Сказки Фукурумы

Глава 4 Садовник

       Садовник

  Сова с удовольствием, лишь иногда шевеля крыльями, не торопясь, чтобы обдумать что почём и как дальше жить, летела, именно летела, а не пробиралась по норам пространства времени, к старому Садовнику. Почему-то в дороге, когда отступают заботы, которые ещё только будут, в будущем, ещё не наступившем, хорошо думается. Сова настроилась на такое же, как неторопливый полёт, течение мыслей. Если бы не всплыло понимание - чем это царапнул память рассказ Даоса, о том, как он за руку отвёл хозяйку с её спутником в переход к берлоге. А Хозяйка из перехода  не хотела идти... Что - то её держало…

- Нестор!
- Я тут, госпожа! - проявился своей ещё не отмытой от мёда мордочкой паучок.
- Нестор, останови время в пещере!
- Да, госпожа. А Даос?
- Ну, это как он пожелает. Главное! Главное хозяйку со спутником, и ту стайку девиц, увидишь, весьма... ээээ... шумных - смягчила рвавшиеся гораздо более резкие слова. - Вот их - обязательно!
- Да, госпожа! - растворилась рожица Нестора, языком пытавшаяся вылизать липкий мёд, уже начинавший стягивать кожу.

  Сова прислушалась, как там мышонок, вцепившийся в перья ушей... Тот тихо посапывал, в полудрёме. Устал, устал бедняга. - Ещё бы, - рассмеялась Сова, вспомнив, как за стайкой девиц вывалился некто с торчащей шерстью, страшно выпученными, горящими как уголья глазами, и при этом верещащий так, что уши лопались. Любой бы испугался такого чудища, не только эти девицы. Да... смеху было, когда успокоенное чудище оказалось маленьким мышонком, дрожащим крупной, с перепугу, дрожью…                                                                                                                                  

   Разобравшись с царапиной в памяти, Сова не торопясь оценивала события последнего времени. Всё складывалось в целое, но складывалось в очень плохое. Такое, что и хуже быть не может. Получалось, что Тёмные вышли... И она ускорила полёт, всё чаще махая крыльями. Вскоре появился вдруг, неожиданно, как бывает в горах, странный, очень странный лес... Он раскинулся более, чем охватывали глаза. Весь в неровностях то тут, то там торчащих над гладью леса крон гигантских деревьев, непривычных современному глазу своим древним видом. И только посвящённые знали, сколько им лет. Многим и миллионы.

   Над лесом всегда шёл дождь. Пятнами, небольшими - там пятно, там, или там. По необходимости. И получалось так, что над лесом и всегда шёл дождь, и всегда светило солнце. Сова прекрасно знала эти особенности леса, потому не задумываясь нырнула вниз, прижимаясь к верхушкам деревьев, составляющих основное его население. Мышонок вцепился в уши изо всех сил, иногда вскрикивая от удивления: от вида странных деревьев, странных птиц, да и птиц ли, не понятно.
- Ты бы видел некоторых местных зверей, - хмыкнула Сова и приземлилась к ногам сидевшего на пеньке, под огромным вязом, старого Садовника.

  Тот встал, в проявлении вежливости, подождал, пока мышонок слез с головы Совы, по любезно опущенному к земле крылу, и подошёл к ней, готовый принять одежду.
- Раздевайся.
- Совсем? - усмехнулась Сова.
- Ну, размечталась... Так, плащ сними.
Сова скинула плащ на руки Садовника, сделала вид, что сейчас и тунику снимет.
- Напугала... Сапоги тоже снимешь?
- Вот, старый, как был ехидным… Знаешь ведь, что наклоняться тяжело, а сапожки плотно сидят на ножках, - Сова с удовольствием посмотрела на лапу, приподняв особо любимые когти.
- Ну, здравствуй, милый! - статная женщина прижалась к груди на миг помолодевшего Садовника, уткнулась в плечо.
- Как долго не виделись... Как же я соскучилась…

Садовник нежно обхватил хрупкие плечи женщины, зарывшись носом в роскошные, пахнувшие чем-то уже и забытым волосы… Постояв немного, само то для того, чтобы воспоминания начали выдавливать слезу, но не развязали языки, Садовник осторожно отодвинул женщину:
- Ладно, ладно... Ты, смотрю, не стареешь…
- Да старею, старею… Только ведь я женщина, и умею воевать со Временем… А ты что так опустился? Совсем за собой не следишь…
Сова отступив на шаг, внимательно оглядела Садовника:
- Фу!.. Совсем на морского конька похож стал... Спина выпуклая, живот отвис, задницу откормил… Фу! Ещё и... Ну зубы, зубы то хоть вставил бы! Смотреть неприятно! - в огорчении хлопнула себя по бёдрам.
- Да ладно тебе! Некогда собой заниматься! - вскинулся Садовник, голос просел:
- А и незачем… - На лицо женщины набежала тень, на мгновение сделав его тусклым…                                                                                                                                                            - Ты скажи лучше, кто это с тобой, что за зверь такой? - показал взглядом на мышонка, с выпученными глазами смотревшего на бабушку: - Ничего не понимаю!
- Ладно тебе, старый, совсем засмущал мальчонку... Внучек это...
Женщина запнулась, будто хотела сказать совсем другое, но не решалась:
- Внучек это… мой! - отрубила решительно.
Мышонок откинул с головы меховой капюшон, проявившись вполне себе таким пацаном лет восьми. Вглядевшись в лицо мальчишки и увидев знакомые черты, Садовник  вопросительно посмотрел на женщину:
- Её, её... Потому и прилетела… Беда с ней… И похоже, только ты можешь помочь…
- Так уж только я? Льстишь, ой, льстишь… Знаешь ведь, не куплюсь, - усмехнулся Садовник.                 - Причём тут лесть, старый? Не забывай, кто я! Раз говорю, значит так и есть!
- Ну, запыхтела... Остынь! Не забывай, кто ты.
- Да... всё-таки старею… Ворчливой становлюсь… - вздохнула Сова, боковым зрением поглядывая на Садовника. Обязан, вот прямо обязан он взвиться в возражениях:                                                              - Да не старая ты, совсем не старая… - Хотя точно знала, что от этого олуха не дождаться поддержки, но вдруг?... Нет, так и не возразил, подлец!