Скрытому на века пришло время открыться

Кто я?

Сгущались сумерки, и плотным покрывалом на дикий лес Сибири опустилась ночь. Из окошка своей комнаты в неизвестном храме маленькая девочка смотрела на полную луну. По неизвестной причине, луна ее завораживала своим сиянием, словно манила куда-то вдаль, в неизвестный полет, к множественным тайнам и чудесам, что таило в себе ночное небо. Девочка могла часами смотреть в ясное ночное небо, где полная луна была окружена яркими звездами. Когда она вот так долго всматривалась вдаль небосвода без единого облака, ей казалось, что диск луны был ни что иным, как большой зал с множеством ламп светившими повсюду. А по залу кружились в танце прекрасные люди в шикарных платьях, звезды же казались теми же самими людьми, кружившихся в том же танце, но только им не нужен был свет, который источал огромный зал-луна, т.к. свет исходил от них самих. Все эти люди были настолько поглощены танцем, что не замечали ни кого вокруг. Они радовались и смеялись, кружась в танце, будто бы все чего они хотели, так это дарить тот свет, что излучали их души, приносящий с собой ту неземную любовь, которая исцеляет самые израненные сердца. Тут в дверь комнаты постучали, девочка отвела взгляд от открывшейся ей картины и когда она снова подняла глаза на луну, то уже того таинства, только что открывшегося ее очам уже не было, и только луна светила теплым светом. Малышка с сожалением вздохнула, дверь в комнату приоткрылась и из-за нее показалась голова мужчины. Он посмотрел на девочку, сидевшую у окна и тяжело вздыхавшую. Мужчина знал, что застанет ее именно в такой позе. Каждую ночь, когда светила полная луна, он заставал ее сидевшую у окна с устремленным вдаль мечтательным взглядом. Дверь в комнату открылась со скрипом до конца, и девочка, уже отчаявшись, что сегодня этого прекрасного видения ей больше не увидеть, повернула голову на звук, но увидев того, кто нарушил ее покой, она просияла от радости. Мужчина в желтом одеянии монаха, и лишь распушенные волосы, которые волнами падали на плечи, придавали этому вид необычности для такового, направился прямиком к девочке. Он был необычайно красив. Высокий, статный, широкоплечий, было ясно видно, что под одеянием монаха, скрывается атлетическое телосложение, его волосы были черны, как вороново крыло, а гладко выбритые черты лица говорили о том, что он принадлежит знатному роду.

- Я вижу, ты опять сидишь у окна. Ты собираешься ложиться в свою кроватку и увидеть чудесные сны?- монах, улыбаясь, подошел к девочке и погладил ее по головке.

- Конечно, я лягу, но я ждала тебя, дядя Нирос!- девочка подняла голову и посмотрела на монаха одним из тех взглядов, который умилял и просил чего-то так, что нельзя было отказать.

-Да? Позвольте узнать, в чем же причина этого ожидания? – он удивленно поднял бровь.

-Как же? Неужели ты забыл, что обещал мне рассказать сегодня одну очень интересную историю о великих народах, когда-то живших на земле?

-Ах, да! Я что-то припоминаю.- Нирос хитро прищурил глаза.- Легенду о «Начале времен». Ну, что? Ты готова ее слушать?

-Да, да, конечно! – девочка от радости начала подпрыгивать от восторга и хлопать в ладоши.

-Тогда скорее ложись в кроватку, и я начну свой рассказ.

Девчушку не нужно было уговаривать, она быстро спрыгнула со стула, и также быстро забралась на кровать под одеяло, при этом глаза ее были широко раскрыты, говоря о том, что она не уснет, пока не услышит всю историю до конца.

Нироса всегда удивляло то неудержимое желание все узнать, которое проявляла эта малышка. Но самое удивительное было то, что она все услышанное запоминала буквально до слов, что говорило, о ее феноменальной памяти. Уже сейчас, к трем годам, она была невероятно развита. Она знала все гуманитарные и естественные науки, что преподают в школах, говорила на десяти языках, рисовала так, что многие великие художники позавидовали бы ей, сочиняла стихи и пела их под свою мелодию, так что сердце замирало, услышав дивный звук ее голоса. Монах взял стул, стоявший у окна и тяжело вздохнув, пошел в сторону кровати. В его вздохе была тоска всех людей мира. Так как завтра, когда девочке исполниться ровно три года, он должен ее увезти далеко от храма и где-то там найти ей родителей, как того пожелала ее мать, угасая после тяжелых родов. Он помнил это, как будто все произошедшее было всего только час назад. Как бы он хотел забыть! Но память ему не позволяла и в подтверждении опять вернула его в прошлое.

« -Нирос! Дай мне моего сына, прошу… почему ты медлишь? Что с ним? С ним все в порядке? – голос ее дрожал от усталости, а в глазах стояла мольба.

Нирос не знал, что делать. Ему было безумно жаль свою госпожу. Она так ждала сына, а родилась девочка. Сможет ли она выдержать этот шок. Не погасит ли ее глаза раньше времени то, что она увидит? Монах долго мучился вопросом, как быть, но не смог перенести этого молящего взгляда. Он протянул ей дитя и положил девочку в протянутые руки матери. Счастливая же мать прижала к своей груди дитя, и взглянула на него. Глаза ее тут же распахнулись от ужаса.

-Дочь?

-Да моя госпожа. Она прелестна. - хотел было смягчить удар, перенесенного шока, монах.

-Ты, что не понимаешь?! – женщина почти перешла на крик, на который только была способна измученная и усталая мать после родов, и которая, к сожалению угасала. – Всему конец! Апокалипсис покажется этой земле цветочками!- мать посмотрела в глаза ребенку и застыла в немом молчание.

- Я вижу это, ее будущее.

- Госпожа, нет. Не тратьте сил! – прокричал Нирос, пытаясь остановить женщину. Но она его не слушала, глаза ее были стеклянными. Ее взгляд был устремлен сквозь время, как будто женщина сейчас находилась совсем в другом месте, но не она сама конечно, а ее мысли. И тут она стала говорить, тем голосом, которым говорит человек, вошедший в глубокий транс.

- Ее горе погубит не только ее сердце, но и все живое на земле! Жар земли, который она поднимет, затопит все, поднимутся волны океанов и морей, скроется вся земля под водой. Жар угаснет, и на смену ему придет лед ветра, который протянется по всей земле, этот лед будет глубиной в сотни метров, но…