Скол времени. Книга 2: Гяур.

Сражение. Сектор обстрела

Никогда не говорите: «У меня пистолет». Первое, что должно прозвучать, - щелчок предохранителя.

13 правил владельца оружия.

Пока мы добирались с ристалища, я все время возвращался к нашему разговору, решая, что же делать дальше.

Понятно, что в открытом поле у нас, даже с пушками, нет ни единого шанса. Значит, первое, что нужно сделать, это отыскать в окрестностях поле битвы.  Оно должно быть природой защищено с трех сторон и создавать хотя бы неудобства для конницы с четвертой стороны.

Мало того, вся протяженность моего фронта должна быть не более 100-150 метров, т.е. хотя бы один воин на метр обороны. Вывод один – договоренность «подарила» мне, кроме двух суток, лишние полдня, и нужно уже сегодня разослать разведчиков на поиски подходящего места.

Но что такое один воин на метр обороны, если на каждого из них поведут кавалерийскую атаку не меньше десяти опытных всадников? Тут я прямо физически увидел ухмыляющуюся харю Твари. Что я могу противопоставить коннице при таком соотношении сил? Чеснок и копья здесь не спасут. У меня, конечно, есть пушки, но пушкари сами нуждаются в защите, иначе эти самые пушки смогут только ненадолго оттянуть время, но не решить исход битвы. Мой маленький отряд кавалерийская атака сметет как пушинку. Что я мог противопоставить этому? Только нечто, способное хотя бы остановить тяжелый удар вооруженной конницы, дать мне некоторое время для «ответки» или попытки изменить ситуацию. Большие щиты? Щиты…щиты…

Наконец, я поймал ускользающую мысль: вагенбург! Мне нужен вагенбург! Нет, не русский гуляй-город, который так хорошо зарекомендовал себя в 1572 году в битве при Молодях с крымским ханом Девлет Гиреем I, а некая смесь этих видов полевой защиты. Разница между ними состоит в том, что основой вагенбурга являются телеги, на которых устанавливались щиты с бойницами для стрелков, но щиты были приподняты над землей, чтобы не мешать движению телеги, а гуляй-город сам представлял собой линию деревянных щитов из толстых дубовых досок, которые только перевозились на телегах.  Мне нужны телеги, поставленные цепью, на которые я навешаю деревянные щиты. При этом телеги, как в вагенбурге, придадут дополнительную устойчивость щитам, а щиты, идущие от земли, как у гуляй-города, создадут не только дополнительную опору, но и лишат врага даже мысли пробраться внутрь снизу. Кроме того, площадка телеги поможет обороняющимся находиться выше, чем нападающие, даже если те будут на лошадях. Да и арканом выдернуть телегу из ее ряда сложнее, чем просто деревянный щит, все-таки ее собственный вес составляет 250-300 кг, да и телеги можно будет дополнительно закрепить.

Конечно, я тут ничего нового не открыл (и это хорошо). До использования повозок в качестве передвижных крепостей додумались давным-давно: их применяли и римляне, и византийцы, и воины Поднебесной, и фламандские ополченцы, и прочие, хотя лучше всего, помнится, это получилось все-таки у гуситов. Важно то, что эта мысль не прошла мимо меня, что где-то внутри моего «я» возникло ощущение, а потом и уверенность, что еще не все потеряно, что эта преграда даст дополнительную возможность как минимум для пары выстрелов каждой из моих пушек.

На добрый полукруг моих телег не хватит, плюс нужны строительные материалы, прежде всего доски. Жаль, но привезенные гвозди придется использовать на это строительство. Сбивало с мыслей и то обстоятельство, что еще неизвестно, как отнесутся к тому, как я решил их судьбу елецкий князь «со товарищи»? Я же их не спрашивал. Может решат, что из них тут гладиаторов делают на потеху жестокому завоевателю, после чего и пошлют куда подальше?

В общем, к тому времени, как мы подъехали к нашему расположению, мой разговор с юс-баши уже назрел.

Надо сказать, что его отношение к нам за это время заметно изменилось от безразлично-вежливого, до заинтересованного, а потом и до явно уважительного. Поэтому я прямо сказал ему о моих проблемах, на раскрывая до конца их подоплеки, и он меня не разочаровал:

- Что касается князя и его воинов. Давай я сначала приведу его одного, ты с ним поговоришь, а потом, – и здесь он хитро улыбнулся, – мы приведем всех, на кого он укажет как на своих воинов. Я думаю, что тогда их окажется немного больше.

Я внимательно посмотрел на него и осторожно кивнул.

- Кроме того, я думаю, что князь знает местность и, если захочет, конечно, он может подсказать тебе, где следует поискать нужное место битвы.

Мне пришлось кивнуть еще раз.

- Наконец, князь и его люди уже много дней трудятся в городе. Город горел, но не весь. Я думаю, он знает, где можно найти доски, и другие нужные тебе материалы, да и телеги, если они, конечно, где-то сохранились. Не сохранились – их можно будет купить у наших маркитантов. Они все равно часть их бросают, так что отдадут недорого. А я помогу.

Он больше ничего не сказал, но мы поняли друг друга. Я обнял его:

- Спасибо, юс-баши, спасибо…брат. Как тебя зовут?

- Ергали.

- Хорошее у тебя имя, юс-баши.

- Оно означает «отважный герой».

- Тебе оно подходит. Давай, Ергали, начнем с князя.

Ну, что сказать, юс-баши оказался прав. Разговор с елецким князем Федором оказался неожиданно тяжелым, но в конце концов я разрешил ему самому поговорить с моими людьми, после чего, похоже, он понял, что я не пытаюсь его обмануть и даже, скажем так, «проникся».