Сказки о Бессомненных

Глава 24

С Кити что-то было не так.

Люди смотрели на нее странно, никогда не принимая в свои кружки. Подружки исчезали быстро и стремительно, будто никогда и не появлялись. Родители тоже казались чужими гораздо чаще, чем могли бы сказать родными.

Жизнь текла медленно и зябко, как холодец. Который Кити терпеть не могла с детства. Они переезжали, она меняла школы и компании, но всегда все заканчивалось одинаково – Кити оставалась одна.

Бабушка и двоюродная сестра, как сказали бы в Европе - кузина, говорили, что это пройдет. Что это точно не навсегда.

Бабушка жарила вкусные пирожки и готовила что-то из любимых китиных блюд, и тогда девочка была почти счастлива. В квартире бабушки был светлый незастекленный балкон, где красиво было провожать закаты и смотреть в черное небо, усыпанное стразами звезд.

План как все изменить появился там же. Внезапно, легкий как прикосновение крыла – учеба. Уехать далеко-далеко, туда куда Кити еще ни разу в жизни не смотрела.

И он сработал. Кити закончила учебу, выбрала себе творческую профессию, о которой всегда мечтала и укатила далеко от родного дома.

Пара книг, немного одежды – все самое необходимое, Кити не планировала тащить в новое старый багаж. Но она продолжала как завороженная листать страницы книги, подаренной, кажется, тысячу лет назад. Выдуманный учебник магии с красивыми драконами на обложке. В свете ярко переливалась их чешую, а Кити чувствовала такую тоску, будто смотрела на что-то потерянное и больше недоступное.

План был хорош. Но он не сработал. Или сработал, но только на время. Кити не успела моргнуть, а жизнь снова оказалась безликим пустым холодцом.

Она бродила среди панелек, топталась в снегах, училась. Мало спала и плохо ела. Иногда забывала, как звучит ее голос, а иногда его было слишком много, что резало в ушах.

Кити осталась одна, посреди пустынного снежного, испачканного кляксами серой пыли города.

Город гораздо больше родного и от чего-то еще больше пустой.

Кити вечерами бродила по темным улицам, уткнувшись носом в воротник и спрятав руки в карманы, нелюбимой дутой куртки. И все вдруг изменилось.

Ботинки ступили на брусчатку, вместо привычного асфальта, рядом засверкали ветрины, гирлянды и фонари, не знакомых мест, хотя Кити множество раз тут проходила.

Плечи расправились, будто их что-то тянуло. Голова поднялась.

Люди – наряженные, раскрашенные кто во что горазд, в карнавальных масках и костюмах, сновали туда-сюда, обдавая девушку шлейфом духов, и отблесками чужих разговоров. Люди казались сказочными существами и Кити сама почувствовала себя сказочно.

Проходите улыбались. Кто-то почтительно кланялся. А что-то дикое упорно рвалось из груди столпом ярких искр. И Кити шла. Шла вперед, оглядываясь по сторонам, будто очутилась в самое настоящей сказке. И она была готова практически на все только бы не угодить обратно.

И если в сказках, потерянные детишки хотят вернуться домой… Кити казалось именно его она сейчас и нашла.

Дорожка петляла, вилась под ногами, как хвост. И будто бы хвост был ее и будто бы она нашла недостающий фрагмент паззла.

А потом Кити взглянула в зеркало.

И увидела чешую, сверкающую как звезды. Длинный хвост, вьющийся как её еще не пройденный путь. Рога небольшие, но острые, готовые разить врага. Зубы и клыки белели улыбкой ночи.

Она взмахнула крыльями и чуть не сорвалась с места. Замерла, касаясь кончиками пальцев асфальта, любуясь как раскрываются, косточки, запертые в черной блестящей коже.

И Кити отчетливо поняла, как много работы еще ее ждет.

Работы по приручению себя.