Скелетон в шкафу и ведьма в склепе

Часть 1

Глава 1: «Труп, склеп и рыжий след»

Город задыхался в объятиях тумана. Газовые фонари, словно пьяные светляки, мигали над мостовой, а в переулках Ист-Энда шептались тени. На кладбище Сент-Эбенезер царила тишина, нарушаемая лишь скрипом веток да вороном, каркавшим на луну с видом профессионального критика. Именно здесь, среди могил, покрытых инеем, и началась история, где логика споткнулась о магию, а монокль – о рыжие волосы.

Сэр Себастьян Смит-Смит, детектив Скотленд-Ярда, шагал по кладбищу, поправляя монокль. Его трость с набалдашником в виде черепа – «Альфред» – стучала по камням, будто выбивала морзянку: «Здесь что-то не так».

– Альфред, – проворчал Себастьян, останавливаясь у склепа с треснувшими ступенями, – если бы у тебя был нос, ты бы уже учуял вонь лжи. И формалина.

Скелет-трость молчал. Детектив вздохнул:

– Ладно. Виски потом.

Дверь склепа была приоткрыта. Себастьян толкнул её плечом, и железо завизжало, словно обиженный кот. Внутри пахло плесенью, ладаном и... жасмином? Несочетаемо, как он и его начальник.

На полу, рядом с пустым гробом, лежала перчатка. Женская, из тонкой кожи, с вышитым пентаклем на внутренней стороне. Себастьян поднял её, щурясь в свет карманного фонаря.

– Драгоценная безделушка для вора трупов, – пробормотал он, замечая рыжий волос, прилипший к перчатке. – Или для кого-то, кто любит театральные жесты.

Внезапно за его спиной раздался шорох. Детектив обернулся, но в проёме двери сидела лишь чёрная кошка, сверкая глазами-изумрудами. В её зубах блестел монокль.

– Чёрт возьми! – рявкнул Себастьян, но кошка метнулась вглубь склепа.

Преследуя её, он спустился в подвал, где свечи освещали стол, заваленный книгами и склянками. У чана с дымящейся жидкостью стояла женщина в зелёном плаще.

– Мадам, – произнёс он, поднимая трость, – вы арестованы за кражу тела лорда Честерфилда.

Женщина обернулась. Рыжие волосы, веснушки, улыбка, от которой захотелось проверить карманы.

– Ошибаетесь, – сказала она. – Я не крала труп. Я его вернула.

Она сдернула ткань с угла, открывая тело лорда. На его шее – два следа, будто от игл.

– Первая смерть – от чахотки, – пояснила она. – Вторая – от яда. Кто-то спешил замести следы.

– Вы... колдунья? – спросил Себастьян, разглядывая зелья.

– Травница, – поправила женщина. – Элинор Блэкторн. А вы – детектив, который разговаривает с тростями.

Себастьян нахмурился:

– Это Альфред. Мой... партнёр.

– Партнёр? – она рассмеялась. – Он даже штанов не носит!

– Зато шляпу оцените? – язвительно ткнул он тростью в скелета.

Элинор подошла к столу, доставая флакон с розовой жидкостью:

– Зелье от бессонницы. Не пейте после полуночи. Или пейте. Посмеёмся вместе.

Она швырнула флакон ему, но Себастьян поймал его левой рукой – правой сжимая пистолет.

– Почему вы здесь? – спросил он.

– Потому что ваши коллеги ищут убийц среди живых, – ответила Элинор, – а я – среди мёртвых.

Кошка прыгнула на стол, опрокинув склянку. Дым повалил гуще, и ведьма растворилась в нём, оставив лишь рыжий волосок на плече Себастьяна.

***

В кабинете детектив разглядывал флакон. На этикетке – надпись: «Для тех, кто боится спать в одиночестве».

– Альфред, – вздохнул он, – если это яд, я тебя придушу.

В дверь постучали. На пороге стоял сержант Уилкинс с докладом:

– Лорд Честерфилд... его похороны назначены на завтра.

– Отмените, – бросил Себастьян. – Труп уже в пути.

– В пути?

– В пути к тому, кто убил его дважды.

Ночью детектив вернулся в склеп. Кошка сидела на гробе, вылизывая лапу. Рядом с ней лежал медный ключ с гравировкой: «V.V.».

– Victoriae Veritas? – прошептал он, вспоминая девизы королевского двора. – Или Victoriae Venenum?

Где-то в тумане завыл ветер, а вдали зазвонили колокола. Лондон спал, не зная, что его королева, возможно, уже давно стала тенью.

Глава 2: «Двойная смерть и проповедь в тумане»

Церковь Святого Михаила пахла ладаном и страхом. Викарий Пламмер, человек с лицом, словно вылепленным из свечного воска, поправлял свечи у алтаря.

– Мистер Смит-Смит, – произнёс он, заметив детектива, – чем обязан?

Себастьян положил на алтарь ключ с гравировкой «V.V.»:

– Знакомый символ?

Пальцы викария дёрнулись:

– Victoriae Veritas. Преданность короне.

– Преданность через убийства? – детектив указал на кошку, сидевшую в луче света. – Или через шпионаж?

Пламмер улыбнулся:

– Смерть – лучший исповедник. Но иногда мёртвые... просыпаются.