Сказки о Бессомненных

Глава 13

Зайка абсолютно точно больна. Красный носик, слезливые глазки и бесконечный кашель доказательства столь неоспоримые что Цис сразу же протягивает ей градусник, стоит девочке вывалиться на кухню.

Она хрипит и стенает на свои 38. И пытается всем доказать, что это наглый обман.

Но Зайка болеет. Зайку укладывают в кровать, накрывают мягким одеялом. Поят и кормят по переменно то вкусным, то горьким.

Она плавает в бреду как в глубокой луже и в голове крутится:

«Я смотрю в потолок. Я вижу - он падает на меня.

Ощущая себя одной из тех самых несчастных жертв. Представляю как из-под завалов не достают, не доходят. Раздавленное изломанное. Погребенное под всем остальным, своим и чужим. И чужими. Потому что ну тех кто сверху я и не видела никогда, а на скамейке - призраки. Кто знает где живет этот мужчина с круглым лицом и светлой рубашкой. И будет ли он одним из безликих и пыльных тел.

Я смотрю в потолок и считаю трещины. Я знаю их с закрытыми глазами. А с открытыми почти уже нет.

Я представляю, как расколется зеркало, когда все рухнет. Как кирпич за кирпичом устремится вниз. И как плачут, плачут незнакомцы, причитающие плакальщицы, собравшиеся вкруг. Они думают, как именно черный платок им подойдет. Они тоже мечтают о катастрофе. Но по-другому. Издалека, о большой, но чужой. Из разряда бывает хоть с кем, но не со мной.

Я закрываю глаза. Во сне вижу свет и чьи-то несбывшиеся воспоминания. И потолок все еще здесь. Все еще цел. А значит игра продолжается».

Сквозь смуту мыслей прорывается голос. Знакомый до боли. Или услышанный когда-то давно. Ровный, спокойный, убаюкивающий. Начитывающий историю, отыгрывающий за персонажей. Зайке, кажется, очень давно никто не читал вслух.

Сквозь мрак и туман прорываются корабли и пираты. Черные метки и приключения, о которых можно было только мечтать. На Зайке шляпа треуголка, под лапками палуба. Она мчалась на встречу загадкам и тайнам по карте сокровищ.*

Зайка проснулась с холодной рукой на лбу. И с запахом моря в волосах.

Рядом Лючи и Цис, как обеспокоенные наседки. Нахохлившиеся и внимательные.

С чаем с медом и ромашкой наготове. С новой партией горчичников.

Они ставят Зайку на лапки чудом за пару дней. Ей все еще мерещатся паруса в окне. И, кажется, что пора в путь.

И Лючи только кивает, на её скромный, полный переживаний шепот.

— Что-то будет, Заинька. Перед переменами всегда нелегко.

* Зайке читают «Остров сокровищ» Р. Стивенсона.