Скрытая симпатия

Глава 12

В первых числах ноября я поехал на городские соревнования по стрельбе из лука. Их проводили на местном ипподроме в Хуле. Я записался на две дистанции – 30 и 50 метров, хотя и знал, что пятидесятиметровая дистанция – это не моя. У каждого спортсмена есть «своя» дистанция, для меня это 30 метров. Успехи на 50 метровой у меня гораздо хуже, я даже себе не могу объяснить причину этого. Так и говорю – «не моя» дистанция.

Эва со мной не поехала. Соревнования длятся долго, и не из-за того, что стрельба занимает много времени, а из-за того, что параллельно проходят встречи членов разных спортивных клубов. Часто появляются члены всевозможных клубов живой истории. Они приходят наряженные в костюмы лучников разных стран и эпох, и тем самым вносят в соревнования неповторимый шарм. Некоторых из них допускают до соревнований, но, как правило, они выступают слабо. Особо выделяются приверженцы длинного английского лука, для них устраивают отдельную дистанцию – 18 метров, и победителям выдают специальные награды. Отдельно разыгрывают призы за лучшие костюмы.

Нынешние соревнования обещали быть интересными из-за того, что ожидалось участие сразу нескольких клубов живой истории.

Я начал с дистанции 50 метров. За три серии по шесть стрел набрал 94 балла, выход во второй круг оказался под вопросом. Но на 30 метрах – моя дистанция – набрал замечательные 122 балла.

Между первым и вторым кругом был перерыв, который я решил потратить на знакомство с «английскими» лучниками из клуба живой истории. Они тусовались на площадке перед зрительскими трибунами.

Каково же было мой удивление, когда среди наряженных лучников я увидел Микки! На ней была длинная валлийская котта, сшитая из белой и тёмно-зелёной ткани: левая половина была белая, правая –зелёная. На голове – худ, особый капюшон с длинным хвостом, бывший популярным во времена столетней войны. На ногах – красные чулки. Обувь, была современная - кроссовки - но в целом Микки имела вид замечательный и впечатляющий. В правой руке она держала лук, который был немного выше её, впрочем, бутафорский – было видно, что из такого лука стрела улетит максимум на пару десятков шагов. Подойти? Какая будет реакция – пошлёт подальше, сделает вид, что мы незнакомы или набросится на меня с кулаками? В её глазах я изменник, а, как известно, женщины прощают всё, кроме измены. Что-либо объяснять им бесполезно, можно лишь надеяться, что реакция будет не слишком бурной. Желание убедиться в этом возобладало над здравым смыслом и я двинулся вперёд. Но постарался подойти так, чтобы она заметила меня лишь тогда, когда окажусь рядом. И когда она, весело беседовавшая с другим «английским» лучником, оказалась на расстоянии вытянутой руки, я тронул её за плечо. Она обернулась, и я тут же выпалил, захватывая инициативу:

- Я не верю своим глазам! Ты стала лучником?

В памяти почему-то всплыл тот взгляд, который бросила на меня Хана, когда увидела меня с Микки. После развода, кстати. Готова была убить и меня и Микки. Сейчас ситуация, конечно, иная, но нужно быть готовым к любому повороту событий.

Микки проявила недужную выдержку – осталась внешне спокойной.

- Я болела за тебя, - выдала она после паузы. – И это – несмотря на твоё свинское отношение ко мне.

- Я к тебе всегда относился и отношусь хорошо.

- Ну да. Ко мне относишься хорошо, но спишь с другой. Впрочем, она после операции, скорее всего не подпускает к себе, и ты, бедняжка, страдаешь. Но мне тебя совершенно не жаль. Сам выбрал убогую. Любопытно, что вы делаете по вечерам? Смотрите мыльные оперы? Или разбираетесь с наследием скончавшейся мамули? Представляю, как это восхитительно выглядит: она вытаскивает из шкафа очередную тряпку, долго смотрит на неё, рассказывает её историю, где и когда мамуля надевала, затем долго колеблется, прежде чем решить – отправить её в мусор сейчас, или потом? И ты должен угадывать, чего она желает больше, ибо более всего боишься огорчить её – у подружки слабое сердце.

Если использовать спортивный язык, то Микки попала в десятку. Эва действительно с трудом расстаётся с вещами покойной Доры. Моё участие сводится обычно к уговорам: «Ты же не будешь такое носить, давай выбросим». Или предлагаю отнести вещи в пункт, где собирают ещё пригодные для носки вещи для благотворительных организаций. За две недели мы собрали четыре мешка вещей – два ушли в тряпьё и два - на пункт сбора вещей для благотворительных обществ. Огромный шкаф в спальне Доры тем не менее не опустел, всего лишь освободилось несколько полок. Из кухни удалось выставить старый, но ещё исправный тостер, у Эвы их было два, и электрошашлычницу, поржавевшую в ожидания того, что кто-то её захочет использовать. Увы - с момента смерти эвиного отца такая идея никому в голову не приходила. Я подумал, что если возникнет необходимость переезжать, то придётся заказывать семитрейлер. Тут же понял – с Микки спорить не надо, возражать, а уж тем более объяснять её что-то, не имеет смысла. Поэтому сказал лишь короткое:

- Неужели тебе это интересно?

- Покажи мне, как стрелять из настоящего лука, - вместо ответа сказала Микки.

Передала свой бутафорский лук стоявшему рядом «английскому» лучнику и пошла вслед за мной.

Мы отошли в сторонку, на свободный участок, где бы нам никто не мешал. Я помог Микки надеть краги, защищающие левое плечо – для защиты от удара тетивой, у новичков это случается часто, и трёхпальцевые перчатки – они защищают руки от повреждения опереньем стрелы, да и самой тетивой, если та сорвалась с руки.