Скрижали судьбы: Дракон

Глава 3. Первое испытание

Глава 3. Первое испытание
— Девушки, присядьте. Мы начинаем наше путешествие, — холодным, уверенным голосом произнесла мадам Лорена, указав на идеально выстроенные ряды кресел в центре зала.

Мы молча заняли места. Казалось, её голос гипнотизировал, подчиняя волю. Лорена неторопливо достала из складки своей пышной тёмно-бордовой юбки артефакт, напоминающий вытянутую трубу. Поверхность сияла гравировкой — руны и камни переливались, словно на ней пульсировала магическая жизнь. Она подняла артефакт высоко над головой, и…

Слепящий свет пронзил глаза. Я зажмурилась, но не было ни боли, ни звуков. Лишь пустота.

А потом — холодная сырость. Я открыла глаза.

Меня окружала заброшенная деревня, накрытая плотным серым туманом. Грунтовая дорога тянулась между перекошенных, будто стёртых временем домов. Крыши проседали, ставни болтались на петлях, стены были исписаны давно выцветшими знаками. Ветер срывал клочья тумана, гоняя пыль и кружа её в маленькие смерчи. Всё было серым, будто выцвело от боли и забвения.

Тишина здесь была неестественной. Даже птиц не слышно. Я чувствовала: это не просто место — это чья-то память, созданная магией. Испытание.

Я шагала осторожно, пока не заметила движение: сгорбленная фигура, ковыляющая по дороге. Старушка. Маленькая, хрупкая, в потёртом платке. Она тащила корзину, доверху наполненную красными яблоками. Корзина казалась неподъёмной, руки у неё дрожали, нога волочилась.

— Позвольте помочь, — сказала я, не раздумывая, подойдя ближе.

Она подняла на меня взгляд — тёплый, добрый, усталый.

— Спасибо, доченька… Мне вот туда, — она указала на дом с цветами у порога. Единственный живой уголок в этом мёртвом месте.

Я подхватила корзину, и мы медленно пошли. Под её шагом я заметила: хромота усиливается. Когда мы дошли до скамьи у дома, я усадила её и мягко спросила:

— Что с ногой?

— Подвернула пару дней назад. Не та уж проворность, что раньше, — вздохнула она.

Я опустилась на колено и, приподняв подол её платья, увидела опухшую синюшную лодыжку. Явный перелом. Но — не свежий. Старушка страдала, терпела.

— Могу помочь, — прошептала я и протянула руки.

Мои ладони затеплились. Тепло пошло по венам, сосредоточилось в пальцах. В груди вспыхнуло магическое чувство — знакомое, родное. Словно бабушка снова рядом, направляет, держит за руку. Я направила энергию в ногу — ткань оживала, кость срасталась. Старушка зашевелилась, морщины разгладились от удивления.

— Вот и всё. Попробуйте встать.

Она встала — неуверенно, потом увереннее. И вдруг звонко засмеялась:

— Ох, дитя! Да ты волшебница! Пойдём, я испеку тебе пирог, чаю налью…

Но прежде чем я успела поблагодарить, вспышка снова затмила зрение, и я вернулась в зал.

Передо мной парил огромный экран. На нём проносились сцены испытаний других девушек — как тени, как сны. Кто-то помогал собрать урожай, кто-то ухаживал за больными. Кто-то отказывался. Те, кто не прошёл, исчезали из кадра — и вскоре исчезали и из зала.

— Поздравляю вас, леди Амалия, — впервые голос мадам Лорены прозвучал мягко. — Вы прошли. Займите место и наблюдайте.

Я села, сердце всё ещё билось быстро, как у пойманной птицы.

На экране мелькнули знакомые лица. Вот — герцогиня Кларис. Она, похоже, быстро поняла задание и справилась с лёгкостью. А вот — её подруги. Их надменные лица теперь исказились — кто-то плакал, кто-то злился, кто-то не верил в проигрыш. Но выбор уже был сделан.

Их вывели. Осталось около сотни.

Сто девушек — из сотен. Каждая мечтает стать королевой или принцессой. Но теперь стало ясно: путь к этому не будет ни лёгким, ни честным. Здесь ценится не красота. Не знатность. Не богатство.

Здесь ценится сердце