Скелеты в гробу и другие некромантские увлечения

Глава вторая, в которой цвет волос выручает в трудной ситуации

– Рыжая, – пренебрежительно фыркнул лэр Мартин Эвертон, разглядывая сестру подозреваемой сквозь отражательное стекло. Молоденькая, с испуганными глазами, в закрытом институтском платье в горошек она вовсе не напоминала роковую женщину, каковой он уже успел представить себе и Чёрную вдову, и её юную сестрицу. И если насчёт первой ещё оставались какие-то сомнения – как-никак четырежды замужем побывала, – то рыжая девчонка на хитрую преступницу никак не тянула. Скорее, на жертву обстоятельств.

– Вы что-то имеете против этой масти? – изумился помощник следователя, покосившись на аристократа. Мартин усмехнулся:

– Ну что вы, ничего подобного! Мой дедушка, царство ему небесное, сам имел огненно-рыжую шевелюру, не чета этим едва золотистым локонам. Просто подумал, что Камбелл её именно из-за волос так мучает без суда и следствия.

– Простите?

– Она тут уже не первый час, верно? Вон, как извелась – бледная, руки трясутся. Эдмунд умеет запугивать, ему бы в древности на ведьм охотиться, а ведь невооружённым глазом видно, что девчонка эта ничего не знает. Так зачем тогда задерживает? Явно что-то личное.

Помощник следователя, стремительно покрываясь бурыми пятнами стыда за непосредственного руководителя, буркнул условно-утвердительно о проницательности мага и спешно ретировался, сославшись на дела, о которых минуту назад даже не заикался. А Мартин остался. Смотрел на тихую, забитую подозрениями девушку и напряжённо хмурился.

Давно пора было возвращаться домой – ночь на дворе, а он заехал просто подписать протокол. Но, проходя мимо отражательного зеркала, через которое сотрудники Управления следят за ходом допросов, остановился, привлечённый происходящим. Сотрудники Управления быстро ввели в ход следствия, поделились версиями и последними новостями, прекрасно зная о дружбе некроманта с лэром Тревором Риксом, любимчиком короля. Даже об опечатанном особняке четы Крауд обмолвились, сетуя, что бедняжке-свидетельнице теперь и податься некуда – кроме сестры родственников нет, друзей тоже, нигде не работает, только-только учёбу закончила.

Вот вроде бы, ну какая ему разница. Таких девиц – без дома, родных и средств к существованию, – в столицу ежегодно тысячи приезжают и ничего, кто-то даже выбивается в люди. Совершеннолетняя, с дипломом, вроде бы не дурочка, если судить чисто внешне – устроится как-нибудь, когда придёт в себя от предательства любимой сестрицы. А пока пострадает немного, это даже полезно – характер, говорят, беды отлично закаляют.

Мысли были стройны и логичны, но Мартин упорно стоял у зеркала. Не его вина, что всё так обернулось. И не в его силах исправить все несовершенства мира. Так к чему дёргаться по мелочам?

Пересилив себя, мужчина отвернулся. Кивнул на прощание одному из знакомых офицеров и уверенным шагом направился к выходу. Остановился, когда уже занёс через порог ногу в начищенном остроносом ботинке, чертыхнулся сквозь зубы и, проклиная своё слабохарактерное сердце, отправился прямиком в кабинет старшего следователя.

Эдмунд Камбелл, несмотря на запугивание, визита главного некроманта столицы никак не ожидал. Уставился в дверной проём как рыба, выброшенная на берег – глаза выпучились, губы свёрнуты в трубочку, усы встопорщились. Девушка, сидевшая на стуле, прониклась непередаваемым выражением лица, обернулась с опаской и удивлённо вскинула брови. Мартин успел заметить промелькнувшее в глазах разочарование – реакция следователя намекала как минимум на явление дьявола во плоти, но никак не лощеного франта в дорогом костюме.

– Л-лэр Э-эв-вертон? – с трудом вытолкнул из себя Камбелл, заново наладив дыхание. Сердце в груди билось часто-часто, воротник форменного мундира неожиданно начал душить, а предательское зрение никак не желало избавиться от иллюзии тёмного мага перед глазами. – Что... что вы тут делаете?!

– Да вот, заехал подписать бумаги, как выдалась свободная минутка, – любезно откликнулся Мартин, присаживаясь напротив следователя. Закинул ногу на ногу, ободряюще улыбнулся безмолвной леди и пристально уставился на Эдмунда, чем нервировал, заставляя того беспокойно елозить в кресле.

– И?

– Подписал. И услышал чрезвычайно печальную историю.

– Ммм?

– Ну как же? Ваша гостья. Печально, очень печально – сирота, без родных и друзей, осталась одна-одинёшенька, без дома и средств к существованию...

– Как – без дома? – ахнула девушка.

– А вам не сказали? – нарочито театрально поразился лэр Эвертон. – Особняк четы Крауд опечатали, на банковские счета, принадлежащие его покойной супруге, наложили арест. Так что вы, леди, сейчас сами по себе. Не уверен даже, что вам вещи выдадут – как-никак место преступления.

Мартин с некоторым извращённым удовольствием наблюдал, как огромные изумруды глаз стали ещё больше, заблестели от подступающих слёз. И нежные губы тихонько подрагивали, намечая приближающуюся истерику.

– Ну-ну, леди, только не плачьте, не стоит. Я – ваш принц на белом коне. Зашёл именно для того, чтобы предложить подвезти вас до ближайшей гостиницы. И номер оплачу, не беспокойтесь – на всё время следствия, пока не вернётесь к себе домой. И не подумайте чего – я известный в столице благотворитель, не так ли, господин Камбелл?

Следователь сперва закивал, соглашаясь, а затем резко потряс головой, нахмурился и категорично запротестовал:

– Нет-нет, никаких гостиниц! Госпожа Саммер под подпиской о невыезде, в любой момент может быть выяснено, что она находится в сговоре со своей сестрой. Я бы предпочёл, чтобы она осталась здесь, в Управлении, под охраной...

– Что? Вы хотите посадить её в камеру?! Не имеете права!

– Какая камера, лэр Эвертон? Комната ожидания. Там есть прекрасный диванчик. И душ в конце коридора.

Мартин скривился – так себе условия, в камерах и то уютнее, чем в той каморке, которую здесь кличут комнатой ожидания. Диван продавлен, окошко под самым потолком забрано решёткой, но самое ужасное это душ – общий на всё Управление. Голые мужчины и одинокая беззащитная девушка... ну уж нет!