Скипетр и рубины. Первая часть

Глава первая, где спокойная жизнь заканчивается и начинается заговор

За разбудившим меня воплем последовала ругань. Хлопнула дверь.

Никс.

С большим трудом разлепив глаза, я покосился на настенные часы. Стрелки показывали самое время продолжить спать.

– Пять утра. Ваше высочество, имейте совесть, – я накрыл голову одеялом и отвернулся.

Раньше семи ждать от меня неформального общения, которое он так любил, было бесполезно. Оно спало. Друг во мне просыпался позже церемониймейстера, но даже последний ненавидел ранние пробуждения.

– Поднимайся, – раздраженно скомандовал Никс.

Он же его наследное высочество, Никос Альяди. Единственный сын Теодора Пятого и Мелании, покойной ныне королевы. Будущий правитель Исмоальского королевства. Мой сюзерен – и друг.

Что-то шлепнулось поверх одеяла. Предположительно – моя рубашка. А зная Никса еще и вчерашняя, которую не унес слуга, потому что не обходит комнаты дворцовых служащих раньше шести. В какую же рань наследнику престола опять приспичило меня разбудить!

Эван!

Темные боги! Надо вставать.

Я откинул одеяло. Под тяжелое ожидающее молчание поплелся к трюмо, где стояли чаши с водой. Никс привычно расположился на стуле рядом с кроватью. Под ритмичное постукивание пальцем по подлокотнику я умылся, почистил зубы и побрился.

– Мы успеем вернуться к завтраку? – собрал кудрявые волосы в низкий хвост.

По взгляду принца понял, что нет, и скрылся в гардеробной. Когда вернулся в спальню минут через двадцать, Никса потряхивало от нетерпения. Стоящий на чайном столике кувшин с лимонной водой оказался наполовину пустым, а от моего запаса печенья с позднего ужина остались лишь крошки. Принц оглядел меня и фыркнул.

Я же в ответ недовольно прошелся взглядом по его облику. Растрепанные волосы, что тоже слегка вились. Отсутствующий шейный платок. Красный камзол с золотыми пуговицами сразу поверх белого шелка сорочки. Черные бриджи и такие же черные сапоги. Любому придворному сразу бросилось бы в глаза грубое нарушение. Я развернулся к гардеробной.

– Эван, нет, – почти взмолился Никс, прочитав мои мысли.

– Да. – Я осмотрел полки в поисках нужного цвета и кроя.

У меня был большой запас одежды. Для балов, для работы, для поездок, для прогулок. К тому же Никс был лишь совсем немного шире меня в плечах. Найдя, что хотел, вернулся в комнату. Принц вскочил и поймал жилет левой рукой.

– Хорошо, что дед отменил парики, – он обреченно скинул камзол.

– На все пуговицы, – напомнил я и налил себе лимонной воды. Стакан, к сожалению, у меня был один.

– Да кому, кроме тебя, сдались эти пуговицы! – в сердцах выругался принц, но сделал так, как я просил. А точнее, как того требовал этикет в моем лице.

Никс ненавидел жилеты и еще сильнее пуговицы на жилете. Завязать себе шейный платок он позволял только перед балом. Мог прийти на обед в сорочке и бриджах, забыть, какой из камзолов парадный или дважды в месяц заявиться на прием в одном и том же наряде. Байон, его камердинер, как-то обмолвился, что до встречи со мной все было еще хуже. Причины не верить ему у меня не было – этикету Никс следовал тоже через силу.

– Все. – Принц раздраженно поправил ворот и посмотрел на себя в зеркало. – Ваше благородие довольно?

– Ты прекрасно выглядишь, Никс. – Добавил немного лести в голос и ушел от официоза. Сработало, как и всегда. Наследник престола выдохнул, одернул полы камзола.

– Расскажешь, чему я обязан пробуждением в пять утра? – я вернул стакан на столик и чуть расстроено покосился на блюдце с крошками.

– Даже покажу. Пойдем. – по лицу Никса разлилась холодная радость. Он выскользнул в коридор.

Мне ничего не оставалось, как взять плащ и пойти следом. За дверью нас встретили двое гвардейцев, охрана принца.

«Покажу» у Никса обычно означало либо зал суда, либо темницу. Но так рано утром не начиналось ни одно заседание. Значит, мы шли в темницу. Может, в обычную, на другом конце города, но, скорее всего, в королевскую, куда добраться можно по подземному ходу. А потом ещё вниз, и через лабиринт поворотов. В те уголки, куда даже тюремщики заглядывают редко.

– И кому здесь есть дело до того, как я одет?

Впереди нас шел стражник с магическим светильником. Позади тоже. Им было без разницы, как одет принц, но придворные следили внимательнее. А я не мог позволить поползти слухам при случайной встрече. Пусть ее вероятность в такой час и была мизерной.

Путь занял дольше обычного, но конечной точкой и в этот раз была тюремная решетка. Темный коридор упирался в тупик с двумя камерами. В полутьме одной из них бодрствовала девушка лет шестнадцати. Приличное для среднего сословия платье, пусть и пыльное, хорошо подчеркивало ее тонкую фигуру. Белые руки обнимали хрупкие плечи. А лицо терялось в растрепанной копне волнистых волос цвета темного шоколада.

– Подойди к решетке, – позвал ее Никс.

Она покорно встала и сделала несколько шагов.

– Подними голову.

Выполнила приказ, и я отшатнулся. Моргнул, убедился, что мне не кажется.