Скоропомощница на Новый год

Глава 10

Ночь с двадцать первого на двадцать второе декабря — Ночь Зимнего Солнцестояния

Сверин как ни в чём не бывало прошёл в комнату, не забыв закрыть за собой дверь.

Я уставилась на него со всем негодованием, на которое только была способна.

Он оставил меня одну! Втянул не пойми во что и бросил! А если бы этот Йольский кот съел меня?! Я вспомнила, как читала когда-то легенды, в которых эти коты поедали грязнуль или тех, кто не надел новую одежду. А у меня таковой сейчас не имелось. Один костюм врача скорой помощи, да и тот рваный и грязный после падения.

— Ты чего? — спохватился он, заметив мой недобрый взгляд. Но я гневно пыхтела и страшно молчала.

— Эйле-н? — вновь спросил он.

— Ты! — тут я уже вскочила с кровати. Как была в халате, так и вскочила. — Где ты был?! Оставил меня одну, хотя говорил, что посидишь тут. И не просто одну, а с Йольским котом! Ты вообще в курсе, что он может съесть человека?! А я, между прочим, грязные вещи оставила, не оделась, на мне вон… — я демонстративно запахнула халат. — Только халат, и тот чужой! Я не благословила угол и не оставила мёд, чтобы это ни значило! Да я же идеальный обед!

Сверин смотрел на меня. Сначала с искренним удивлением. Потом — с трудом сдерживаемым смехом. А после и вовсе прислонился рукой к двери и захохотал, утирая слёзы.

— Во-первых, он просто так не ест людей, — ответил, отсмеявшись, но продолжая немного похрюкивать.

— А во-вторых? — прошипела я.

— Во-вторых, если бы ел, ты бы не кричала на меня, а переваривалась.

Я замерла.

— Ты издеваешься?

— Отнюдь. Я серьезен, — ага-ага, а глаза продолжают надо мной глумиться. — Йольский кот один из духов. Просто со своим чувством юмора. И да, поесть он любит, и о нём часто говорят, что он может съесть и людей… Но просто так делать это он не станет. Поэтому ему принято оставлять какое-то лакомство и надевать новую одежду.

— Ну да, я как его увидела, сразу так и подумала! Безобидный кот со своим чувством юмора, — фыркнула я. — Что он просто приходит, пугает до чёртиков и говорит: «Ты грязнуля. Стыдно». А мне, между прочим, стыдно!

Сверин снова рассмеялся, а я не сдержалась и кинула в него подушку. Но он её просто поймал.

— Ну чего ты ржёшь?! Втянул меня непонятно во что!

— Это Йоль. Время приключений.

Я недовольно насупилась, сложив руки на груди.

— Ты обещаешь, что ко мне не будет больше никто приходить?

— Неа.

— Сверин!

— Я понимаю, что тебе страшно, Эйле-н… — он бросил подушку обратно на кровать и подошёл ко мне так близко, что мне пришлось задрать голову. — Но когда я рядом, тебе нечего бояться.

— Но ты не рядом. Тебя не было.

Он расплылся в странной улыбке, предвкушающей, будоражащей, а затем коснулся ладонью моей щеки и провел по ней пальцами.

— То есть ты хочешь, чтобы я всегда был рядом?

Упс. Вопрос с подвохом, на который у меня не было ответа.

Хочу и нет.

А судя по глазам, которые ни с того ни с сего посмотрели на мои губы, он этого ответа ждал. Но я вывернулась. И гордо вскинув голову, направилась в ванную.

— Просто не подвергай меня опасности, Сверин. С остальным я и сама справлюсь.

За мной захлопнулась дверь, и я буквально осела на пол, прислонившись к ней спиной. Сердце колотилось, а на губах я словно ощущала не просто его взгляд, а прикосновение.

— Когда закончишь дуться, выходи. Я тебе чистую одежду принёс и еду, — услышала я из комнаты. — Только давай быстрее. Нам уже пора. Я буду ждать на улице.

Затем хлопнула дверь и щёлкнул замок. Тишина стала почти осязаемой. Я от любопытства поднялась с пола и вышла из ванной. Что же там оставил для меня Сверин?

И — о чудо — на кровати я увидела свой вычищенный костюм врача скорой помощи, на котором даже не осталось пятен от смолы и дырок. Это я поняла, покрутив и повертев в руках куртку. А вот помимо моей формы, на кровати лежал тёплый свитер, белый пуховик и джинсы. Понятия не имею, где Олень нашёл для меня одежду, но стало безумно приятно. И отдельное спасибо за завтрак! Он подумал о моём комфорте, хотя мог бы притащить еловый плащ, как у всех, и рога до кучи, а про еду и вовсе не вспомнить.

Так что обижаться я передумала. На радостях быстро умылась и привела себя в человеческий вид. Оделась, поела и выскочила из номера.

Сверин действительно ждал меня на улице. Он стоял спиной к выходу и неотрывно смотрел куда-то вдаль. Туда, где серели горы и чернел зимний лес.

Я подняла лицо к небу и сама замерла. Столько звёзд я, наверное, никогда не видела. Казалось, кто-то просто рассыпал по небу мерцающую крошку.

— Какой план? — спросила, подойдя к нему ближе.

— Сегодня самая длинная ночь и самая священная. Именно сейчас, когда Солнце только-только родилось, мы должны защитить его.

— Защитить? От кого?

— От зла. Троллей, эльфов (свартальвов), призраков. От духов, что поднимаются из Нифльхейма, из мира тьмы и льда. И даже из мира великанов — Йотунхейма.

Я сглотнула. Богиню, духов леса, жриц, всадников и даже Йольского кота я уже видела. Но хочу ли я увидеть великанов? Тёмных эльфов? Злых духов? Однозначно нет!

— И как мы будем защищать солнечного ребёнка?

— Будем зажигать огни и костры, символизируя поддержку новому свету. Проведём ритуалы под омелой… — тут я слегка округлила глаза, поскольку в моих познаниях омела использовалась лишь в одном случае, но Сверин, кажется, не заметил моего смущения. — Священным растением, отгоняющим зло. Оставим угощения для добрых духов и троллей, чтобы отвести беду.

— В целом план поняла: зажжём, попляшем, поедим.

Сверин поглядел на меня, широко улыбаясь:

— Я смотрю, суть ты уловила.

— А то! — хихикнула я. Не буду же в лоб говорить, о каких таких ритуалах с омелой я на самом деле подумала? — Давай, веди меня, о Северный Олень. Кстати, а ты поэтому Сверин? Ну знаешь… Сверри, Сверд, Свер — всё очень северно и рогато.