Скорость и пепел

Глава 6 Непрошеный брак

У каждого человека есть свой способ бегства. Кто-то уходит в книги, кто-то — в сигареты. Кто-то — в гонки.
Алия понятия не имела, что делает в машине Николь, мчащейся сквозь ночной город в сторону какого-то тёмного пятачка на краю города. Но внутренний мотор гнал её вперёд — за ответами, за Лукасом, за тем, что сидело под кожей и не давало спокойно спать.

— Ты вообще давно туда ездишь? — вдруг спросила она, повернувшись к Николь.

— Куда? — та не сразу поняла, увлечённо вглядываясь в карту на навигаторе.

— На гонки. Тебе же пришло сообщение, не мне.

Николь медленно выдохнула, как будто признание стоило ей пары очков на репутации.

— Ну... я как бы… иногда бываю. Чисто за адреналином. Не каждый раз. Не ради мужиков. Просто люблю, как ревут моторы. Это… по-своему завораживает.

Алия подняла бровь.
— Ты шокируешь меня, Николь. Прямо сейчас ты становишься на десять процентов интереснее.

— Спасибо, детка. А ты — на двадцать процентов опаснее, когда едешь на встречу с мужчиной, который тебя бесит.

Они переглянулись и рассмеялись — легко, нервно, как перед бурей.

Трасса находилась за чертой города — заброшенный аэродром, давно переставший быть частью цивилизации. Зато сейчас он жил.

И как жил.

Алию обдало ревущим гулом — будто вся эта территория дышала через выхлопные трубы. Вокруг — сотни людей. Кто-то сидел на капотах дорогущих машин, кто-то смеялся, кто-то пил, кто-то делал ставки. Повсюду — дым, свет фонарей, запах бензина, дешёвого алкоголя и… первобытного азарта.

— Господи, — пробормотала Алия, приглушая желание развернуться и бежать обратно. — Это не место для архитекторов.

— Это не место для слабонервных, — усмехнулась Николь и махнула рукой. — Пошли.

У входа стоял мужчина с татуировкой в виде крыла на шее. Он поднял взгляд и окинул девушек цепким взглядом.
— Сорок баксов за двоих.

— Плати ты, — шепнула Алия. — Ты ж профессионал.

Николь закатила глаза, расплатилась, и они вошли.

Толпа сомкнулась вокруг них, как волны вокруг лодки. Кто-то кричал, кто-то спорил о фаворитах, где-то пели, где-то дрались. Это было живо. Дико, по-уличному. Почти звериное.

— И тебе это нравится? — Алия изогнула бровь, пробираясь сквозь плечи и байкерские куртки.

— Это освобождает. Здесь никто не знает, кем ты работаешь. Здесь не важно, кто ты, пока не началась гонка.

— А как узнать, кто из них... — Алия замолчала.

Они вышли на край зрительской площадки. Впереди был трек — старый взлётно-посадочный путь, освещённый только фарами машин и несколькими прожекторами. На старте уже выстроились мотоциклы. Чёрные, блестящие, яркие, хищные. Они урчали, как дикие звери в клетке.

Алия прикусила губу. Она чувствовала его где-то там.

— Ну, привет, подруги, — вдруг услышали они сзади.

Какой-то парень лет двадцати пяти, в кепке и с наглым оскалом, заступил им путь. Рядом с ним двое друзей вели себя, как стая петухов в курятнике.

— Вы, как я понимаю, новенькие? Не хотите прокатиться после старта? Я — Скип. Самый быстрый на треке, если вы понимаете, о чём я…

— Прости, Скип, — резко перебила его Алия с ледяной улыбкой. — Но если ты и правда самый быстрый — это многое объясняет. Особенно почему ты не успеваешь думать, прежде чем подходить к девушкам.

Скип открыл рот, Николь прыснула от смеха, а толпа рядом захлопала, кто-то даже крикнул:
— Убила, сестра!

Скип буркнул что-то неприличное и скрылся. Алия выпрямилась, как статуя Афины.

— Ну ничего, — сказала она. — Я адаптируюсь.

— Мать моя женщина, — выдохнула Николь. — В следующий раз берём с собой попкорн.

Они встали в самый первый ряд, у самой границы стартовой линии. Алия чувствовала, как пульсирует воздух. Как сердца замирают.

И тогда зазвучал микрофон.

— Дамы и господа! — прогремел голос ведущего. — Сегодняшняя гонка особенная! Кто бы мог подумать, что он вернётся. Кто бы мог представить…
Сам чёрт с железным сердцем и мотором вместо души.
Легенда трассы. Победитель прошлых лет.
Он снова здесь. Без маски. Без имени.
Просто… КАС.

Алия похолодела. Её взгляд метнулся на край стартовой полосы. И он стоял там.

Без шлема. В чёрной кожанке. На старом, вылизанном до блеска байке. Его лицо было сосредоточенным, как будто он снова оказался там, где всё начиналось.

— Это он, — прошептала Алия.
— И он выглядит так, будто собирается уничтожить весь этот асфальт.

Гонка ещё не началась. Но сердце Алии уже сорвалось с тормозов.

Мир притих на мгновение — лишь звук ветра пробегал по спинам.

Байкеры встали к стартовой линии, как бойцы на дуэли. Мотоциклы выли — в унисон, грозно и почти звериным хором. Их металлы бликовали под холодным светом прожекторов, словно воины, наточенные до остроты. Алия почувствовала, как внутри всё сжалось, будто кто-то перетянул ей сердце узлом.

Лукас…

На трассе он был другим. Его глаза смотрели вперёд, через ветер, через темноту — будто там, за финишной линией, лежала не победа, а искупление. Его тело было собранным, как струна, готовой разорваться под первым аккордом.

И вот — выстрел.
Не из оружия. Из флажка.
Секунда, и мотоциклы рванули с места, будто под ними не колёса, а пули. Рёв моторов взрезал воздух, сотрясая грудную клетку.

— Поехали… — выдохнула Николь, схватившись за перила.

И они полетели.
Лукас вырвался вперёд с бешеной скоростью, как будто асфальт знал его по имени. Он не просто ехал — летел, вписываясь в повороты с дьявольской точностью. Его мотоцикл — тот самый, чёрный как уголь, с вырезом месяца на баке, — будто слился с телом. Гладкий, тяжёлый, уверенный, он пел под ним — песню асфальта, скорость которой понимали только избранные.