Скитания Иннокентия

ГЛАВА ПЕРВАЯ. (Продолжение)

5.

В общем-то, изначально для определения угнетателей, находящихся по ту сторону баррикад, революционерами использовались слова-идеалы «свобода», «равенство», «братство», «справедливость»: то есть, по мнению революционеров, подлежащими уничтожению угнетателями, насильниками, грабителями и убийцами были все те, кто воплощал общественные силы, противостоящие идеалам свободы, равенства, братства и справедливости. Но, как с интеллектуально-нравственной, так и с практической точки зрения, это оказалось довольно сложным информационным механизмом агитации и пропаганды, поскольку на массовые убийства и грабежи надо было поднять наиболее темные и косные, с приближающимся к животному интеллектуальным развитием, слои общества. И чтобы эти, очень тяжелые на подъем, закостенелые в своей полуживотной зацикленности на решении проблемы ежедневного выживания, темные народные массы убедить добровольно взять в руки оружие и идти убивать с очень большой долей вероятности, что тебя тоже очень даже могут убить – для этого явно маловато было отсылки к абстрактным интегральным ценностям свободы и справедливости.

Поэтому-то в ходе развития революционного процесса и появились новые слова-вожди: «экспроприация экспроприаторов»(«грабь награбленное»), «фабрики и заводы рабочим», «землю крестьянам», «мир народам – война буржуям»(«мир хатам – война палатам») и, конечно же, коронный номер коммунистической пропаганды, лозунг-вождь «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!». Пролетарии всех стран должны были соединиться, конечно же, для того, чтобы всей толпой дружно навалиться и замочить всех угнетателей-буржуев, а поскольку нас-пролетариев, естественно, всегда и везде намного больше, чем их-буржуев, то при любом раскладе мы-пролетарии всегда легко сможем закидать их-буржуев шапками во всемирном масштабе, то есть мы-пролетарии никак не можем не победить – в общем, очень даже козырная ситуация для пролетариев, можно сказать, беспроигрышная ситуация. Как тут супер-практическому пролетарско-крестьянскому разуму не соблазниться такими радужными перспективами получить как можно больше, заплатив за это как можно меньше.

Конечно же, эта, упрощенная до восприятия примитивными мозгами толпы солдатски-матросских и рабоче-крестьянских революционных масс, информационно-пропагандистская схема очень даже сработала. Все ведь действительно очень просто, очень понятно и доходчиво, очень заманчиво, приятно и вкусно, все – просто тебе, брат Прошка, сплошной шоколад с молочными реками в кисельных берегах: просто навалимся нашей несметной всемирной пролетарской толпой, раздавим эту микроскопическую буржуазную гниду, заберем награбленные у нас буржуйской гнидой несметные богатства, и заживем как нормальные люди. «Сиди, Емеля, на печи, да ежь калачи» – все, все неразрешимые, как исторические, так и метафизические вопросы и парадоксы разрешены и распарадоксены и на земле воцаряется сплошной рай, бесконечный шоколад с квасом, баранками да пирогами: живи в барских хоромах да наяривай барские пирожные с кремом – ешь, пей да попердывай, брат пролетарий, и ничего для себя любимого не жалей. Это ведь тебе не какой-то там поповский православный потусторонний рай, попасть в который можно только после смерти, если, конечно, смиренно вытерпишь все муки посюсторонней жизни, и не покончишь с собой; это настоящий коммунистический рай – это ведь вот он, всамделишный земной рай, до которого всего два шага – первым шагом давим буржуазную гниду, а вторым шагом вступаем прямо в рай. И хотя некоторый контрреволюционный элемент подло подхихикивает, утверждая, что два шага для преодоления пропасти – дело не совсем надежное, для преодоления пропасти между классовым и бесклассовым обществом мы-пролетарии сделаем столько шагов, сколько надо, ибо нам-пролетариям не страшны любые пропасти, потому что нас-пролетариев настолько много, что мы можем закидать шапками любую пропасть. И между опостылевшим адом современного невыносимого голодного существования и желанным земным раем безграничной жратвы – всего то навсего вот эта мизерная буржуйская гнида! Тьху! В общем, развернись душа, размахнись плечо – ща как дам больно!

Так были сагитированы, рекрутированы и мобилизованы, так сказать, деклассированные «пролетарские сливки», то есть пробольшевистские активисты, состоящие в основном из бывших рабочих и крестьян, в основном прошедших войну, – задачей этой прослойки «пролетарских сливок» было слепое выполнение воли большевистской верхушки и мобилизация достаточного количества голов пушечного мяса для захвата и удержания власти любыми средствами, в том числе и путем организации гражданской войны.

Другое дело, что все эти коммунистические заманухи, соблазны и фантастические прожекты о райских кущах вот тут вот, на этой самой бренной земле прямо завтра, все эти точнейшие научно-теоретические и философские выкладки доказательств не только возможности, а просто необходимости того, что река исторического развития обязана течь именно только в русле придуманных коммунистами перспектив; все эти, пускающие пыль псевдомудрости в наивные глаза народа, профански-глубокомысленные псевдонаучные многотомные ленинские разглагольствования недоучки-всезнайки об атомах, субстанциях и универсумах, а по сути – ни о чем; все эти привселюдные истерически-митинговые признания революционеров в своей бескорыстной имманентной любви к лаптям и трудовому поту народа; все эти их революционные героические позы а-ля «пуля в лоб – так пуля в лоб» – все это просто хлестаковские фортели и выверты оказавшихся не у дел и не видящих перед собой светских перспектив неудачников, желающих всеми возможными и невозможными способами и методами сначала возбудить, а потом захомутать могучую народную силу и захватить власть. Как сказал бы, используя придуманный им комплекс Эдипа, дедушка Фрейд о смертельных революционных паясничаньях большевиков – это просто сублимации подавленного подсознательного неистового желания революционеров убить Бога-Отца и жестко поиметь в глубоко извращенной форме Родину-Мать сначала в своем родном Отечестве, а потом и во всемирном масштабе.