Сквозь лож

Глава 11

— Ава, просыпайся, — раздался мягкий голос, который вырвал меня из объятий Морфея.
Я разлепила глаза и увидела Каина, сидящего рядом со мной. Его взгляд согревал меня, словно утреннее солнце.
Тут дверь открылась, и на пороге появилась Эмма.
— О, Каин, ты здесь, — сказала она, подходя ближе ко мне.
— Да, меня там не потеряли? — спросил он, ложась на мою кровать, как на свою. Он выглядел таким деловым, что меня это смешило.
— Да вроде нет, — она указала на мою руку, чтобы я её протянула.
Мне надели что-то в виде браслета. Его надевают на руку, и он выпускает маленькие, едва ощутимые иголки, чтобы проверить мои медицинские данные.
— Может, ты сегодня ещё отдыхаешь? — начала Эмма.
— Не время отдыхать, я хочу заниматься как все остальные, — браслет пропищал, и Эмма сняла его.
— Здоровье как у космонавта, — она улыбнулась. — Ладно, я пойду, не буду мешать.
Она вышла за дверь с очень широкой улыбкой. Лишь бы ничего такого не подумала.
Я повернулась к Каину, который всё так же лежал на кровати. Он успел уже переодеться. Сегодня на нём была синяя оверсайз футболка и серые штаны.
Он лежал с закрытыми глазами, поэтому я позволила себе рассматривать его. Густые ресницы, чуть пухлые губы, аккуратный, но при этом мужественный нос и шрам… Я его раньше не замечала.
— Со мной что-то не так? — спросил он, открыв глаза.
— Откуда этот шрам? — я присела рядом с ним и положила указательный палец к его виску.
— Не знаю, он у меня с детства, — его взгляд изучал меня.
По телу побежали мурашки. Я не стала долго сидеть, а пошла смотреть, что надеть сегодня. На этот раз выбор пал на серые штаны и голубую футболку. Я быстро переоделась и заплела свободный пучок.
— Я готова, — уперла я руки в бока и встала перед кроватью.
Он встал и направился к двери.
— Точно себя хорошо чувствуешь? — обернулся Каин на полпути.
— Точно, — я последовала за ним.
Мы зашли в зал, и началась тренировка, так же как и в прошлый раз, только сегодня без происшествий. Каин был сосредоточен, его движения отточены, а взгляд не отрывался от меня, когда он демонстрировал новые приемы. Я старалась изо всех сил, чувствуя, как мышцы горят, но не позволяя себе расслабиться. Его одобрительный кивок был лучшей наградой.
Потом был обед, опять тренировка, которая длилась до семи вечера. Я чувствовала себя выжатой, но одновременно полной энергии. Каин был требователен, но справедлив, и я знала, что каждая его команда направлена на мое благо.
Но сегодня минут за пятнадцать до конца последней тренировки, меня забрала Эмма на повторное обследование.
— Что у тебя с Каином? — спросила она, когда мы оказались в медпункте.
— Ничего, — мои щеки залились румянцем. Я почувствовала, как тепло разливается по лицу, вспоминая его взгляд, его прикосновения, когда он поправлял мою стойку.
— Он на тебя так смотрит, — её глаза засияли.
— Как? — мне хотелось узнать, как это выглядит со стороны. Я всегда чувствовала его взгляд, но не могла понять, что он означает.
— Влюбленно, — она улыбнулась во все свои зубы. — Ты только не обижай его.
— Я его, да никогда! — Мы обе посмеялись. Мысли о Каине, о его серьезном лице, о том, как он иногда позволял себе легкую улыбку, заполнили меня.
Эмма ещё раз посмотрела меня и отпустила обратно.
Я открыла дверь, но не увидела Каина. Тренировка уже должна закончиться. Я направилась к столовой в надежде, что он окажется там, но его там не было, зато там был Дэн. Он сидел за столом, в одиночестве, и что-то сосредоточенно читал.
— А вы не знаете где Каин? – спросила я, пытаясь придать голосу уверенности.
— Давай на ты, и да я знаю, присаживайся, – он указал на стул пред ним.
Я послушно села, не сводя с него глаз.
— И где же? – мне стало не по себе, что могло случиться.
— Они сейчас у Виктора в кабинете, – ответил он.
— Они? – я растерянно моргнула. – Что вообще здесь произошло?
— Да Каин и Рен, он подрался, – он наклонился и наколол огурец на вилку, словно это было самое обычное дело.
Мои глаза расширились. Каин и Рен? Драка?
— Из-за чего? – выдохнула я.
Дэн откусил кусочек огурца, задумчиво жуя.
— Ну, вообще просили тебе не говорить, но думаю тебе стоит знать, – он наклонился вперёд, и его голос стал тише, почти шепотом. – Из-за тебя.
— Меня! – я указала на себя пальцем, не веря своим ушам.
— Да, Рен, что-то там про тебя сказал плохо, вот Каин и отомстил.
Мое сердце сжалось. Рен сказал что-то плохое обо мне? И Каин… Каин заступился за меня? В груди разлилось тепло, смешанное с тревогой.
— Спасибо ва… тебе большое, – поправилась я, чувствуя, как щеки заливает краска. – Я… я должна их увидеть.
Не дожидаясь ответа, я вскочила со стула и, не обращая внимания на растерянный взгляд Дэн, помчалась к кабинету, где, как я надеялась, сейчас находились Каин и Рен. Я должна была узнать, что произошло, и, возможно, попытаться все уладить. Но главное – я хотела увидеть Каина. Увидеть его, чтобы сказать ему, как я благодарна.
Пройдя половину пути по гулкому коридору, я заметила, как в другой стороне развилки, словно призрак, мелькнула знакомая фигура. Рен. Сердце ёкнуло, а в голове тут же зародилась одна заманчивая, почти дикая мысль. Не раздумывая, я развернулась и, ускоряя шаг, направилась к его комнате. Номер 523. Я тут же, не дав себе ни секунды на сомнения, постучала.
— Извиняться пришел, да? — спросил он, явно ожидая кого-то другого.
— Сейчас ты будешь это делать, — ответила я, и, не дожидаясь приглашения, по-хозяйски толкнула дверь, которая до этого была лишь приоткрыта, и вошла внутрь.
Рен закрыл за мной дверь, его лицо выражало полное недоумение. Что происходит?
— За то, что ты обо мне говоришь за спиной, — произнесла я, и с размаху дала ему пощечину. Удар был такой силы, что он отлетел к рядом стоящему шкафу, больно ударившись.
Внутри меня тут же разгорелось пламя, которое уже нельзя было потушить. Самое ужасное, что может сделать человек – это говорить плохо о тебе за спиной, плести интриги, когда тебя нет рядом. И этого я точно просто так не оставлю.
Я подошла ближе, схватила его за воротник кофты, чувствуя, как дрожат мои пальцы от сдерживаемой ярости. — Может, ты мне лично скажешь то, что сегодня сказал Каину? — прошипела я, мой голос звучал тихо, как у змеи, готовой к броску.
— Да пошла ты, — выплюнул он, пытаясь вырваться, но я держала его крепко, не давая ни малейшего шанса.
— Советую сказать, а то станет только хуже — предупредила я, проведя указательным пальцем по его шее, ощущая под пальцами пульс.
— Ты слабая и жалкая девчонка. Единственное, почему тебя сюда взяли, это потому что Виктор – твой отец, — прошипел он сквозь стиснутые зубы, пытаясь задеть меня за живое.
— Для тебя Виктор Игнатьевич, — ответила я, чувствуя, как его слова лишь подливают масла в огонь.
— А судя по нашему разговору, я не такая уж и слабая, да? — я сильнее сжала воротник кофты, и теперь он туго перетягивал его шею, заставляя его задыхаться.
— Ладно… Ладно — на последнем дыхании проговорил он, его глаза испуганно расширились.
Я разжала руки. Рен начал откашливаться, судорожно хватая воздух и растирая шею, на которой уже остался небольшой, красноватый след. Завтра он станет синим, как напоминание.
— Может, что-нибудь скажешь? — спросила я, подойдя ближе, мой голос уже немного успокоился, но в нем все еще звучала сталь.
— Извини меня. Я тебя недооценил. Давай забудем этот момент, — теперь его голос был едва слышен, полный раскаяния и страха.
— Так уж и быть, — произнесла я, чувствуя, как напряжение медленно отступает.
— Но в следующий раз думай, прежде чем сказать. — с этими словами я развернулась и вышла за дверь, оставив его одного в тишине комнаты, с синяком на шее и горьким уроком в голове.
Тело подрагивало, а внутри засело чувство гордости за саму себя. Если бы эта ситуация произошла до моего похищения, то я бы никогда не стала так себя вести. Я просто оставила бы эту ситуацию на произвол судьбы, но Кабелл учил меня другому. Он учил меня бороться, не сдаваться, находить в себе силы, когда кажется, что их совсем не осталось. И вот, я смогла. Смогла постоять за себя, за свои принципы, за то, что считала правильным.
— Ты правильно поступила, горжусь тобой, — раздался уже знакомый голос в голове.
— Ты вернулся, — проговорила я едва слышно, не веря своим ушам. После всего, что произошло, я боялась, что он оставит меня, что я больше никогда не услышу его.
— Куда я денусь, — он чуть усмехнулся. Эта усмешка, которую я так хорошо знала, прогнала остатки страха.
Я подошла к комнате Каина, но не успев постучать, услышала голоса. Голоса Каина и ещё какой-то женский. Сердце ёкнуло.
— Я же сказал, что со мной всё хорошо, — услышала я голос Каина. Он звучал раздраженно, но в нём была и какая-то усталость.
Я сжала кулак и постучала. Шаги приблизились, и на проходе появился Каин. Его глаза, обычно полные жизни, сейчас были немного потухшими. Но тут же, словно из ниоткуда, появилась темноволосая девушка с зелеными глазами. Она тут же повисла на нем, как лиана, обхватив его шею руками. Как я понимаю, это его бывшая. И моя давняя знакомая.
В голове тут же появилась пульсация, а кровь в венах начала закипать. Как она смеет? Моя гордость, которую я так старательно взращивала, требовала от меня уйти. Уйти и не вмешиваться. Но сердце… сердце требовало другого. Оно кричало от несправедливости, от того, что она так ведет себя и приходит, когда ей вздумается.
Быстро развернувшись, я сделала шаг к ним. Девушка, увлеченная своим объятием, даже не заметила моего приближения. Я схватила её за волосы.
Её визг разрезал воздух, заставив Каина вздрогнуть и отпрянуть. Зеленые глаза девушки расширились от удивления и боли, когда она попыталась отцепиться от моей хватки. Я держала крепко, чувствуя, как под моими пальцами дрожит её кожа.
— Отпусти меня!, — прошипела она, пытаясь вырваться.
Но я не собиралась её отпускать. Внутри меня бушевала буря, и эта девушка стала её эпицентром. Я видела, как Каин смотрит на нас, его лицо выражало смесь шока и чего-то ещё, чего я не могла разобрать.
— Ты не имеешь права так себя вести! — крикнула я ей в лицо, чувствуя, как мои собственные слова отдаются эхом в моей голове. Кабелл снова был прав. Я больше не была той, кто молча сносил обиды.
Я дернула её волосы сильнее, заставляя её голову запрокинуться назад. Её лицо исказилось от боли, и она снова попыталась ударить меня, но я увернулась.
— Ты думаешь, можешь просто так прийти и вести себя так, будто ничего не произошло?— мой голос дрожал от ярости. — Но увы ты потеряла его
Я отпустила волосы, чтобы она могла нормально вставать.
— А теперь уходи — я указала на дверь.
— Ты ещё пожалеешь об этом — крикнула она вслед, поправляя одежду.
Дверь закрылась, и мы с Каином остались наедине. Тишина, повисшая в воздухе, казалась оглушительной после недавней схватки. Я тяжело дышала, чувствуя, как адреналин медленно отступает, оставляя после себя дрожь и опустошение.
Каин подошел ближе, его взгляд был полон беспокойства. Он осторожно коснулся моего плеча.
— Ты в порядке? — его голос был тихим, почти шепотом.
Я кивнула, не в силах произнести ни слова. Внутри меня все еще бушевала буря, но теперь она была направлена на саму себя. Я только что сделала то, чего никогда бы не позволила себе раньше. Я переступила черту.
— Я… я не знаю, что на меня нашло, — наконец выдавила я, опуская взгляд. — Она… она просто…
— Я понимаю, — прервал меня Каин, его пальцы мягко сжали мое плечо. — Ты имела право. Она не должна была так поступать.
Я подняла на него глаза. В его взгляде не было осуждения, только понимание и… что-то ещё. Что-то, что заставляло мое сердце биться быстрее.
— Но я… я была так жестока, — прошептала я, чувствуя, как к горлу подступает комок.
— Иногда жестокость необходима, чтобы защитить себя, — ответил Каин, его взгляд стал более пристальным. — Ты показала ей, что больше не позволишь себя унижать. Это было сильно.
Я отвернулась, пытаясь собраться с мыслями. Слова Каина успокаивали, но не могли заглушить внутренний голос, который шептал о моей собственной агрессии.
— Я не узнаю себя, — призналась я.
— Ты меняешься, — сказал Каин, и в его голосе прозвучала нотка восхищения. — И это хорошо. Ты становишься сильнее.
Он сделал шаг ближе, и я почувствовала тепло его тела. Я подняла голову и встретилась с ним взглядом. В его серых глазах, я увидела отражение себя – изменившейся, сильной, но все еще нуждающейся в поддержке.
— Спасибо, — прошептала я, и на этот раз в моем голосе не было дрожи.
Каин улыбнулся, и эта улыбка осветила комнату. Он осторожно обнял меня, и я прижалась к нему, чувствуя, как буря внутри меня постепенно утихает, уступая место новому, незнакомому чувству. Чувству силы и… надежды.
— Пора идти, лекция уже началась, — первой отстранилась я, чувствуя, как щеки пылают от его близости.
— Да, ты права, — он выпустил меня из объятий, и я ощутила легкий холодок, когда его тепло покинуло меня. Мы направились в аудиторию, стараясь идти как можно тише, но сердце все равно колотилось, как сумасшедшее.
Лекция уже началась, и поэтому, когда мы постучались, все сразу же обернулись на нас. Десятки глаз, полных любопытства и легкого раздражения, уставились на нас, как на двух опоздавших школьников. Я почувствовала, как краска приливает к лицу, и опустила взгляд, стараясь не встречаться ни с чьим взглядом.
Ровный и спокойный голос Рая раздавался эхом в тихой аудитории, словно убаюкивающая колыбельная. Он говорил о сложных формулах и древних теориях, но его слова пролетали мимо меня, не задерживаясь. Хотелось спать, глаза слипались, и я изо всех сил боролась с желанием прислониться к плечу рядом сидящего и просто закрыть глаза. Каждое слово, произнесенное Раем, казалось тяжелым, как свинец, и тянуло меня в бездну сна. Я украдкой взглянула на него, и он, заметив мой взгляд, едва заметно улыбнулся, отчего по телу пробежала легкая дрожь.
Но в скором времени это закончилось. Последние слова Рая прозвучали, и аудитория ожила, наполняясь шепотом и шорохом. Мы поднялись со своих мест и направились к выходу, а затем – в место, где находится вся информация обо всех. В Хранилище Знаний, как его называли. Место, где хранились не только книги и свитки, но и голограммы, и ментальные проекции, и даже живые воспоминания, доступные для тех, кто умел их считывать. Место доступ у которых, был лишь у некоторых. И Каин был в их числе.
Он провел электронным ключом, и дверь открылась с тихим шипением, словно вздохнув. Мы вошли в комнату, в которой пахло чем-то волшебным и загадочным. Нежный аромат старой бумаги, смешанный с едва уловимым запахом озона и чем-то сладковатым, напоминающим засушенные травы и далекие воспоминания. Полумрак окутывал высокие стеллажи, заставленные папками, дисками и странными, непонятными приборами. Единственный источник света – тусклая лампа на столе – отбрасывал причудливые тени, заставляя каждый предмет казаться частью какой-то древней тайны.
Нам нужно было найти информацию о Лео. Каин, сразу же принялся за дело, его длинные пальцы ловко перебирали корешки папок. Я последовала его примеру, чувствуя, как адреналин пульсирует в висках. Каждый шорох, каждый скрип пола казался усиленным в этой тишине, наполненной ожиданием.
Мы рылись в папках, пролистывали сотни страниц, смотрели разные презентации на старом, мерцающем мониторе. Имена, даты, проекты – все смешивалось в калейдоскопе информации, но ничего конкретного о Лео. Лишь обрывки, намеки, упоминания вскользь. Мы нашли лишь немногое, которого было катастрофически мало.
Каин, наконец, отстранился от стеллажа, тяжело вздохнув. Он облокотился на полки, его взгляд скользнул по моим разочарованным глазам.
— Ещё одно хранилище есть в другом штабе, — сказал он, его голос был низким и усталым. — Но меня не отпустят туда, так как мне нужно присматривать за тобой.
Я почувствовала укол досады.
— Я уговорю Виктора, — решительно заявила я, выпрямляясь. — И мы вместе туда поедем.
После этих слов, мы направились обратно ко мне в комнату. Воздух между нами был наэлектризован. Каждый шаг отдавался эхом в тишине коридора, словно отсчитывая мгновения до чего-то неизбежного. Я чувствовала его взгляд на себе, ощущала его присутствие за спиной, и это одновременно пугало и притягивало.
Когда мы вошли, я не стала включать свет. Сумеречное освещение, проникающее сквозь окно, создавало почти мистическую атмосферу. Моя комната, обычно убежище от мира, теперь казалась сценой для чего-то нового, неизведанного. Я повернулась к нему, и наши взгляды встретились. В его глазах читалось столько всего: любопытство, нежность, легкое замешательство и что-то еще, что я не могла расшифровать, но что заставляло мое сердце биться быстрее.
Он подошел ближе, медленно, словно давая мне время отступить, если я захочу. Но я не хотела. Я стояла, затаив дыхание, наблюдая за каждым его движением. Когда он оказался совсем рядом, он осторожно обнял меня. Его руки легли на мою талию, притягивая меня к себе. Я почувствовала тепло его тела, его запах – кофе и карамели. Моя голова оказалась у него на груди, и я слышала стук его сердца, такой же быстрый, как и мой.
— Почему ты такая смелая? — спросил Каин, его голос был низким, почти шепотом, и я почувствовала вибрацию в его груди.
Я подняла голову, чтобы посмотреть на него. Его глаза блестели в полумраке. Я улыбнулась, чувствуя, как по щекам разливается румянец.
— А почему бы и нет? — ответила я, стараясь, чтобы мой голос звучал уверенно, хотя внутри все трепетало. — Разве ты не хочешь, чтобы я была смелой?
Он слегка сжал меня в объятиях, и я почувствовала, как его губы коснулись моих волос.
— Хочу, — прошептал он. — Просто… это неожиданно. Ты всегда казалась такой… сдержанной.
— Может быть, я просто ждала подходящего момента, чтобы показать тебе другую себя, — сказала я, прижимаясь к нему еще крепче. — Или подходящего человека.
Он отстранился ровно настолько, чтобы посмотреть мне в глаза. В его взгляде читалось что-то глубокое, что-то, что заставило меня почувствовать себя самой желанной девушкой на свете.
— И я тот самый человек? — спросил он, его голос был полон надежды.
Я кивнула, не в силах произнести ни слова. Мои пальцы скользнули по его шее, зарываясь в мягкие волосы на затылке. Я чувствовала, как его дыхание участилось.
— Да, Каин, — прошептала я, и в этот момент все сомнения, все страхи исчезли. — Ты тот самый.
Его губы опустились на мои, нежно, потом все более настойчиво. Поцелуй был долгим, глубоким, полным невысказанных эмоций и обещаний.
Тишина комнаты была нарушена резким, настойчивым стуком в дверь. Он прозвучал так внезапно, что сердце подпрыгнуло к горлу. Не успела я даже осознать, что происходит, как дверь распахнулась, и на пороге появился Дэн.
— Ой, — выдохнул он, его глаза расширились от удивления.
Мы с Каином тут же отстранились друг от друга, словно обожженные. Воздух в комнате, еще секунду назад наполненный чем-то нежным, теперь казался густым от неловкости. Я почувствовала, как краска заливает щеки.
— Каин, там нужна помощь, вещи перенести поможешь? — Дэн попытался скрыть свое замешательство, и на его лице появилась широкая, немного нервная улыбка. Он явно старался вести себя так, будто ничего особенного не видел.
Каин, который еще мгновение назад смотрел на меня с такой теплотой, теперь ответил с явным разочарованием в голосе:
— Да, без проблем.
Он бросил на меня быстрый, полный сожаления взгляд, прежде чем повернуться к Дэну. Я почувствовала укол обиды. Хотелось, чтобы он остался, чтобы эта внезапная пауза не прервала то, что только начиналось.
— Ложись спать, я завтра разбужу тебя, — проговорил Каин, его голос стал мягче, когда он обратился ко мне. Он наклонился и быстро, почти невесомо, поцеловал меня в макушку. Этот жест был одновременно утешением и прощанием. Затем он вышел вместе с Дэном, оставив меня одну в тишине, которая теперь казалась еще более оглушительной.
Я стояла посреди комнаты, чувствуя, как тепло от его поцелуя медленно рассеивается. Неловкость Дэна была очевидна, но его появление разрушило момент, который начался. Я вздохнула, пытаясь унять дрожь в руках. Завтра. Он сказал, что разбудит меня завтра. Я надеялась, что завтрашний день принесет мне большего, чем сегодня.