Сказки о Бессомненных

Глава 23

На следующий день и правда идет снег.

И Зайке кажется сначала что он никогда больше не растает. А потом – что так было всегда. Только белоснежное марево, крупные перья, сыплющиеся с серого неба.

И Зайка в этом ноябре кажется и правда все время больна. Некрасиво простужена. Лючи приносит домой таблетки и сладости. Варит замечательный куриный суп, совсем как мама.

И они подолгу вместе сидят по вечерам, читая друг другу вслух. Зайка лежит на диване в гостиной, Лючи в кресле у её головы. Поправляет девочке одеяло под светом робкого желтого торшера, превращающего их маленький мир в одинокий островок, среди мрака и холода за окном.

Лючи читает о путешествиях, что-то о буддизме и бродягах, прыгающих по поездам. О том как другие могут любить жизнь.

Зайка детективы Агаты Кристи так будто они видят их в первый раз. И они вместе пытаются угадать кто убийца еще до финала.

* * *

Одним белым утром в квартире раздается стук. Лючи открывает дверь, падая в холодные объятья со всей головой и вереща. Зайка удивленно высовывает мордочку и встречает Кити, с большой дорожной сумкой, в смешной полосатой шапке.

— Вы что тут? Плесенью покрываетесь? Отменяем, братишка, — говорит она Лючи, — идем гулять.

И Лючи утепляется так как может, заворачиваясь по уши в шарф, нахлобучивает шапку и уже облачается не в осенние пальто, а в черный пуховик с меховым воротником. Зайке тоже выделили теплую куртку – выделили из шкафа. Идеально подходящий размер.

Они идут в снегопад, бегать по улицам, грозясь заработать воспаление легких. Забегают за кофе, блуждают по прогулочной улице города. Смотрят на достопримечательности, будто они туристы.

Лючи пьет что-то отвратительно сладкое, Кити крепкое, а Зайка попадает между ними со своим пряным сиропом. Они гуляют до темноты и огней вывесок.

Лючи говорит, рассказывает что-то неважное. А Зайке кажется, что она держит себя здесь изо всех сил. Думает, что она остается тут только из-за Зайки. Что не будь её Лючи ушла бы на ту сторону. Блуждать среди страхов и грез до весны.

Они приходят домой, стряхивая снег.

И Зайка особенно остро чувствует шкуркой, как приятно бывает вернуться домой.

— Вот погуляли и ощущение такое будто тебе снова пять, — говорит Кити, — с когда зима близко всегда почему-то так.

— Потому что ты чувствительна к чудесам! – встревает Лючи, — а зимой новый год. И все время кажется, что уже вот-вот.

Кити улыбается, не соглашаясь и не отрицая.

Помогает приготовить ужин и накрыть на стол.

А на следующий день они начинают уборку. Подняв Зайку с острым чувством дежавю.

— Надо приготовить квартиру к зиме. – поясняет Лючи.

Она вымывает, вытирает, выкидывает и вытряхивает. А потом открывает балкон и окна, чтобы проветрить. На этот раз утепляясь, еще хлеще чем на улицу. Надевая теплую кофту поверх пушистого костюма, шапку и шарф. Забирается под одеяло как в нору.

— Не заболей только, брат, — говорит Кити.

Ей холод нипочем. Она сидит на диване, рисует что-то в блокноте. Зайка заглядывает ей через плечо. Что-то интересное многогранное как кубик Рубика выстраивается на листке. И Зайке от чего-то кажется, что Кити, куда талантливее Джен.

К вечеру уборка утихает. Все ставни снова закрыты на засов. Но в доме теперь пахнет свежестью. А Лючи снова кажется бодрой и повеселевшей.

Перед сном на кухне, когда Кити уже уходит спать Зайка робким шепотом спрашивает:

— Почему она называет тебя братишкой?

— Потому что она моя сестра, — девушка пожала плечами.

— То есть как…

— Двоюродная. Но сестра. Думаю, будь мы родными, не ладили бы так хорошо. Про неё кстати у нас тоже имеется целая сказка.

Она интригующе замолкает. И добавляет с придыханием.

— Сказка о драконе.