Скрипачка и хранитель мелодий

Глава 32. Огни вечернего города

Я не выдержала долгой разлуки с ним. Я скучала до смерти и купила билет на конец июня. Альбом допишу там, ничего страшного не случится, — так я себя успокаивала. Собирая вещи, я думала только о том, как скоро увижу его, крепко обниму и почувствую его губы на своём теле. От этих мыслей внизу живота пробуждались сладкие ощущения, и я поспешно отгоняла их от себя с лёгким смешком.

Мама грустила, что я вновь покидаю её. Отец с бабушкой тоже расстроились, что мы не сможем видеться так часто, как в эти месяцы. Лев предложил пожить у него, если возникнут проблемы с квартирой, но Леночка его опередила. Я решила остановиться у подруги, чтобы не зависеть от своего бойфренда и быть к этому морально готовой — к сожительству с мужчиной. Я считала, что должно пройти время, прежде чем делать такой шаг. Конечно, он предложил пожить с ним хотя бы временно, но мне стало жутко не по себе, и я поспешила сообщить, что буду жить у подруги. Лев принял это с понимающим спокойствием. В мою голову закрались разные мысли: вдруг мы начнём ссориться, если начнём жить вместе, или наоборот, окончательно притрёмся и привыкнем друг к другу. Кто знает! Отношения — штука непредсказуемая и порой сложная. Мама всегда говорила в шутку, что это самая настоящая работа — быть с кем-то вместе и сохранять гармонию. Я с ней соглашалась, будучи в отношениях со сложным человеком, страдающим депрессиями и перепадами настроения.

Мы прощались с мамой со слезами на глазах — уж больно привыкли друг к другу. Папа не провожал меня, был в отъезде по работе, но мы виделись до этого и попрощались заранее до следующей встречи. Я знала, что буду сильно скучать по обоим родителям и бабушке. Мы с ней любили посидеть на кухне за чашечкой кофе, ведя приятные беседы о чём угодно. Я заезжала к ней на прошлой неделе, и бабушка подарила мне красивый костюм из своей молодости, модный и сейчас. Мода циклична, а моя бабушка такой же поклонник классики в одежде, как и я.

Лев встретил меня в аэропорту, чтобы отвезти к подруге. Свершилась необычная перемена — он купил себе личный автомобиль известной марки Audi. Машинка была хорошей и новой, явно влетевшей Льву в копеечку. Я приготовила для него сюрприз — купила красную мужскую водолазку. Он как-то говорил, что ему понравилась такая же моя, и я решила, что это будет неплохим подарком. В этом городе холода наступали быстро, так было каждый год.

Я повязала на шею тонкий розовый шарфик и выглядела романтичной натурой. Выходила к нему в зал ожидания аэропорта со счастливым видом девушки, сильно скучавшей по своему любимому. Он ждал меня вдалеке от толпы с отстранённым видом, изображая абсолютное безразличие ко всему, что происходило вокруг. Мой гордый Львёнок.

— Лев, — подозвала я его волнительным голосом, сверкая глазами, когда смотрела на парня. Душа пела серенады о вечной любви, а тело призывно отзывалось, тянулось к Льву, как к самому желанному объекту на планете. Я давно не испытывала мужской ласки и жутко мечтала оказаться с ним в одной постели. Не только мужчины мечтают о таких вещах, уж поверьте мне!

Он едва заметно улыбнулся при виде меня и тут же посерьёзнел, вновь превратившись в непроницаемую глыбу льда и коварства. Подошёл, молча взял рукоять багажа из моей вечно прохладной ладони, прикоснувшись своей тёплой. Мы как бы уравновешивали друг друга, балансируя между собой.

— Здравствуй, — поздоровался Рябинин, первым начиная идти к выходу из аэропорта и призывая меня следовать за ним.

— Здравствуй, — грустно поздоровавшись, я нахмурилась и обиделась на то, что он не обнял меня при встрече.

Как оказалось, он собирался это сделать на улице, где было меньше посторонних глаз. Мужчина никогда не любил публичных нежностей, а я послушно терпела его принципы. Он слегка приобнял меня, пока мы не дошли до его машины, и я с наслаждением уткнулась лицом ему в пиджак. Одет Лев был по классике, в костюм, что очень меня радовало и соблазняло.

— Ты такой красивый в этом костюме.

— Спасибо. Милый шарфик.

— Хочешь, свяжешь меня им сегодня вечером? — тихо произнесла я с хитрой улыбкой и гулко стучащим сердцем.

— Хочу, — довольно согласился он. Лев ухмыльнулся: — Готовься снимать трусы.

Я не сдержалась и рассмеялась. Это была наша коронная фраза — он всегда шутил так, когда разговор заходил об интимных вещах.

— Ты так ждал меня? — я приятно ощутила его объятия всем телом.

— О да. Можешь мне поверить пока просто на слово.

Мы нехотя отстранились друг от друга, вышли на стоянку и запрыгнули в чёрную Audi, хотя оба мечтали запрыгнуть в большую кровать. Знакомые пролетающие улицы города вызвали во мне недавние воспоминания, когда я ехала в аэропорт, чтобы улететь домой и пребывала в жутком настроении. Теперь всё снова было хорошо, мир обрёл свои краски и вернул мне веру в счастливую жизнь.

В жизни наступил приятный период. Я писала музыку и была вдохновлена любовью, теперь уже вроде как взаимной. Со мной рядом он. И совсем скоро я увижусь со своей лучшей подругой, которая готовилась к моему приезду и заказала нашу любимую японскую кухню, как это бывало раньше.

— Я приеду за тобой вечером, — сказал на прощание Лев и поцеловал меня так, что у меня ноги подкосились. Я не хотела ждать до вечера, но понимала, что не могу так поступить со своей подругой. Да и вещи нужно было оставить где-то!

— О боже, — с досадой простонала я, буквально отрывая от себя Рябинина. — Я надеюсь, что выживу.

— Ты это говоришь мне? — скептически вскинул бровь мужчина, иронично улыбнувшись. — Глядя на тебя в этой юбке, хочется сорвать её прямо сейчас, на улице, и…

Что он хотел сказать дальше, я так и не узнала, но смутно догадывалась о его мечтах, похожих на мои собственные. Из подъезда дома, в котором жила Леночка, вышла бабушка весьма консервативного вида. Мы с Львом потупились взглядом, молча кивнули друг другу и разошлись в разные стороны. Стоя возле окна дома, я окинула взглядом его машину, плавно выезжающую из двора. Вечер ждала, как свой выпускной. Мой красивый светловолосый мужчина, от которого всегда так приятно пахнет, будет вечером принадлежать мне полностью. От этой мысли стало так приятно на душе. Я любила думать, что он только мой, и была собственницей по природе своей. В том, что он не стал бы мне изменять, я почти не сомневалась. Он казался мне честным — всегда говорил всё в лоб. Я доверяла ему, хотя, конечно, иногда вспоминала злосчастную Катю, его бывшую, и надеялась, что она оставила Рябинина в покое. Спрашивать об этом я стеснялась и немного боялась — кто знает, как он снова на это отреагирует? Подумает ещё, что я в нём сомневаюсь, и мне придётся расхлёбывать всё это и извиняться за свою глупость!