Скорость и пепел

Глава 21 Иней на сердце

Алия стояла перед глянцевой панелью лифта, жмурясь и моргая, как будто от этого цифры на клавиатуре станут понятнее. Всё плыло.

— Чёрт, Николь, код… — Она беззвучно бормотала, тыкая пальцем куда попало. — Почему тут нет кнопки “позвонить другу”?

Она попробовала 0000. Потом 1234.

Лифт промолчал.

Алия прикусила губу и прошептала:

— Ну может… 6666? — Нет. Даже сатана отверг её.

— Или… 0812? Его, наверное, день рождения.

Она откинулась головой к холодной стене холла. Туфли в руках, волосы растрёпаны, макияж явно доживал последние минуты своей жизни.

Сквозь лёгкое эхо в подъезде послышалось:

— Помощь нужна?

Алия резко повернулась. И… замерла.

— Ты… — прохрипела она. — Каин?!

Он стоял, прислонившись к стене, в расстёгнутой рубашке, с бутылкой воды в руке и лёгкой усмешкой на губах.

— Кто ж ещё? — Он кивнул на панель. — Не все лифты покоряются с первого раза.

— Ты… ненормальный! — выпалила она, подскочив и с неожиданной силой толкнув его в грудь, прижимая к стене. — Ты подсунул мне какой-то чёртов договор! Я думала, я просто подписываю бумаги для инвесторов, а ты — ты, псих — ты женился на мне?!

— Во-первых, — протянул он лениво, — ты подписала сама. А во-вторых… ты пьяна.

— А ты?!

Каин ухмыльнулся, чуть наклоняясь к ней:

— Отмечал. Последний день свободы и… нашу свадьбу, между прочим. Мог бы пригласить, но ты была немного занята — барная стойка, кажется?

Алия сжала кулаки. Хотелось ударить. Или поцеловать. Или и то и другое сразу.

— Я… я не понимаю, как ты вообще… — Она запнулась, пьяно качнулась вперёд и ткнула пальцем ему в грудь. — Ты не имел права. Это… это безумие. И незаконно. Наверняка незаконно. Я не хочу быть миссис Грей!

— Поздно, миссис Грей. Добро пожаловать в семейную жизнь, — усмехнулся он и, прежде чем она смогла вновь что-то сказать, аккуратно отнял туфли из её руки. — Пошли. Ты сейчас завоешь на луну, если останешься здесь.

— Не трогай меня! Я… я сама…

Но он уже осторожно взял её за локоть, придерживая, пока она шатко шагала в сторону лифта. Код он ввёл за одну секунду.

— Ты пьян!

— И всё равно управляюсь с техникой лучше, чем ты.

— У тебя нет права… — снова начала она, но он просто покачал головой.

— У меня нет права? Алия, ты впервые назвала меня ненормальным, мужем и психом за одну минуту. Это уже лучше, чем твоё обычное “заткнись”.

Она посмотрела на него — взгляд пьяный, но очень живой. Уязвлённый, но цепкий.

— Я тебя убью.

— Убийство супруга — уголовная статья, знаешь?

— Каин… — вдруг выдохнула она, потеряв весь напор. — Почему ты это сделал?

Он замолчал. Подождал лифт. Двери открылись. Он помог ей войти.

— Потому что с тобой я тоже чувствую жизнь. И не хотел, чтобы ты вышла замуж за того, кто в трудную минуту просто исчез.

Тишина. Только сердце Алии грохотало в груди — громче, чем музыка в клубе. Громче, чем её гнев.

Она не ответила. Просто прислонилась к стенке лифта, сжав кулаки.

— Ты — чудовище, — прошептала она.

— А ты — моя жена.

И лифт тронулся вверх.

Дверь захлопнулась за её спиной глухо, как будто поставила точку. Алия замерла на пороге, оглядываясь.

Просторная квартира — слишком большая, слишком чистая, слишком пустая. С холодным светом и звуками тишины, которые только усиливали её пульсирующую злость.

— Ты живешь как привидение, — фыркнула она. — Ни души, ни тепла, только стены.

Каин прошёл внутрь, даже не оглядываясь:

— Поэтому я ненавижу возвращаться сюда.

— А знаешь, что ненавижу я?

Она резко подошла ближе:

— Я ненавижу, что мне вечно приходится разбираться в чужих решениях. Лукас делает фальшивое предложение — а я сижу и улыбаюсь. Он целует меня, когда ему удобно, и исчезает, когда становится трудно! — Голос её срывался. — А теперь ты. ТЫ! Женишься на мне, не спросив, как будто я… как будто я вещь!

Каин молча закрыл дверь и повернулся к ней.

— У меня и так… — она сделала шаг назад, — …голова кругом. У меня нет ни стабильности, ни покоя, ни… свободы. Я устала быть пешкой. Игрушкой. Устала от вашего чёртова братского соревнования. А теперь, выходит, я стала женой. Твоей женой! Без слова, без объяснения!

— Говори, — только и произнёс он.

— Что?

— Говори всё, что хочешь. Я выслушаю.

Алия злилась ещё сильнее от его спокойствия. Она ходила кругами, размахивала руками, шмыгала носом, что-то выкрикивала — слова срывались, слипались, путались. То злость, то боль, то горечь.

Каин подошёл ближе. Осторожно взялся за её кофту, помогая стянуть с плеч, не задавая лишних вопросов.

Потом — мягко подтолкнул к дивану. Алия попыталась сопротивляться, но ноги её уже не слушались.

— Не прикасайся ко мне! — выкрикнула она, но села.

Он ушёл на кухню и вернулся с холодной бутылкой воды. Она взяла её, не глядя, и пила, задыхаясь между глотками и всхлипами.

Каин опустился перед ней на корточки. Вздохнул. Молча взял плед со спинки дивана и укутал её ноги.

— Ты хочешь, чтобы я извинился? — тихо спросил он.

Алия уставилась в одну точку, упрямо, сжав челюсть.

— Я хочу… чтобы хоть кто-то спросил меня, чего хочу я, — прошептала она.

Они замолчали.

Она дрожала — не то от холода, не то от напряжения. Он сидел рядом, всё так же молча, как будто был её антиподом — её шторм и его тишина.

— Мне жаль, — наконец сказал он. — Я не хотел причинить тебе боль. Ни тогда. Ни сейчас.

— И всё равно причинил, — тихо ответила она, уже без злости.

Он кивнул.

Она допила воду.

Он встал и спросил:

— Ты чувствуешь себя здесь в безопасности?

Алия медленно кивнула, укутавшись в плед, будто прячась не от холода — от всего. Тишина в квартире будто загустела. Воду она допила давно. Слёзы высохли. Осталась только опустошённость.