Скол времени. Книга 2: Гяур.

Порох. Когда б вы знали из какого сора...

Идея насыпать в пепельницу щепотку дымного пороха надолго отбила у соседей желание курить не лестничной площадке.

Автор неизвестен.

Огнестрельное оружие сильно изменило представления о военном искусстве, существовавшие до его появления. Впервые в военных целях человек стал использовать для нанесения урона противнику силу, которая превосходила и силу его мускулов, и силу мускулов управляемых им животных.

Для моих пушек тоже нужен был порох, но если в конце XIV века я думаю, что смог бы его достать, то в XIII веке вряд ли. Хотя бы потому, что, как считается, Бертольд Шварц открыл его секрет для Европы только 1320 г.[1]. В общем, понятно, что придется делать его самому.   

В XXI веке о черном (т. е. дымном) порохе знают все и (почти) всё. Многие даже осведомлены о том, что в его составе есть селитра, сера и древесный угорь. Реже встретишь человека, который слышал бы о приблизительных пропорциях его элементов: еще в середине XVIII века не кем-нибудь, а М. В. Ломоносовым был найден наиболее оптимальный его состав: 75% калиевой селитры, 10% серы и 15% угля. Этот состав в дальнейшем практически не претерпел никаких изменений.

Но вот главный секрет пороха знают немногие. Он заключается в селитре, точнее в ее особых и совершенно необычных свойствах. Дело в том, что при нагревании, а тем более при горении она не столько потребляет, сколько выделяет кислород, без которого горение невозможно. Вспомним школьный опыт: если накрыть горящую свечу банкой, то она, израсходовав в замкнутом пространстве весь запас кислорода, вскоре потухнет. А вот с селитрой ничего подобного не происходит. Подожги селитру (чтобы она лучше горела и давала больше тепла, в нее и подмешивают уголь) и начинается «цепная реакция»: чем быстрее и сильнее нагревается селитра, тем больше она выделяет кислорода, а чем больше кислорода, тем сильнее процесс горения, в результате которого все быстрее и сильнее происходит нагревание селитры и т. д. На словах долго, но на деле реакция приобретает взрывной характер. И такой процесс происходит везде, даже, что особенно важно, в замкнутом пространстве. Не имеет значения, идет ли речь о стеклянной банке или о стволе пушки, где практически мгновенно сформировавшаяся в результате описанной реакции масса газа с огромной силой вырывается наружу, выталкивая из ствола с невероятной скоростью и мощью ядро или, что меня значительно больше интересует, картечь. Но чтобы этот состав стал взрывчатым веществом, селитра должна составлять не менее 50-60% его массы, иначе она обычно просто горит, в крайнем случае сгодится для фейерверка.

А какова роль серы? Загорающаяся при низкой температуре, она добавляется в состав пороха в качестве своеобразного катализатора для облегчения его воспламенения и одновременно в качестве элемента, «цементирующего» порох.

Но это – общая схема. Чтобы проблемы стали более понятными, поясним некоторые детали (в которых, как известно, всегда дьявол и прячется).

И первая проблема: где мне в Новгороде XIII века брать все эти ингредиенты? Вот это – вопрос!

Селитра как таковая в Италии, Германии, Англии и Франции была хотя бы известна в XIII веке, но в Новгородских лесах и болотах в это время о ней даже не слыхивали. Ее никто не производил, не привозил и, следовательно, не продавал. Мало того, оказалось, что селитра селитре рознь. Так, мне доводилось читать про попаданца, который, якобы, порох мешками делал, используя для этого уже готовую селитру из ее самого, наверное, известного – чилийского – месторождения. Жаль беднягу, поскольку такой «порох» он бы по назначению использовать не смог. Дело в том, что в Чили находятся залежи натриевой селитры, а для пороха нужна селитра калиевая, и заменить одно на другое не получится. С помощью химических реакций одно, конечно, можно «превратить» в другое, но этот процесс не так прост. В Индии, т.е.  намного ближе, есть залежи самородной именно калиевой селитры, но в значительной смеси с натровой и магниевой, а также «поваренной» солью, гипсом и другими веществами, от которых ее тоже нужно очищать. Есть более чистая селитра в месторождениях в Египте, но и до них-то (как и до Индии) мне, например, в моем XIII веке просто не добраться, не то что до Чили. На территории бывшего СССР нужную мне селитру (правда, тоже сильно загрязненную другими химическими соединениями) добывали где-то в Туркмении и Узбекистане, но и это было недостижимо. Значит, на халяву разжиться ею не получится. Остаются только селитряницы, но это, как выяснилось, еще тот геморрой.

Селитряницы – это такие кучи из смеси навоза, пищевых отходов, листвы, ботвы с огородов, трупов павших или несъедобных животных с добавлением строительного известняка, золы, соломы и прочего. Все это гнило с невыносимой для всей ближайшей округи вонью, но при гниении в буртах селитряниц образовывался аммиак, который с помощью бактерий и кислотных реакций давал нитриты и нитраты. Все это в течение не менее пары лет (представляете!) еще должно было поливаться мочой и другими «отходами жизнедеятельности», лучше всего человеческой (причем особенно пьяниц). Сами селитряницы защищались от солнца и дождя (исходные элементы селитры легко растворяются в воде и вымываются, а солнце вредно для микробов), они огораживались от ветра, а «бурты» также покрывались плотным слоем соломы и дерна, иначе зимой в холодном климате микробы могли замерзнуть и процесс производства селитры вообще бы остановился. Чувствуете?

После «созревания» бурты вскрывали и «содержимое» промывалось (в огромных кадках или котлах), процеживалось и выпаривалось. Духан при всех этих процедурах был невероятный, он пропитывал не только одежду людей, но даже, похоже, саму их кожу, а заодно и всю округу, причем на приличное расстояние. Любопытно, но на запашок даже медведи приходили. Ну да мы не об этом.