Сказки Северных кланов. Джонатан алхимик

Путеводные сны. Глава 8

Когда он открыл глаза, то первое, что понял: ему больно. Он не сразу смог вспомнить свое имя, и кто он сам, но то, что боль поселилась и хозяйничала во всем его теле, это было, несомненно.

Попытавшись шевельнуться, Даглас издал слабый стон. Такое ощущение, будто ему на грудную клетку положили куски раскаленного металла. Или еще что-то в этом роде.

-Я бы на твоем месте лежал, - посоветовал склонившийся над Дагласом молодой черноволосый мужчина, кого-то очень напоминавший.

Только Даглас не мог вспомнить кого.

-Ты не оказался бы на моем месте, дракон, - хрипло усмехнулся МакРайн.

С трудом приподнявшись на локте, он принялся осматривать обстановку, не смотря на осторожную попытку дракона за плечо уложить его.

Похоже, Даглас находился внутри одного из округлых домиков, что видел в долине. Светло-коричневые стены из обожженной глины, широкая простая кровать, на которой он и лежал, многочисленные полочки на стенах, выполненные в виде плавных изгибов и заставленных всем, начиная от томов вполне современной литературы и кончая связками лечебных трав. Вход в следующую комнату перегораживала цветастая ширма из шелковой материи.

-Насмотрелся? – ехидно спросил дракон. – Молодец, теперь заново перевязывать надо.

С этими словами он бесцеремонно стащил с Дагласа тонкое с проступившей кровью белое покрывало.

Даглас машинально взглянул на себя и тут же пожалел об этом. На груди красовались широкие красные полосы, раскрывавшиеся в глубину при каждой попытке дыхания. Поверх ран было густо намазано чем-то ядовито-зеленым с резким травяным запахом, а призванные прикрывать все это бинты, видимо сбились, когда он шевелился.

-Лежи! – сквозь зубы рыкнул дракон.

Он достал с полочек поблизости банки с разноцветными мазями и упаковку чистых бинтов.

Даглас послушно обмяк на жесткой кровати. От мысли насколько больно ему сейчас будет, начинало сводить челюсти.

-Как тебя зовут, дракон? – чтобы хоть как-то отвлечься спросил Даглас.

-Рихнардсен, - отозвался дракон, безжалостно отдирая сбившийся бинт вместе с подсохшей зеленой массой.

Губы вампира дернулись, но не закричать он успел. Не похоже, что с ним собираются церемониться, но слышать крики Высшего ни к чему кому-либо. Хотя, кажется, совсем недавно, когда драконы рвали его на куски, он кричал…

-Старейшина племени северных драконов? – припомнил Даглас, когда боль хоть немного отступила, и сжимать зубы уже было не так обязательно.

-Одного из северных племен, - равнодушно поправил Рихнардсен.

Кое-где покрытые мелкими черными чешуйками, руки дракона уверенно делали свое дело. Прохладные мази ложились на раны, утихомиривая боль. Под ладонями дракона разгоралось полупрозрачное целительское сияние, весьма своеобразное, у людей его оттенок выглядит по-другому.

-Что со мной будет? – спросил Даглас.

В конце концов, глупо делать вид, что именно это-то ему совсем и не интересно. Дракона, чей возраст мало уступает собственному, не обманешь.

-А ты как думаешь? – с интересом спросил дракон.

МакРайн криво усмехнулся. У него самого на этот счет предположения очень даже были. Например, можно много раз его вот так прилюдно, то есть «придраконьи» убивать, и возвращать с порога смерти заново. Отличное выйдет развлечение.

Память услужливо подсказывала, что драконы не так уж часто откладывают яйцо. Они – медленно, на протяжении тысячелетий исчезающий вид, вообще говоря.

-Не знаю, - стараясь, чтобы голос звучал ровно, не в такт перепадов боли, сказал вампир. – У меня идей много, но боюсь, человеческих.

Рихнардсен усмехнулся.

-Если бы это зависело только от меня, я не отказался бы лично осуществить парочку. Люди весьма изобретательны, знаешь ли…

-А от кого зависит? – кисло уточнил МакРайн.

-От совета старейшин, в основном от Кебала Изумрудного.

Даглас вспомнил синие разъяренные глаза старейшины, полные ненависти, боли…и чего-то еще. Того самого, почему он еще жив.

-Что они решили? – с волнением спросил вампир.

Рихнардсен недовольно поморщился.

-Они решили тебя отпустить.

Дагласу показалось, что потолок с красными разводами узоров внезапно обрушился на него, мешая дышать.

-Ты…серьезно?

-Да.

Дракон сильнее затянул бинты, что свободному дыханию отнюдь не способствовало.

-Если будешь еще крутиться, истечешь кровью, - предупредил он. – Раны очень глубокие.

«Хотя если ты сдохнешь, здесь мало, кто расстроится», - холодно добавили его глаза.

Даглас благодарно кивнул. Хочет этот дракон или не хочет, но он спасает его жизнь. Один из тех случаев, когда много важнее, что ты делаешь, чем что ты об этом думаешь.

Вымыв в стоящем на полу металлическом тазу руки, Рихнардсен сел на широкую деревянную скамью, поставленную возле кровати.

-Всегда хотел знать, зачем драконам человеческие дома, - пробормотал Даглас, готовый обсуждать все, что угодно, чтобы отвлечься от накатывающей волнами боли.

-Если вдуматься, они и людям-то не очень нужны, - пожал плечами дракон. – Но это удобно. В мире не так много свободного места, чтобы мы могли строить города, подходящие нам по размеру.

Принимающий при упоминании любой тайны стойку охотничьей собаки, исследователь в Дагласе не дремал.

-Драконьи города? – удивился он. – Я никогда даже не слышал о таких.

-Типов вроде тебя интересуют драконьи яйца, а не наша культура, - грубо оборвал его Рихнардсен. – Может, кто и поверил твоему раскаянию, но уж точно не я!

Даглас обессилено прикрыл глаза. На месте драконов он тоже не поверил бы. Даже на своем возникали некоторые сомнения.

-Ты не слишком жесток с ним? – спросила Аресса, мягко прикасаясь к щеке Рихнардсена.

Дракон недовольно зарычал. Он был в истинном облике сейчас, она же предпочла выглядеть женщиной - человеком: высокой, стройной, с развевающимися на ветру каштановыми волосами. Издали их разговор мог бы послужить прототипом для классической иллюстрации: хрупкая женщина и огромный весь поросший острыми шипами дракон беседуют на зеленой вершине холма. Но если присмотреться повнимательнее, за ее спиной можно было бы заметить на земле не малых размеров крылатую тень, чьи контуры были лишь чуть более плавными, чем очертания Рихнардсена.