Скорпион против Богомола.

Глава 1. Диньдерра

Резкий, металлический гул, знакомый до зубной боли, прорезал тишину моего подземного царства. Труба связи, та самая, что торчала уродливым грибом посреди маминых роз, вибрировала, передавая её гнев:

— Диндерра Аэргун! Вылезай сию же минуту, или я сама спущусь и силком выволоку тебя гадкая девчонка!

Угроза стара, как сам бункер.

Я вырыла его в дальнем углу сада лет семь назад, и с тех пор он был моей крепостью, лабораторией и убежищем от бесконечных маминых «судьбоносных» знакомств. Она спускалась сюда лишь однажды – во время эпидемии "Зер", когда у меня на сутки отнялись ноги. Помню, как ее лицо, едва она ступила на последнюю ступеньку, побелело от внезапно нахлынувшей клаустрофобии. Вытаскивали нас обеих – меня, беспомощную, и ее, задыхающуюся от ужаса, – папа и брат. Слава Богини, отцовское мастерство левитации оказалось как нельзя кстати.

Сегодня я решила не испытывать судьбу. Впереди долгий путь, ссора с матерью – лишняя трата энергии. Я аккуратно погасила мерцающие артефакты, питавшие схемы, и выключила жужжащие приборы на центральном пульте. В полумраке, освещенная лишь тусклым светом кристаллов аварийного освещения, моя «Малышка» казалась серебристым жуком, готовым к космическому прыжку. Я нежно провела рукой по гладкому, прохладному корпусу капсулы, ощущая под пальцами литьё бронированных плит.

— Скоро, красавица, — прошептала я, целуя металл серебристого бока, — Скоро мы улетим отсюда навстречу приключениям.

Подъем по узкой винтовой лестнице занял время. Наверху, укрывшись в тени старого дуба, поджидали Фия и Мирта – мамины верные служанки. Злющие, с лицами, изборожденными сетью морщин, с глазами, острыми как иглы. Сплетницы, доносчицы и безоговорочно преданные до седого волоска моей маменьке. Их тонкие губы растянулись в предвкушении.

— Ах, вот и наша юная госпожа удостоила нас своим присутствием, — сипловато пропела Фия.

— Какая грязнуля, разбойница а не девятнадцатая претендентка на престол. — добавила Мирта, ехидно оглядывая мои запачканные машинным маслом руки и потертые рабочие штаны.

Без лишних церемоний они схватили меня под локти, впиваясь цепкими пальцами в кожу, и поволокли к дому. В умывальне стояли на страже за дверью, пока я отмывала с рук въевшуюся грязь и промывала короткие, ярко-рыжие, как медь , волосы под ледяной струей.

Миры высушили мои космы потоком воздуха мгновенно заставив непослушные пряди встать дыбом. Мирта тут же щелкнула флаконом с тяжелыми, приторными духами, явно целилась в глаза. Но я знала этот фокус – вовремя зажмурилась, и клубы аромата лишь обволокли лицо, заставив чихнуть.

Затем настал черед мучений. Они заставили меня облачиться в форменное платье пансиона «Благородных Мистр». Мать находила его невероятно элегантным из-за глубокого изумрудного оттенка и мягкого, струящегося велюра – изобретения моей бабушки по отцу, Веры. Попаданка из техногенного мира, она не только принесла моду на велюр, но и основала сеть этих чопорных учебных заведений, в одно из которых, к моему несчастью, определили и меня. А еще она когда-то правила Алгольмом, пока трон не унаследовал ее старший сын, дядя Нандар.

Для меня же этот наряд был орудием пытки. Юбка в пол путалась между ног, заставляя на лестницах поднимать ее до самых колен, рискуя показать кружевные панталоны – ужас по меркам Гизы! Талия перетянута так, что глубокий вдох грозился отправить пуговицы на груди в свободный полет. Плюс белая чалма,прикрывающая бардак на моей голове.

Смотрелось это все на спортивной, привыкшей к комбинезонам фигуре нелепо и чужеродно, словно я нарядилась в чужое платье для маскарада.

С горечью вспомнилась бж Басилиана, бабка по материнской линии, дуалитка в вольной Опсе. Там мне дозволялось носить удобные брюки где угодно! же, в каноническом Гизе, консервативной столице эльфийцев, за тобой следили сотни глаз. Каждое движение, каждый вздох становился поводом для обсуждения. Особенно если тебе двадцать шесть, а ты все еще не замужем!

Мать не уставала засылать в дом потенциальных женихов, пытаясь устроить мою «судьбу». Скучнейшие визиты! Я изображала образцовую невесту, а потом вела очередного претендента в свой бункер. И там, с горящими глазами, посвящала его в свое хобби. Неглубоко, совсем поверхностно, но достаточно, чтобы у самого упорного жениха пропадало всякое желание видеть меня матерью своих детей.

Мать кипела от злости, отец лишь добродушно посмеивался, не желая давить. А я сбегала обратно в свое убежище, к чертежам, паяльнику и «Малышке».

К своей настоящей мечте.

Я строила ее с двенадцати лет, с тех пор как узнала историю бабушки Веры. Как она, поднявшись в небо на «железной птице», прилетела в наш мир с далекой Земли. Сначала взрослые снисходительно улыбались моим чертежам и рассуждениям, считая это детской забавой. Но когда моя первая испытательная модель улетела на ближайшую луну и вернулась, привезя в специальном контейнере лунный камень, улыбки сменились тревогой. Мечта оказалась слишком реальной, слишком пугающей. Для всех, кроме дедов.

Вот они как раз идеей прониклись. Старенький дед Анудар, бывший техномаг Контры, и бодрый дед Цесса Аэргун стали моими соратниками.

Мы пропадали в бункере до глубокой ночи, вытачивая детали на старинном станке, собирая хитроумные механизмы и создавая приборы. Когда требовались особые магические артефакты, дед звал своего старого друга, Великого Орд Дала, с островов, а дед Анудар как правитель целой страны доставал самые редкие и ценные компоненты из Магического города Контра. «Малышка» была плодом любви к звездам и изысканного мастерства нашего трио.

— Диньдерра, позволь представить тебе Джори Уэтского, Орд Дала Восточных Земель, — мамин голос, сладкий как патока, вернул мои мысли в ненавистную гостиную. Она взяла мою руку и положила ее поверх широкой, влажной ладони мужчины.

Церемония знакомства свершилась.

— Доброго дня, Мистра Диньдерра, — прогнусавил он, неловко наклоняясь и касаясь моей кожи потным лбом. Я едва сдержала порыв вырвать руку и вытереть ее о подол платья.