Сказы Сиродила

Потерянный

— Ну как, почесал кулаки? — Одноглазый моряк поскрёб щетину ногтём. — Мне тоже будет рожу пестовать?

Мечник вложил оружие в ножны. Вся ватага лежала у его ног, а стражник, прибежавший на крики с пирса, угрожающе выставил вперёд острие:

— Стой, грязное отродье!

— Стою, — руки мечника показали миролюбивый жест. — Дышать могу?

Моряк сплюнул под ноги. Чайки сидели на канатах и презрительно наблюдали за копошащимися людьми. Жаль, не еда, совсем не вкусная рыба…

— Зачем мою команду побил? — Одноглазый подошел ближе, но тут же получил от стражника предупреждение:

— Эй-эй, ну-ка назад от него, сначала бунтаря в каталашку на месяцок.

— Сколько с него штраф? — спросил моряк.

— Ну…

— Сотня устроит?

Стражник понервничал и согласился. Моряк выплатил штраф за то, что чужак разбил носы его команде. Удивленный поступком мечник спросил:

— За что?

— Да жалко тебя, волчонок.

— Меня жалеть не надо. Я сам кого хочешь пожалею.

Команда ушла на корабль «Любящей девы». Каракка, готовая к отплытию, ожидала своего капитана, но он к любимице не спешил. Его живо заинтересовало, почему угрюмый чужак, имевший явный интерес к службе, вдруг ни с того, ни с сего напал на команду. Поэтому одноглазый позвал его в таверну, где они отсидели всю ночь в разговорах о прошлом.

— Тебе что от меня надо? — волчок взъерошился, когда у него впервые спросили, зачем он пришёл. — Кто нужен? Я не из болтливых.

— А кем ты себя видишь в моей команде? — спросил капитан.

Грязное пиво растеклось по столу, и тавернщик неспеша вытер лужу, едва заметно цокая. Дрогнули свечи от ветра — кто-то вошёл внутрь, и мечник тут же прикоснулся к мечу.

— Ну а кто я? Боец. Что ещё надо?

— У меня полкоманды состоит из бойцов, — капитан оперся об стену. — Все как на подбор, и хоркера задавят, и саблезубому напихают куда надо.

— Да правда, что ли? — улыбнулся мечник.

Помолчав секунду, капитан счёл достаточным ответом только улыбнуться. Расправился этот малец с десятью, не особо вспотев. Но капитана привлекла не эта удаль, не бойцовские навык, а умение подавлять противника мечом, не нанося ему ни одного пореза…

И представлялось, что мечник делает это нарочно — искусством холодного оружия не убивать и калечить, а останавливать и преодолевать. При том, что одноглазый нисколько не сомневался: дай этому человеку причину, и он молниеносно пронзит врагу сердце.

— Так как тебя звать?

— Меня зовут Янус, — ответил мечник. — А тебя, капитан?

— Аквилий, из морской семьи Галленусов.

— Вот и познакомились.

— А какая у тебя фамилия?

— У меня не было семьи, — редгардец жадно выпил. — Не было семьи, всегда сидел в бойцовой яме, сколько себя знаю. Моя семья — это такие же ребята, как я.

— И где они?

— Убиты.

— Кем?

— Тварями из Обливиона. Мы служили в имперском легионе, нас гнали в самую гущу событий, — на секунду показалось, что у редгардца развязался язык, но в мгновение он затих: Вот как-то так.

— Понятно. А у меня семья из купцов, но перебирать монеты не мой удел. Я люблю простор, воду, чистоту… Море меня успокаивает. В Анвиле, городе моряков, и то тянет на сблёв.

Они закусили вяленой говядиной, медленно жевали её и ещё долго выковыривали из зубов. Капитан предполагал, что человек в атмосфере кабака раскроется, даст себя прощупать — ибо кто же возьмёт в корабельную команду чужака с запертой душой и неясными мотивами? Однако мечник вместо этого случайно задел каджита, направившегося на выход; завязалась перепалка, и спутник быстро нахлобучил несчастному и за дерзость, и за смелость подраться с ним.

Усевшись обратно за стол, мечник казался таким спокойным, словно ничего не случилось, только на кожаной куртке остался клок каджитовой шерсти.

— Я всё понял, — сказал капитан.

— А что ты понял? — мечник всё-таки поправил себя: — А что вы поняли, Аквилий?

— Дитя войны. Вот почему я тебя помиловал и не сдал страже. Всё это уже видел, и не раз.

— Хочешь сказать, я бедовый парень? — мечник заметно сник. — Типа непутёвый?

— Тебе не место на корабле, — уверенно заявил капитан.

Это ещё больше убило Януса. Он уже собрался уходить, не прощаясь, но одноглазый остановил его:

— Давай поговорим. Я всё понимаю: тебе кажется, что занимаешься чепухой и растрачиваешь время, но что-то мне подсказывает — ты хочешь получить уши.

Мечник смутился. Впервые за долгое время он ощутил конфуз, от чего неуверенно спрятал руки под столом.

— Уши?

— Да. Тот, кто выслушает тебя.

— Так возьмите на корабль, — сказал с вызовом Янус. — Чего пускать время в расход, когда можно заняться делом?