Скоро прощу

16. Пустыня

Юля вспыхнула сердитой злостью, но промолчала, только лист обратно к себе пододвинула да с ручки сняла колпачок.

— Давай, Морозов, — сказала и затихла, вспомнив, наверное, что в комнате два Морозова. — Что ты там придумал?

— Психологическое испытание пройдём. — ответил Сашка и покосился на меня. — Садись, Аришка, рядом со мной садись.

Вот же собственник. Я впервые начала забывать, что мы погодки. Ощущение, будто Саше лет так двадцать пять, не покидало весь вечер. Пришлось послушаться и сесть рядом.

— Какой же ты душный, Алекс, — прикрывая рукой рот, словно зевает, проговорил Глеб.

— Так иди подыши, — хмыкнул Саша.

Он точно не станет ходить на цыпочках перед теми, кто якобы признан авторитетом в школе, сам только вчера выпустился и прекрасно понимает, что у меня за класс и что из себя представляет Морозов Глеб.

Я прямо даже загордилась братом и улыбнулась, но, поймав недоуменный взгляд своего врага, поубавила радость.

Глеб промолчал, но подышать так и не ушёл.

— Испытание называется «Пустыня». Я буду вам предлагать несколько ситуаций, ваша задача представлять их и честно отвечать на вопросы. Всем ясно?

— Да.

— Давай уже, — откликнулся Глеб.

— Угу, — спокойно отозвалась я.

— Прямо из этой гостиной вы упали в пустыню. Какие будут ваши эмоции? Что вы будете делать? Пишите. — начал психологическую разрядку Саша.

Я прикрыла глаза, чтобы представить, каково это очутиться в пустыне. Несмотря на то, что сейчас глубокий вечер, мне казалось, что в пустыне будет обязательно день и меня сразу же обдаст палящими лучами солнца.

Что я почувствую? Опасение, точно, наверное, даже страх.

Что предприму? Осмотрюсь, чтобы оценить обстановку, потом, наверное, пойду куда-нибудь. Стоять на месте не смогу. Жарко, душно и страшно.

Открываю глаза и начинаю обдуманное фиксировать на листочке. Закончив, поднимаю голову и замечаю, что Глеб наблюдает за мной.

Становится неловко, хочется исчезнуть или стать невидимкой, чтобы меня так не разглядывали.

— Что ж, все написали, — категорично прерывает наши гляделки Сашка. — Продолжаем. Вы всё в той же пустыне решили пойти дальше, вдруг по дороге встречаете колодец, на его выступах стоит кувшин с водой. Каким вы представляете его, нарисуйте, можно примерно. И напишите, из какого материала кувшин.

Рисовать, а точнее писать я люблю, поэтому, закусив нижнюю губу, приступила к этой части задания. Кувшин у меня вышел похожим на амфору, расписным, с одной ручкой, чтобы удобнее было держать. Керамический.

Я так увлеклась деталями, что не заметила, как по столу стали стучать ручкой.

— Не мешай! — сердито отреагировал брат на нервный тик Морозова.

Я посмотрела на Юлю, не хотелось мне одной быть медлительной, но новоиспеченная училка тоже скучающе сидела и смотрела в потолок, давно завершив задание, как и Морозов.

Я потупила взгляд и вздохнула.

— Следующее. Как я упомянул, в кувшине вода. Что вы будете делать? Попьёте и оставите кувшин, возьмете с собой или даже не притронетесь?

Неоднозначная ситуация…

— А я хотела пить? — уточнили Юля.

Видимо, ей тоже показалось задание спорным.

— Сама реши.

Юля хмыкнула и принялась что-то писать.

Я же подумала, что пить мне захотелось, но не так сильно, чтобы выпить всю воду. Поэтому я сделаю несколько глотков, остальное оставлю другим путникам, вдруг в пустыне ещё кто-то блуждает, как и я.

На этот раз задание я выполнила раньше всех. Даже Морозов ещё что-то дописывал. Удивительно, что он вообще участвует в этом. Никогда бы не представила Глеба, проходящего психологические штучки.

Интересно, что его заставило сидеть смирно и согласиться чертей из омута вычищать, как сказал Сашка… Наверное, рисуется перед Юлей, хочет показать, каким хорошим и терпеливым может быть.

Я успела перевести взгляд на брата как раз в тот момент, когда Глеб поднял свою голову. Какое облегчение, что он не заметил, как я задумчиво его рассматривала! Он и так думает, я навязываюсь.

А я и не думала ни о чём таком! Никогда!

— Всё. Вы идёте дальше и видите, что на вас несётся верблюд. Напишите, какие чувства испытаете в первые секунды и что будете делать после.

— Что за муть, ты что курил, Морозов? — весело спросил Глеб, не спеша выполнять это задание.

Саша промолчал, наблюдая больше за моей реакцией. А для меня это не было диким или нереальным, нас же сразу предупредили, что испытание психологическое.

Сиди и представляй себе ситуации, воображение есть же или его только на издевательства и хватает?!

— Почему же только на издевательства? — елейным голоском спросил Глеб.

И я с ужасом поняла, что последние вопросы задала вслух. Но отступать было некуда.