Скорость Любви

Глава 21. Под прицелом.

Алёна.

Я стояла на Красной дорожке, отчаянно балансируя на тонких, неудобных каблуках, под перекрёстным огнём вспышек вотокамер, пытаясь самоотверженно улыбаться. Наверняка выходила из всего этого какая-нибудь неестественная гримасса.

Нам пытались задавать вопросы, выкрикивая их прямо из-за ограждения. Журналисты напирали, да так, что того гляди прорвут охрану и затопчут того, кого собирались расспросить. Жуткий стресс, как оказалось. И ведь обычно я была по другую сторону, то есть источником этого самого стресса для звёзд. Мне стало неловко. Хорошо, что за талию меня удерживает крепкая и тёплая рука, напоминая, зачем мне всё это вообще надо.

Дима. Ради него я готова была вытерпеть ещё сотню таких пыток пристальным вниманием.

- Всё, уходим, моя девочка, - послышался над ухом его шёпот, - хватит тебе волнений для первого раза.

И быстрый, едва уловимый поцелуй куда то в висок. Моё сердце пропустило удар, папарацци взвыли от восторга и с утроенным энтузиазмом защёлкали фотоаппаратами.

Наконец то мы спаслись в роскошном здании, где проходил кинопоказ. Это словно попадание в другой мир, - приглушённых голосов, фальшивого смеха и неискренних улыбок.

- Дима! Дима Резников! - нас уже встречал продюсер фильма, - как приятно снова видеть тебя в нашем строю! Прекрасно выглядишь! А что это за очаровательная незнакомка?

О да, когда мы все успокоились, выпили чаю, Людочка расстаралась на славу. Димка под её умелыми руками стал красивее, чем был, а я превратилась в красавицу с восточным уклоном во внешности. Теперь ко мне вполне была применима фраза: "мать родная не узнает", но хорошо ли это для моей нынешней роли живца... Об этом Лёша ничего не сказал. 

Мы вошли в зал кинотеатра, нашли свои места, погас свет... Но я была слишком взволнована, чтобы сосредоточиться на сюжете фильма. Такая каша в голове, только бы не пригорала... Даже не верится, что всё это случилось со мной. И лишь знакомая большая и тёплая рука, успокаивающе поглаживающая мою, напоминала, что хоть это всё невероятно, и вообще больше похоже на фантастический сон, но всё же не так плохо, пока рядом есть ОН. Хотя все эти кинопоказы, красные дорожки, неискренние улыбки, - явно не моё. Но ни за что ему не признаюсь. Дима, - часть этого мира, ему это необходимо, как воздух. А он, как воздух, необходим мне. Значит, я точно это переживу.

Кинопоказ продолжился фуршетом, на котором гости выражали свои искренние (чаще не очень искренние) восторги по поводу нового фильма, лопали дармовую чёрную икру блистали нарядами и заводили новые полезные знакомства. Я чувствовала себя очень скованно на этом сверкающем мероприятии, поэтому забилась в самый безопасный, на мой взгляд, угол, отгородилась бокалом шампанского и стала сверкать глазами по сторонам, ища Димку, который не оставлял меня ни на минуту, пока его у меня не украли для какой-то важной беседы несколько солидных мужчин. Он обещал вернуться через пять минут, и каждая из них казалась мне вечностью.

Какая же я трусливая зануда...

Стоя в своём обалденном платье, с неузнаваемо - красивым лицом, потрясающей причёской и макияжем, я наблюдала, как женщины, красивые и не очень, в открытую флиртуют с мужчинами и свободно общаются с ними. А я со своим бокалом шампанского, играющим роль щита, так и осталась внутри "гадким утёнком". Я бы так не смогла...

- Позволите пригласить вас на танец? - раздался над моим ухом вкрадчивый голос.

Высокий, импозантный мужчина лет сорока галантно протянул мне руку, в знак приглашения.

Блиииин, а танцевать то я не умею!

Я бросила отчаянный взгляд на грациозные пары, кружащиеся в танце. У меня даже с координацией плохо, ну куда он меня приглашает, упаду ещё, сама опозорюсь и Димку опозорю... Димочка, где же ты...

Меня спас подошедший официант.

- Прошу прощения, девушка, вам записка.

- Извините, я не танцую, - с облегчением сказала я представительному мужчине, принимая из рук халдея сложенный листок бумаги.

- Очень жаль,  - галантно поклонился он и отошёл немного из зоны моего личного пространства, вызвав у меня еле слышный вздох облегчения.

Интересно, что за записка... Димка что ли решил предупредить, что задерживается? Мог бы и на словах, с официантом передать.

Я развернула листок бумаги и почувствовала, что с моего лица стекают все краски. Ноги подкосились, я ухватилась за стол, чтобы не упасть. Бокалы на столе опасно зазвенели, несколько человек подозрительно посмотрели в мою сторону. Но мне было всё равно. Перед глазами расплывались печатные буквы, безжалостно темнеющие на желтоватом листе:

"Если хочешь увидеть своих родителей живыми, выезжай в их избушку немедленно. Выйдешь через запасной выход, сядешь в жёлтый хендай, номер 235. Не вздумай ни с кем заговорить, за тобой следят. Одна ошибка - одна жизнь."

Я учащённо дышала, лоб моментально покрылся бисеринками пота. 

- Вам плохо? - участливо поинтересовался проходящий мимо гость.

Я затравленно посмотрела на него, и, помня о том, что мне нельзя ни с кем заговаривать, подхватила подол платья и побежала к выходу, провожаемая несколькими удивлёнными взглядами. Лихорадочно озираясь по сторонам, в поисках следящего за мной, я нашла только табличку с надписью: "Запасной выход". Нужно хоть как то дать Диме знать, куда я пропала. Выскочив на лестницу запасного выхода, я снова огляделась. Никого. Но это ещё ни о чём не говорит... Без особых надежд я скомкала записку и бросила её на пол. Оставался ещё один крошечный шанс на спасение, - что за мной следит не только враг, но и обещанная Стрелковым охрана...

Я с трудом открыла тяжёлую железную дверь и выскочила на улицу. Холодный мартовский воздух обрушился на меня, после тёплого помещения. Я затряслась, как старый холодильник, и, чуть не подскользнувшись на каблуках в замёрзшей луже, стала в панике озираться, ища нужную машину.

Жёлтый хендай, стоящий в тени дома, мигнул фарами. Перед глазами вспыхнули цифры :235. Это он. Я подбежала, трясущимися руками распахнула дверь...