Скол времени. Книга 2: Гяур.

Сражение. Сытые челюсти смерти.

Чтобы съесть слона, надо его есть маленькими кусочками.

Старая шутка.

Утро третьего дня застало нас полностью готовыми. Телеги в линию, за деревянным щитами стрелки из лука, пушки спрятались, но тоже готовы к выстрелу в любую минуту. Башни из телег стоят. Около них, с тыльной стороны, у каждой из них по лестнице, а наверху – оборудованное лежбище для пушки и двух пушкарей. Но там пока никого. Все пушки и пушкари у первой стены. Тут же расположились мои меченосцы и лучники, а за второй стеной – резерв. День, к которому я столько готовился, наступил.

Пока сигнала к началу боя не поступило, решил зайти к «новикам». Удивился, но особого мандража среди них не увидел. Вообще, люди средневековья относились к возможности своей смерти как-то более философски, что ли. Ну да, молились, но не исступленно, в их душах отсутствовал панический страх. Судя по всему, они как-то легче расставались с жизнью. А эти, видимо, свое еще и отбоялись. Вон даже какой-то весельчак рассказывает что-то смешное, а остальные посмеиваются. Это хорошо. Но дело есть дело.

- Так, ребятки. Напоминаю. Сидите тихо, охраняйте наши спины. Начнется – все под щиты. Не высовывайтесь, любопытство может оказаться опасным. Что переглядываетесь? Имейте ввиду, каждого, кто окажется ранен стрелой, пока вы здесь, я перед тем, как оказать ему помощь, буду бить по его сопатке. За то, что подставился.

- А если тебя ранят?

- Меня с вами здесь не будет. А потому, если меня ранят, то перед тем, как оказать себе помощь, я приду сюда и дам по сопатке тому, кто это спросил.

- За что?

Ответил тихо и почти ласково

- А чтобы не каркал.

И чуть погодя:

- Отставить смех.  Демаскирует.

-  Ну так ведь хочется же посмотреть, да и надо посматривать…

- Сильно любопытным разрешаю сделать в щитах небольшие отверстия. Но не такого размера, как в нужниках.

- Так у нас много досок от тех щитов, по которым пушки вчера стреляли. В них дырок много.

- Ну, вот и хорошо.

- Луков бы нам.

- Если придет ваш черед в бой вступить, появятся у вас и луки, да и мечи получше.

- Откуда?

- Попробуй сам догадаться. И еще. Вчера вы видели и слышали, как стреляют наши пушки. Будьте к этому готовы и сегодня. Только сегодня они будут стрелять часто, будет много дыма и душного запаха. И помните, что нашим врагам от этого будет во много раз хуже.

И тут кто-то задал вопрос, который у них у всех крутился в уме:

- Скажи честно, воевода. Мы сможем победить?

Я был к нему готов:

- А давай спросим у высших сил. Вот монета из моей далекой страны. С одной стороны у нее изображен Ленин (ее создатель), а с другой – герб, т.е. символ этого государства. Подбросим монету для верности, скажем, пять раз. Большее число раз выпадет герб – мы победим, ну а если Ленин – то проиграем.

Практически я не рисковал. Дело в том, что у этой монеты сторона с профилем Ленина весит немного больше, и в результате монета падает гербом вверх гораздо чаще (в 80% случаев). Так и вышло.

- Вот видишь, 4 к 1, что мы победим.

Что делать, средневековье – это же сплошные суеверия, особенно на войне. Впрочем, я и в ХХ веке этим фокусом дух своим друзьям поднимал. Вот и сейчас, смотрю, поуверенней стали мои «новики».

Потом решил прогуляться до пушкарей. По дороге смотрю, Матвей сидит в сторонке, достал из своего сидора красный княжеский плащ и задумчиво перебирает его ткань. Решил тоже подойти:

- Не стоит, Матвей. Или теперь уже Матвей Ярославич? Ты собрался сегодня умереть? И умереть тем, кем являешься на самом деле? Понимаю. Но только подумай и о том, как это твое новое одеяние повлияет на наших людей. Они решат, что ты мог позволить себе это только в том случае, если точно знаешь, что победы не будет, что всех нас сегодня ждет смерть неминучая. Идти в бой с таким чувством нельзя, а твой пример очень важен. Скажу тебе так, если случится тебе здесь все-таки испить смертную чашу, обещаю, что ты будешь похоронен достойно. И еще одно. Твой плащ будет виден издалека, и ты, конечно же, станешь желанной целью для каждого вражеского стрельца и вообще для любого из тех, с кем нам предстоит схватиться. А ранение или потеря в бою, пусть не воеводы, но командира целого отряда моих воинов – это огромная потеря для всех нас. Поэтому убери этот плащ до поры, думаю, что он тебе еще пригодится и не в качестве савана. Иди лучше, подними настрой твоих ребят, посиди с ними, послушай их или сам чего расскажи. Пусть они почувствуют твою уверенность в исходе битвы. А я к пушкарям пойду.

Матвей поднялся, согласно кивнул головой и пошел к своим людям. Через минуту слышу его голос:

- Они хотят заставить плакать наших женщин? Вот им, по самое «не хочу».

М-да, не Демосфен. Но, в целом… Главное, что настрой у него изменился, а через него и у остальных изменится.

У пушкарей все было готово. Зарядные ящики, ведра с водой. Пушки заряжены, угол наклона выставлен, зажигательный прут раскален. От нечего делать играются с арбалетом. Слышу, Васька-пушкарь его нахваливает: