Сквозь года и столетия

Памятник бессмертной любви

Ранним утром, когда чуть забрезжил рассвет, мы сели в поезд и отправились в Агру навстречу новым впечатлениям. Мы собирались заночевать там, чтобы не спеша осмотреть достопримечательности.
Вскоре наши ноги ступали по каменным плитам, ведущим к Тадж-Махалу – памятнику бессмертной любви! Который словно парил в небе, возвышаясь над землей, необыкновенно белый и невесомо-воздушный. Вот он – мостик от древности до наших дней! Нефрит из Китая, белый мрамор из Раджастхана, бирюза из Тибета, лазурит из Афганистана, даже сапфир со Шри-Ланки – все во имя любви. Сердце замирало при мысли о том, что на Земле существовала такая любовь. К сожалению, не всем дано познать столь сильное чувство; это нечто большее, чем страсть и вожделение.
Ксения подошла ко мне и, слегка приобняв, сказала:
– Какая красота! Давай придем сюда на закате!
Я согласно кивнула, и мы, словно завороженные, зашагали дальше, не переставая восхищаться ажурным фасадом мавзолея-мечети. Затем отравились полюбоваться на другую достопримечательность – Красный Форт. Наш гид Ритвик без устали вещал об империи Великих Моголов, о бессмертной любви Шах-Джахана к Мумтаз-Махал, в честь которой и был возведен мавзолей. Казалось, что все эти великолепные строения, сады вокруг них и протекавшая тут река Джамуна, все еще хранили память о тех давно ушедших временах.
Сколько столетий жили люди на этой земле? Кто-то слепо повиновался судьбе, другой – бросал ей вызов. И только эти каменные строения и небесные светила были неизменными, но немыми свидетелями всех событий.
Вечером мы стояли на берегу реки Джамуны и восхищенно смотрели на неземную красоту Тадж-Махали в отблеске заходящего солнца. Каждый из нас думал о своем. Даже общительный от природы Ритвик молчал, чтобы не разрушить волшебство момента.
Одинокая лодка медленно рассекала воды реки Джамуны также, как и в древности. С течением лет поменялся только антураж, но основы человеческой жизни оставались неизменны. Казалось, лодка плывёт прямо к нам. Вскоре она причалила, и на берег сошел сгорбленный старик. Тело его было обернуто тканью, а на лбу нарисован необычный узор красно-оранжевого цвета. Он направился в нашу сторону. Я слегка поежилась, а Ритвик шепнул:
– Не бойтесь, это садху – странствующий аскет. Если хотите получить благословение, то можете пожертвовать ему немного денег.
Ксения спокойно протянула старику несколько купюр, он в ответ проговорил что-то на хинди. Я же медлила, просто стояла и рассматривала диковинного старца, будто он приворожил меня. Затем все-таки полезла в сумочку и достала одну бумажку. Вдруг странник изменился в лице. Он жестами показывал, что ему не нужны деньги, а только мое кольцо, повторяя: «Ринг, ринг, ринг!» Под таким напором я не смогла устоять и, не без сожаления, стянула кольцо с пальца. Садху просиял, он вертел перстень в руках и повторял одну и ту же фразу. Ритвик перевел ее так: «Сквозь года и столетия». Ксения шепнула мне, что старик сумасшедший. Он же, будто услышав ее, отчаянно замахал руками. И тут случилось неожиданное: старец упал мне в ноги, и я почувствовала прикосновение его сухих пальцев. Мне хотелось отойти, но я не могла сделать и шагу назад, а старец говорил и говорил на своем языке. Ритвик перевел мне его сбивчивую речь: «Уважаемая, уважаемая, как долго я ждал этой встречи. Только вы способны помочь мне. Назовите любую цену!»
Я попросила гида разузнать, что случилось со старцем, и как я могу ему помочь? Когда Ритвик перевел ему мой вопрос, глаза аскета просияли. Он ответил, что, если у нас есть немного времени, то он готов поведать о все, о чем кручинится его душа. Мы согласно кивнули, уж больно интересно было узнать историю этого необычного человека. Расположившись на поваленных ветках деревьев, мы смотрели за заходящее солнце и с упоением слушали рассказ аскета.