Скучная жизнь и весёлые сны Нади Белых

Глава 11. Принц на жилистом голубце

На кухне стоял пар и непередаваемый аромат, от которого Конфуций хотел выйти в окно, но проиграв борьбу со стеклом, обреченно сидел на подоконнике под открытой форточкой.

Я, прижимая плечом телефон к уху, слушала мамины указания по бланшированию капустных листьев. Эту самую капусту я кое-как дотащила из магазина, забежав еще в фермерский за мясом. С килограммом отборных говядины и свинины в пропорции пятьдесят на пятьдесят и тремя кило капусты, я почти доползла до дома, как вспомнила, что сметаны-то, сметаны-то у меня нет, и снова развернулась в фермерский.

Утром, когда я еще была на работе, Серёжа позвонил и сказал, что приедет на ужин. И тут меня осенило. Однажды он обмолвился, что обожает голубцы. Вот Надюха, вот молодец, после работы быстренько как крутанет голубцов! Как удивит своего мужчину кулинарными способностями. Почему-то в тот момент мне это показалось хорошей идеей.

Я притащила пакет с капустой, мясом, сметаной и зеленью в квартиру и шмякнулась на пуфик, тяжело дыша. Шея под пальто была мокрой, волосы прилипли к лицу. Снова открыла рецепт. И банка томатов в собственном соку. Судорожно сглотнула, по телу пробежала дрожь. Что ж это я про банку в магазине не увидела? Но Надежда Белых так просто не пасует перед невзгодами! Она собралась, (да, поплакала, но собралась!), и сходила за банкой с томатами, ради которых пришлось обойти аж три магазина.

После свершенного подвига я пять минут постояла под ледяным душем, чтобы взбодриться, включила мотивирующую музыку и полезла на шкаф за мясорубкой. Этот раритет в своей жизни я не использовала никогда, что тоже почему-то не учла. Мясорубка была разобрана. Как она собиралась, видит бог, знали только аксакалы. Но Survivor и их «Eye Of The Tiger» из колонки велели мне не сдаваться, и после мучительных попыток, успех пришел. Крутить мясо на первый раз было тяжело. Надо бы купить электрическую мясорубку, наверное, готовить теперь придется часто. Я перекрутила фарш вручную трижды. После чего мне снова понадобился душ.

Но как оказалось, это было еще не самое сложное. Оригами из капустных листьев не складывалось. Фарш торчал то там, то тут, капуста ломалась, рвалась и доводила меня до исступления. В общем, пришлось обращаться к специалисту. Мама была шокирована, получив от меня впервые за всю жизнь запрос на кулинарную консультацию.

– Доча, ну почему именно голубцы? – удивлялась она.

– Мам, нет времени объяснять. Нужно крутить, а то потом еще томить. Времени нет!

– Ты мужчиной там обзавелась что ли? – в голосе зазвучали нотки надежды.

– Да, обзавелась, все потом расскажу, спасибо. Пока! Целую, спокойной ночи!

Оставив маму без подробностей, я скрутила штук десять более или менее симпатичных голубцов, а уродливые припрятала в морозильную камеру на черный день. Сделала зажарку, сметанно-томатную заливку и отправила блюдо томиться в духовку. Параллельно наварила картошки и сготовила кастрюльку картофельного пюре.

Хотелось упасть на кровать и заснуть мертвым сном, но по кухне как будто пронеслось монголо-татарское войско верхом на голубцах. Из последних сил, я навела порядок, и села за стол смотреть стеклянными глазами в стену. Где-то уже близко подъезжал Серёжа, а, может быть, уже и подходил к моему дому… Веки сами собой сомкнулись.

Иду через созданный портал. Туда, где нас ждет защитник. Левая и Правая еле успевают шагнуть вслед за мной и светящееся окно закрывается. Но мы продолжаем чувствовать опасность. Он, Маг, видел куда мы ушли и вот-вот настигнет. Он хитрее и сильнее. Мы машем руками рыцарю, кричим ему, но он вместо того, чтобы бежать нам навстречу, отдаляется. Его фигура становится все меньше и меньше, пока вовсе не превращается в крохотную точку. Мои спутницы смотрят на меня с осуждением. Я что-то сделала не так? Что?

Домофонная трель вывела меня из дремоты, параллельно с ней надрывался мобильный. Сергей, видимо, уже подумал, что я его не жду. Я подскочила к домофонной трубке, чуть не встретившись спросонья с косяком, и нажала на кнопку. Вспомнила, что у меня на голове до сих пор намотан тюрбан из полотенца. Волосы в нем, впрочем, уже итак высохли в форме болотной кочки. Пришлось наспех убирать в хвостик.

– Слушай, ну прохладно стоять на улице! Не май-месяц! – упрекнул меня Сергей, входя в квартиру.

– Но почти. Апрель! – сказала я, пропуская его к вешалке, и поеживаясь. – Голодный?

– Ужасно.

Cердце ёкнуло: а что, если я проспала голубцы? Но опасения не оправдались, голубцы дошли идеально, в самый раз.

– Ух ты, голубцы! Ставь скорее на стол.

– Да вот, соорудила на скорую руку.

Я торжественно положила на белоснежную тарелку картофельное пюре, сверху пару голубцов, достала корзинку с хлебом и овощной салат из холодильника, и гордо выставила все это добро на обеденный стол. Себе тоже положила голубец на пробу.

– Ох, про морс забыла!

Достала морс, села напротив Серёжи и стала глядеть, подперев рукой подбородок, как мой ненаглядный наслаждается пищей богов.

"Ненаглядный" культурно отрезал маленькую часть голубца ножом, аккуратно положил кусочек в рот и стал жевать. Жевал он долго. Я снова затревожилась и положила себе в рот полголубца: было очень вкусно. Успокоилась.

– Ну как? – спросила в ожидании похвалы.

Сергей дожевал, проглотил и после паузы, наконец-то, выдал:

– Ну неплохо, сойдет.

– В смысле сойдет? А что не так? – у меня аж вилка в руке затряслась.

– Ну вот у моей мамы капустка в голубцах всегда нежненькая, а у тебя жестковата.

Что? Капустка жестковата? В моей голове пронеслось, как я прокатывала эту капустку скалкой через пищевую пленку, а затем парила в кипятке. На мгновение фантазия соорудила картинку, как я прохожусь скалкой через пищевую пленку по лицу Сергея, а затем макаю его в кастрюльку, для нежности.

– А это что? – он сморщился так, как морщится Конфуций, когда его тошнит проглоченной во время умывания шерстью. – Жилы? – Он взял салфетку и выплюнул в нее неугодный кусочек.