Сказки тайной стороны

ГЛАВА 5: Дела давно и недавно минувшие.

В ту пору отцы наши были примерно, как мы сейчас. Учились они на географическом, в универе, где Ашот образование получает. После третьего курса их отправили на практику в Архыз. Это еще до распада Союза случилось. На наших в те времена дела вели и по способностям распределяли. Секретно, конечно все было.

Прямо перед отъездом к ним в группу добавили двух девушек из Польши. Студенток по обмену между ВУЗами из сопредельных социалистических государств. Одна из них — русалка из древнего рода, знаменитого тем, что об их прабабке писал сам Адам Мицкевич!

Красивым поставленным голосом Грачик процитировал:

— «Из волн красавица явилась.
Уста — кораллы, щеки как заря.
Вода с кудрей льняных струилась.
На всех тут страх напал. Иной бежит,
Иной стоит белее мела.
Она под воду скрыться не спешит
И молвит ласково и смело:
«О юноши! То знает весь народ:
Никто в задоре безрассудном
Веслом не смел коснуться этих вод —
Он потонул бы вместе с судном….»*

— Ближе к теме, ты увлекся. — Перебил его Кеша.

— Ах да, куда–то не туда меня понесло. На чем я остановился?

— На двух студентках из Польши. — Подсказал Шот.

— Так вот, одна из них русалка была — Магда, а другая — лесовушка, дочь лешего из Неполомницкой пущи, что рядом с Краковом. Звали ее Люцина. Водян ее как увидел, сразу голову потерял.

— Не могу себе представить, чтобы Водян Одисеевич голову терял. — Вставил Кеша. — Он мужчина серьезный, кандидат наук.

— Ну это сейчас, — протянул рассказчик, — хотя тогда тоже, по словам отца, легкомысленностью не отличался. У него в универе даже прозвище было — Академик. За любовь к чтению и очки.

Шот, протирающий стойку, согласно кивнул.

— Все кто его знал, диву давались. Тихий ботаник, которого из воды лишний раз не вытащишь, вдруг сам стал в компанию являться, да еще и в разговорах тон задавать. А уж когда он Люцину на свидание к озеру «Холодное сердце» пригласил, тут вообще у всех челюсти отпали! К слову сказать, девушка от свидания отказалась. К ним с подружкой тогда многие клинья подбивали, очень уж красивые девчонки были. Но знаки внимания принимала и в общей компании охотно садилась рядом с русалом.

Так и повелось, днем молодежь делами занималась. А вечерами все собирались у костра, разговаривали, песни пели. Водяна и Магду к местной фельдшерице в помощь отрядили, как маломобильных. Бабка Асият, тоже из природных была, потому водников и приветила. Остальные днем по окрестным лесам бродили, пробы почвы брали, да гербарии составляли.

К середине практики на Софийскую поляну барды нагрянули. Тогда ребята стали дружно туда ходить, послушать музыкантов, прибывших на слет.

Никто кроме Магды не задумывался, чего это Водяну стоило. Он ведь обычным речным русалом был, еще не водяным даже. До поляны километров шесть в одну сторону пешим ходом. Девушку парни часть пути на руках по очереди несли, а отец Илюхин сам шел.

Когда они в фельдшерский пункт возвращались, он обращался и пол ночи в ручье отмокал. Русалка знала, но обещала парню молчать, хотя и уговаривала его, себя поберечь. А потом у него чешуя слазить стала и с каждым днем все хуже становилось. Температура поднялась. Магда не выдержала, сдала его бабке Асият. Та как увидала, долго ругалась, пока мазью лечебной его хвост обрабатывала.

В тот вечер Водян к костру не явился и Люцина забеспокоилась. Побежала на поиски. На крыльце со старушкой фельдшерицей столкнулась. Та на эмоциях ей и высказала, что накипело. Мол, иди девонька лесом, нечего парня мучить. Раз не интересует тебя, то и не подманывай.

Девушка спорить не стала, но и не ушла. Всю ночь ему компрессы меняла, пока он в горячке метался.

С тех пор они от общей компании отделились. А вечером, накануне возвращения домой Водян нашего отца позвал и попросил свидетелем при обряде русалочьем поприсутствовать. Папа тогда даже толком и не знал, что за обряд такой.

Пришли они на ближайшее озеро и стали ждать. Вскоре Люцина и Магда появились. Нарядные, в волосах цветы вплетены. Водян с Люциной в озеро по пояс вошли, а дальше все очень быстро произошло. Вода стеной поднялась, русала в себя утянула. А девушка глаза закрыла и следом нырнула. Миг и нет ее. Вода тут же опала, поверхность водоема разгладилась.

Батя перепугался, к озеру кинулся, но Магда его остановила. Сказала, что получилось у них водной тропой вместе пройти. Беспокоиться не о чем, к утру вернуться. Так и вышло.

Магда после практики домой отбыла, а Люцина здесь, с Водяном осталась. Так вместе и живут. Вот какого красавца народили, да Анют? — Грачик ухватил Илью за плечо и потрепал, глядя на меня. Я растерянно кивнула. Он так образно говорил, будто сказку рассказывал. Я забыть успела, что речь о родителях моего водяного идет.

— Я вот одного не пойму, — задумчиво сказал Кеша, — если нужно всего лишь девушку водной тропой провести, почему водяниц так мало? Илюха, вон эти тропы каждый день открывает и русалок не раз ими водил.

Илья укоризненно глянул на друга.

— Так русалки от рождения водные, а там земная девушка. — Сказал Шот. — К тому же водные тропы не всякий русал открыть может. Илиян водяной во втором поколении, ему легче.

— Опасно это. — Мрачно добавил Илья. — Рожденная на суше девушка может водной тропой пройти, только если по-настоящему своего проводника любит. Кто гарантии даст, что не поспешила она, не перепутала любовь с увлечением? В лучшем случае ничего у них не получится, в худшем — утонуть может, или в переходе потеряться. Были случаи. Отец говорил, что согласился на эту затею, будучи уверенным, что не способен открывать водные тропы. Он никогда раньше этого не делал, а тут неожиданно получилось! Сейчас он не стал бы так рисковать. И я с ним согласен.

На миг у стойки воцарилась тишина. Шот, меланхолично смешивал что-то в хрустальном бокале. Кеша взглянул на часы, поднялся и сказал:

— Пора, скоро наш выход.