Скрытая симпатия

Глава 3

После визита Эвы я укрепился во мнении, что она страдает от тирании собственной матери. Той нелепой и необъяснимой тирании, которую порождает слепая любовь. Желание уберечь девочку от ошибок, защитить от ударов судьбы, огородить от грязи и обманов современного мира. Им хочется превратить дочку в красивую и нарядную куколку, которая должна за добро и внимание платить той же монетой. Эти мамы торопиться помочь дочке во всём, с чем приходится той сталкиваться, так что став взрослой, девочка уже не может обойтись без маминой помощи и поддержки. И даже выросшей девочке она никогда не скажет «попробуй сама!», её радует каждая просьба о помощи. Такие пары часто конфликтуют, но эти конфликты не подрывают взаимоотношений, ибо протесты дочери сменяются появлением чувства вины за огорчения, доставленные любящей её матери.

Такое случается обычно в семьях, где один ребёнок. На протяжении многих лет своего детства для меня непререкаемым авторитетом был старший брат, которому я мог доверить те проблемы и тайны, которые боялся поведать родителям. Если мне нужна была помощь, я первым делом шёл к брату. Если бы у меня был не брат, а сестра, что-то было бы иначе, но, несомненно, отношения между нами были бы важной частью взросления. Не случайно я не раз слышал от тех, у кого трое детей, что с рождением третьего ребёнка стало легче. Ребёнок, постоянно находящийся в среде таких же, как он, перенимает жизненный опыт и уроки в первую очередь от своих братьев и сестёр, которые ему ближе по возрасту и по восприятию мира, чем взрослые. Эта же среда учит детей умению постоять за себя, добиться желаемого своими силами.

Эва оказалась в ситуации, хуже которой не придумаешь. Единственный ребёнок. Мама, которая всегда дома. Я не уверен даже, что Эва ходила в садик. Отец, который редко бывал дома – военный моряк. По нескольким фразам, обронённых Эвой, я понял, что дома этот бравый моряк был под каблуком собственной жены. Такое случается, военные часто превращаются в людей, которые умеют либо командовать, либо подчиняться. На службе он командует младшими по званию, а дома подчиняется жене. Полагаю также, что во время возможных конфликтов Эвы с матерью отец был на её стороне. Я обратил внимание на то тепло, которым были наполнены слова Эвы об отце.

Прошла неделя после визита Эвы. Временами возникало желание позвонить ей, но я тут же себя одёргивал: зачем? Мне было жалко эту девушку, но для поддержания дружеских отношений одного чувства жалости мало. Да и возможна ли настоящая дружба между мужчиной и женщиной? Можно оставаться долгое время в приятельских отношениях, более близкие чувства неизбежно перерастут в любовь. Но для этого Эва никак не подходила. За тридцать лет жизни у меня сформировались весьма чёткие представления о том, какой должна быть спутница жизни. Неудачный брак сделал мои представления более чёткими. Я знал, чего я хочу. Эва ни каким боком в эти представления не вписывалась.

Но в один из вечеров Эва позвонила сама. Спросила, как у меня дела, много ли было полётов в последние дни? Как поживает моя матушка?

Я отвечал краткими репликами, каждое сказанное Эвой слово убеждало, что она звонит не просто так.

- Эва, у тебя что-то случилось.

Это не был вопрос. Я утверждал это. И не ошибся.

- Да. Мама попала в больницу. Позавчера.

- Что с ней?

Тяжёлый вздох. Она не хотела отвечать. Но зачем тогда звонит, чёрт подери! Глупая девчонка!

- В какой она больнице?

- Бермана.

Из неё всё нужно было вытаскивать по слову.

- В каком она отделении? Как её зовут? У неё та же фамилия, что и у тебя?

- Да. Она в онкологии А. Зовут её Дора.

Есть имя и фамилия, есть отделение. Всё необходимое я узнаю через маму.

- Почему её положили? Что делают?

- У неё лимфолейкоз. Обнаружили несколько лет назад. Недавно прошла сеанс химиотерапии. Состояние стало улучшаться и вдруг… Она говорит, что началась термальная стадия. Ты знаешь, что это?

- Знаю. Я не понял, кто говорит про термальную стадию – она или врачи?

- Она. Говорит, что слышала от врачей.

Мама рассказывала, что чрезмерно мнительные больные зачастую убивают себя сами. Считают, что им врачи чего-то не договаривают, и начинают по статейкам из интернета заниматься самолечением. Эва говорила, что её мать любит смотреть передачи про здоровье. Именно такие больше всех паникуют.

- Эва, не торопись. Я попрошу маму, она завтра наведёт справки. Пока… Прийти к тебе?

- Не надо. Я предыдущую ночь провела в больнице, практически не спала. Хочу выспаться. Что у тебя завтра?

- Улетаю утром в Мицаран. Вернусь, скорее всего, в обед. К этому моменту всё проясниться.

- Я буду ждать звонка.

На следующий день мама позвонила мне, когда я уже вернулся. Она навела справки. Никакой термальной стадии. Как я и ожидал, Дора преувеличивала. Просто сопутствующие заболевания. С лимфолейкозом можно жить десять и двадцать лет, в половине случаев больные лимфолейкозом умирают от других болезней.

Я тут же перезвонил Эве и пересказал всё, что услышал от мамы. Она выслушала спокойно и предложила встретиться после четырёх в больнице. Она будет уже там.

У меня были другие планы, но я решил пожертвовать ими ради Эвы.