познакомился ещё в институте, она сразу привлекла меня своей болезненной тургеневской внешностью. Как оказалось позже, она на самом деле долго болела. И успешно от меня это скрывала, ведь у неё была идея-фикс — родить ребенка. Во время беременности раковые клетки в её теле стали разрушаться, но чуда не произошло. И я остался один с Анной. Мои родители несильно помогали, так как жили в другом городе. Переезжать ко мне они не собирались, а я, в свою очередь, не хотел  расстаться с дочерью, и никуда не поехал.
Родители Оксаны с самого начала были против меня и против беременности, а после смерти их единственной дочери попытались отобрать у меня Манюню. Это был ад в чистом виде. Столько грязи в свой адрес я не прочитал ни в одной желтой газетёнке, сколько мне высказали родственники. И война шла вплоть до того момента, когда у Анны нашли рак — тогда они и исчезли из нашей жизни, надеюсь, насовсем.
 Я, конечно, думал, что появится кто-то со временем, в далёком будущем. В очень далёком будущем. И тогда я этой счастливице с широкой улыбкой открою дверь в свою жизнь, приглашая, как гостью.

Но я даже в самом кошмарном сне не предполагал, что сам буду стучать в закрытую дверь, и стоять умолять впустить меня, потому что двери моей души были снесены напрочь любовью к Наде. Да и оказалось, что я хочу к ней в её мир. Знаю, что Манюня тоже хочет к ней, я видел это: дочь приняла Надю как родную, единственную. И тянется к ней, как маленький цветочек, цепляясь за неё своими колючками, не чтобы ранить, а чтобы удержать, как умеет.