Сквозь года и столетия

Розовый дождь

На горе, среди буйной тропической растительности, расположился древний храм. Лалита сказала, что строили его три династии местных князей, начиная с двенадцатого века. Храм был небольшим, но поражал роскошью оформления. Здание его представляло квадрат, основание которого было обрамлено горизонтальными полосами. Как сказала Лали – это символ мироздания. Слоны, несущие на своих хребтах Землю, затем мифические животные, а потом люди. Каждый ярус – отдельное произведение искусства.

У входа в храм мы увидели сцены из Рамаяны. На стенах красовались барельефы, отражающих жизнь простых смертных: труд и отдых, страсть и ненависть. Полуобнаженные танцовщицы на колоннах, выполненные с детальной точностью, будто просили к ним прикоснуться. Камень оказался теплым, словно в нем еще пульсировала жизнь. Строившие этот храм отдавали дать божественной энергии, дарующей жизнь всему земному.

Я взглянула на своих спутниц: Лалита шла спокойно, словно уже не раз бывала здесь; Гунгубай же сияла, попав в свою стихию. А я, уставшая и наголодавшаяся в дороге, мечтала о сытном обеде и отдыхе. Надеюсь, нас здесь примут на ночлег.

Все сложилось наилучшим образом. Лали умела договариваться. Нас сносно накормили и разрешили остаться на ночь в прихрамовой постройке. Вечером мы втроем сидели в дальнем уголке сада, наслаждаясь покоем, теплом и, наблюдая, за мерным полетом светлячков и порханием ночных бабочек.

– В такие минуты я думаю, что могла бы задержаться здесь на годы, а может, и десятилетия, – вздохнула я. – Если бы можно было жизнь так, не от кого не завися…

– У каждого из нас свое испытание, поэтому всегда будет «но». Ты должна вернуться в свой мир, Мирра. Нельзя нарушать равновесие.

Я задумчиво пожала плечами. Гунгубай робко посмотрела на нас и тихо, но решительно сказала:
– Завтра мы простимся с вами. Я остаюсь здесь. Уже обсудила это со священником, они готовы принять меня. И знаете, для меня нет никаких «но», я с радостью буду служить и исполнять все, что бы мне не приказали.

– Знаю, Гунгубай, ты преданный человек. Но и в твоей тихой жизни будет испытание. Что ты выберешь: выполнить приказ или проявить милосердие? Слушай свое сердце Гунгубай, оно убережёт тебя от греха. И если ты сделаешь правильный выбор, мы вскоре встретимся с тобой, подруга.

– А что же ты, Лали? Каков твой путь? – спросила я.

– Мой путь вне времени и пространства. Я – легкий ветерок и прозрачные брызги теплой воды. Я воплощение вечной юности и женственности. Я та, кого называют космической танцовщицей…

Все тело Лалиты засветилось розоватым светом, ее образ будто поддергнулся дымкой. Она приподнялась над землей и легким вихрем закружилась в воздухе. И это уже была не та Лали, что минуту назад беседовала с нами. Это была неземная женщина, осязаемая и полупрозрачная одновременно. Глаза ее стали янтарного цвета, пышная обнаженная грудь мерно поднималась при каждом вдохе, тонкая талия и округлые бедра, казалось, тоже слегка подрагивали, словно пританцовывали на месте. Вся она была соблазн, движение, жизнь.

– Я апсара, – зазвучал мягкий, грудной голос. – Гунгубай, дорогая, я вижу, ты изумлена. Не бойся, я твоя подруга, как и сказала. Меня прислали в этот мир с поручением. Я выполнила его и уже должна была вернуться, но тут появилась ты, Мирра. И это стало неожиданностью для меня. Но я люблю такие повороты. И я хочу помочь тебе, только не сопротивляйся, следуй за мной. Я явила вам свой истинный образ, и это большая удача для смертных. Надеюсь, этого будет достаточно, чтобы вы поверили мне. Мирра, теперь ты готова прислушаться к моим словам?

В ответ я послушно кивнула, язык не хотел повиноваться. Зато глаза смотрели не моргая. Вот она – ожившая статуя с храмовых колонн!

– Всякий раз, когда вижу восхищение смертных, я радуюсь, словно дитя, – засмеялась апсара. – Мы для этого и вышли из вод океана: услаждать взор и слух, одаривать женской энергией, которая должна течь свободно, чтобы наполнить жизнью этот мир.

– Вот бы нам хоть немного этой энергии, – проговорила я.

– В каждой из вас есть частичка Пракрити – изначальной женской энергии. Только не подавляйте ее. Она живет в природе, в танце, в песне, в любви. Гунгубай, искусство девадаси призвано воплотить Пракрити в осязаемый опыт для верующих. Старайся, исполняй свой долг с радостью.

Мужчины даже больше, чем женщины бояться зависимого положения. Поэтому многие из них избегают обольстительных, сексуальных женщин. Из страха, что они потеряют власть над собой, они заклеймили этих женщин постыдными словами. Хотя многим нравится искусство девадаси, их взоры услаждаются от созерцания танцев и красивых нарядов, но они никогда не сознаются в этом даже себе. Такие люди добровольные слепцы, которые не хотят признавать очевидного: женская энергия – это эликсир жизни.

Мирра, страх быть обольщенной, попасть в зависимость, стать отвергнутой - все это блокирует свободное течение энергии. Не бойся жить и любить, пусть это будет череда ошибок, пусть тебя ранят шипы. Но не уколовшись ими, как дотронуться розы?

Ниоткуда налетел свежий ветер. Он разметал наши волосы, заставил зажмурить глаза. Но в то же время он принес волшебные ароматы трав и цветов. Ветер закружил сорванные бутоны над нашими головами, образовав воронку. Мгновение – и все стихло. На нас спустился дождь из лепестков роз и жасмина. Мы раскрыли ладони, чтобы поймать как можно больше цветов.

В саду стало темно и тихо, а мы все продолжали сидеть. Опоенные живительным эликсиром, вглядывались в розоватую дымку, где хаотично кружили бабочки и светлячки.